Глава сорок вторая
На вокзале было шумно и весело, несмотря на ранний час. Отчего-то было много людей, хотя поезд был проходным и непопулярным. И – Алина оглянулась – целых четверо полицейских на маленький провинциальный перрон. Синицын, вылезший из машины вслед за нею, хмыкнул. Алина обернулась к нему.
-Лер, - протянула она вопросительно.
- Ой, ну ладно тебе, Пашка сказал, что подстрахует. – Синицын потянулся и бодро двинулся вслед за Сашей и дядей Тошей к багажнику. Следом на стоянку подрулили еще три машины. Вальяжно вылез из машины Сан Саныч, швыркнул носом и прицыкнул языком как завзятый сиделец, увидев полицейских. Те хохотнули – манеру поведения бывшего лепилы знали все в поселке. Деловито выпорхнула, несмотря на свои габариты, его супруга, и тут же, громко оповестив об этом всех, помчалась выяснять, с какого пути будет отправляться поезд. Антонине Александровне выйти из машины помог муж, привычно поддерживая жену за локоток. И из последней машины, за рулем которой сидела Ирина Сергеевна, торопливо вышли Иван, Светлана Аркадьевна и маленькая Юлиана. Алина светло улыбалась – такого прощания она точно не ожидала. Юлиана подскочила к ней, обняла и, притянув к себе, прошептала заговорщическим тоном: - Папа сказал, что тоже будет, они с мамой прямо сюда подъедут.
Алина засмеявшись, обняла маленькую непоседу. Саша приобнял мать со спины и так и стоял с нею, не отпуская. Дядя Тоша и Синицын, взяв в сопровождение Ивана, стаскали на перрон сумки, а остальные, переговариваясь, хохоча, двинулись за ними. Синицын оглянулся на стоявшую в окружении соседей Алину, помахал ей рукой и, отвернувшись, посерьёзнел: - Что-то неспокойно на душе все равно.
Дядя Тоша оглянулся вокруг неторопливо, рассматривая окружающих. Иван прикусил губу: - Думаешь, чего-нибудь учудит?
Синицын покачал головой: - Ну, если он пытался на нее административку повесить, а его мамаша вчера пыталась убедить Сашу подписать уже сегодня дарственную на свою долю в их квартире – то что-то с трудом верится в их совесть.
Дядя Тоша покачал головой: - Вот ведь всегда знал, что Андрей тот еще типачок, но что до такого опуститься – не верил. Даже когда вы мне про Банана рассказали, и то не верилось… Но когда бомж подтвердил, что Андрей домой приходил в отсутствие Алины, как раз перед переполохом с газом…
Он замолчал, а потом фыркнул в усы: - Света сказала, что житья ему не даст. А за квартирой Алинкиной мы сами присмотрим. С Саньком Света вчера насчет ключей договорилась, про документы тоже с Алиной разговор был, еще вот доверенность Саша оставит как собственник на нас, чтоб если какая служба, его не дергать с работы, и ничего Андрей с квартирой не сделает. Не сможет. Ах, паршивец ведь, - сокрушенно повторил дядя Тоша.
Синицын только перевел взгляд на часы, как вдруг услышал громкий крик, от которого провожающие на перроне шарахнулись в разные стороны: - Синицын, ты где, твою дивизию?
Он невольно вздрогнул. – Здесь, - заорал в ответ, подняв верх руки. И увидел мчавшегося к ним Пашку с женой. В узкой форменной юбке, та грациозно, как лань, перескакивала через сумки и прыгала в сторону, когда ее менее грациозный муж, тихо матерясь, спотыкался о чужой багаж. Юлиана бросилась к ним. – Мама, пап, мы тут! – замахала высоко руками девочка. Оживившиеся было полицейские, увидев своих, снова поскучнели, обходя провожающих. Пашка подскочил, запыхавшись. – Ох, ребят, едва успели. – Он обнял подошедшую Алину, пожал руку дяде Тоше и Саше и по - мужски стукнулся плечом с Синицыным.
- Десять минут до поезда, куда торопился, - засмеялся Синицын.
Павел оглянулся на оживлённо беседовавших женщин: - Да кто его знает, что тут у вас может произойти…
- Все нормально, на удивление. Может, и вправду понял что натворил…- ответил ему Иван и вдруг закашлялся. Мужчины обернулись синхронно в ту сторону, куда смотрел Иван. По перрону, вытягивая голову, шагал в их сторону … Андрей. – Вот сучонок, - выругался Павел. Мужчины выдвинулись вперед, обходя аккуратно женщин. Андрей, увидев их, нахохлился. Саша шагнул навстречу отцу. - Я сам, - обернулся он к мужчинам. – Я сам. Пусть мама едет спокойно.
… Отец, - сын вырос перед ним неожиданно.
– Где мать?– сквозь зубы процедил Андрей. Он попытался отодвинуть парня, но тот крепко схватил его за рукав. – Не мотай матери нервы, дай ей хоть уехать по – человечески. Ты ей всю жизнь сломал. Всю жизнь гулял, как кобель в марте, и два последних дня испоганил.
Андрей сильнее дернул плечо: - Отцепись.
- Не отцеплюсь. Дай маме уехать. – Саша стоял, не шелохнувшись, крепко зажимая руку отца в захвате. Тот сморщился. – Что, натаскал тебя соседушка уже своим ментовским штучкам? – сплюнул он, зло глядя на сына.
К ним неторопливо подходили полицейские. Павел, Иван и дядя Тоша с Сан Санычем стояли, загораживая женщин от происходящего со спины, и кто-то из них все время посматривал назад, в сторону Саши и Андрея.
Андрей струхнул. Подойти к Алине и на глазах у всех попросить прощения, сказать, что переволновался, испугался за нее и потому наделал глупостей, не получилось. Все получилось не так, как хотела мать. Кто знал, что соседи ополчатся на него и собственный сын – щенок! – не подпустит его к матери. Да тут еще подходившие полицейские… Андрей изо всех сил дёрнулся из рук сына. – Отпусти, прошипел он. – Сам уйду. С тобой мы позже поговорим. Саша отпустил отца почти под носом у полицейского. – Все нормально? – спросил подошедший парень в форме. – Все нормально, - Саша кивнул ему, не отрывая взгляда от отца, неровной походкой покидавшего перрон. Только тогда, когда он скрылся за углом маленького голубого здания, Саша выдохнул.
В этот момент приятный женский голос сообщил о прибывающем поезде. Все засуетились.
Небо вдалеке посерело, заполнилось дымом, и уставший локомотив с недлинным составом подкатился к первому пути. Какой у нас вагон? – зычно закричала Людмила Федоровна. Синицын хохотнул: - восьмой, Людмила Фёдоровна .У нас восьмой.
Женщина, распихивая локтями всех провожающих, ринулась к восьмому вагону. Синицын, восхищенно цокнул: - Вот это энергия!
Сан Саныч обреченно вздохнул: - Бомба, а не женщина… Во всех смыслах. Сзади грохнул смех. – Саныч, зато с такой бомбой ни одна война не страшна, - звонко смеялась Светлана Аркадьевна. – И с коммунальщиками твоя Люся воюет так, что меня за пояс затыкает в два счета. Они быстро добрались до восьмого вагона, где неугомонная Людмила Федоровна держала оборону.
- Вот, вот наши и пришли, - громко уговаривала она проводницу, - золотце мое, сейчас наши поднимутся и других примешь, ну ты посмотри какие сумки, куда ж с ними ждать – то? А как они по проходу пройдут, если все будут свою поклажу укладывать?