Автор Сергей Солодовник
В преддверии весны президент РК Касым-Жомарт Токаев высказался о необходимости увеличить долю женщин в руководстве.
Токаев – за женщин в руководстве: вопрос как?
В обоснование такой потребности он привёл такую статистику: «Несмотря на то, что доля женщин в госаппарате составляет около 55 процентов, среди руководящего состава этот показатель ниже – 39 процентов».
А среди того руководящего звена, которое было обозначено как «политические служащие», Токаев насчитал и того меньше, всего 10%.
Обосновал Токаев своё решение об увеличении доли женщин среди руководства прежде всего своим опытом.
«Мой значительный опыт на государственной службе подсказывает, что женщин нужно привлекать. Во-первых, не в обиду будет сказано мужчинам, женщины всё-таки более внимательны к работе, более тщательно подходят».
И ещё одно обоснование от Токаева. Женщины «не подвержены коррупционным проявлениям и действиям. Статистика Агентства по противодействию коррупции говорит о том, что женщины ведут себя более ответственно».
Статистика – штука убойная в плане аргументации. Прямо вот легко визуализировать такой слоган на фронтоне здания министерства: «вы вступаете на территорию, свободную от коррупции: МИНИСТР У НАС – ЖЕНЩИНА!»
Понятно, что такая президентская инициатива родилась не на пустом месте. И не приурочена к очередному Восьмому марта.
Западные партнёры и кредиторы Казахстана уже не одно десятилетие настаивают на «гендерной повестке».
Вот и приведём вводную цитату Токаева: «Важен вопрос обеспечения гендерного баланса на государственной службе».
Внимание! Нас за последние четверть века активно приучают к смене терминов. Баланс мужчин и женщин – это наше, родное, привычное. Недоработок масса. Но мы знаем – это важно. А вот «гендер» – это такое напоминание: ЛГБТ+.
И завтра «спонсоры» спросят с вас: а чего так мало геев в руководстве?
Преимущества
Президент Токаев отметил более высокую ответственность женщин в отношении порученного дела. А также более низкую склонность к коррупции.
Добавим по прикладной социологии, а также сторонним наблюдениям.
Первое преимущество Ж над М: мотивация к обучению. Начиная со школы, средняя девочка учится усерднее, тщательнее и ответственнее, чем средний мальчик. Тут и готовность к труду и обороне. И усидчивость – трудозатраты несёт без жалоб. Во взрослом виде – выше порыв к новому знанию, курсам, допподготовке. Внимание выше.
Второе достоинство. Женщины самой природой в большей степени готовы к выполнению разнообразных задач одновременно. В прикладной социологии на Западе этот термин – Multitasking.
Третье качество. Природа порождает большую интуицию у женщин, чем у мужчин. А интуиция – это в конечном итоге способность принять правильное решение при дефиците информации и при ограничении на время.
Четвёртое преимущество. Эмоциональный интеллект, Daniel Goleman автор термина. Если коротко – то это чувство сопереживания (эмпатия), готовность встать – временно – на точку зрения оппонента, а также установление быстрого раппорта (психо-эмоциональный контакт).
Наконец, пятое преимущество. Женщины раньше мужчин предвидят точки катастроф. И начинают бить тревогу. Как мышки на подводных лодках Первой мировой подавали сигнал о критичной нехватке кислорода на борту.
И правда, а чего женщин в руководстве так мало?
Наверное, мы мужчины просто не умеем их правильно эксплуатировать?
Алгоритм продвижения женщин к руководящим высотам
Вот чего у нас в Евразии отсутствует – так это методы набора женщин на продвижение по карьерной лестнице. Вверх.
Что имеем? Вектор от западниковской установки: должны быть квоты. И вектор от наших реалий: сама пробьётся наверх. Кто лучше? «Оба хуже» (С).
Что с квотами? Легко ввести, легко проверить, сроки устанавливаем – они будут выполнены. Все, как зайки, отчитаются. Женщин хоть на 50% министров и замминистров предъявят. Ну, при таком голом администрировании даже не возникает вопрос: по праву ли компетентности они займут эти места. Очевидно.
Но есть ещё одно последствие. О нём живописал повествователь Артур Хейли уже полвека назад. В своих «Колёсах» – The Wheels, где дело разворачивалось в глобальной автомобильной компании. Там один толковый и высокопрофессиональный негр был вынужден доказывать главному герою, что «я не по квоте»! Ну, доказал, подружились.
А лично я сам, в 1989 году, тоже общался с крутым помощником профессора в Школе Права, в Гарварде. И тоже – негр. И тоже – я не по квоте. И не называй меня афроамериканцем. Я негр, американец. И я круче многих белых, и почти всех негров. Но – мне каждый раз в новом окружении надо доказывать, что я не по квоте.
Мне грустно, когда я представляю реально крутых женщин в Казахстане, сделавших карьеру в ближайшие два года. И которым надо будет доказывать, что «я не по квоте Токаева».
Но ведь это так легко: заставить отчитаться министров о выполнении?
Женская квота – и время по её внедрению – это тест на стресс. Для любой структуры. И чем сложнее сама структура и её функционал – тем тяжелее.
Вот и надеюсь, что министры вызовут к себе женщин. Хоть среднего звена. Желательно – не из кадрового департамента. И поставят задачу. Точнее – две задачи в одном.
Набрать женщин лучше, чем нынешние мужчины на высоких должностях. Разработать алгоритм, который бы отсеял выскочек, блатных и обещающих «небо в алмазах».