В столице Российской империи встречали особенного гостя.
Николай Чернышевский писал: «К его приезду была приготовлена великолепная иллюминация, какой ещё не видели в Петербурге».
Гостя поселили в гостинице «Знаменской». Вокруг собрались толпы жаждущих увидеть легендарную личность. О нем все слышали, о нем писали в газетах и в книгах, но никто его не видел.
Кавказская война была фактически первой войной колониального типа, которую вела Россия. Продолжительность этой войны породила в российском обществе вопросы о том, почему огромная Российская империя, победившая Наполеона, не может уже несколько десятков лет победить горцев.
Кто такой имам Шамиль?
Шамиль, имам Дагестана и Чечни, выдающийся учёный и храбрый воин, создатель демократического государства Имамат, вождь освободительного движения горцев Кавказа, четверть века противостоял могущественной империи.
Плен
В августе 1859 года, осаждённый в своём последнем укреплении на горе Гуниб в Дагестане, Шамиль принял предложение генерала Барятинского. Имам вышел в Гунибе, чтобы спасти свой народ. Он стал почётным пленником императора Александра II. Сподвижникам имама по его требованию была предоставлена свобода. Проститься с имамом выходили целые общества, устилая дорогу коврами, люди плакали, целовали края его одежды и молили Аллаха сохранить Шамилю жизнь.
Имам Шамиль: «Я был связан присягой своему народу, но теперь совесть моя чиста. Весь Кавказ, русские и все европейские народы отдадут мне справедливость в том, что я сдался только тогда, когда в горах народ питался травой».
Встреча с императором.
По пути в Петербург Шамиля не покидали сомнения, он часто поглядывал на компас, подаренный Барятинским: «Не в Сибирь ли везут?» Но реальность была иной. Везде его встречали как героя.
Встреча имама с императором произошла 15 сентября в городке «Чугуеве» недалеко от Харькова.
Александр подарил Шамилю золотую саблю и сказал: «Я очень рад, что ты наконец в России. Я сожалею, что этого не случилось ранее. Ты раскаиваться не будешь. Я тебя устрою, и мы будем друзьями»
Прибытие в Москву.
22 сентября Шамиль прибыл в Москву, он был поражён великолепием города
и тем, что в Москве есть мечеть. Мусульмане тепло приветствовали имама и совершили с ним молитву.
Встреча с Ермоловым
В Москве Шамиль встретился с генералом Алексеем Ермоловым, начавшим Кавказскую войну. Тогда Российская империя была связана с кавказскими народами целым рядом договоров, но Ермолов нарушил их.
Он объяснял это тем, что горцы своей свободой, вольностью и независимостью
подавали дурной пример русскому народу, страдавшему под гнётом крепостного права. Ирония истории такова: человек, освобождавший свою родину от нашествия Наполеона, сам стал колонизатором других народов.
На встрече имам старался держаться дипломатично, но не сдержал нахлынувших чувств и упрекнул генерала в том, что он начал Кавказскую войну и поссорил народы, которые могли бы быть друзьями и надежными союзниками.
Разделения общества на два фронта.
Для одних пленение имама стало исторической победой, усмирением варвара, а для других – подавлением последнего очага свободы на необъятных просторах родины.
Когда писатель Николай Лесков узнал о пленении имама, он воскликнул: "Да как Россия без Шамиля?!"
Встреча Шамиля с Мирзой Казем-Беком
Шамиль встретился с Мирзой Казем-Беком, профессором востоковедения, написавшим книгу "Значение имама, его могущество и достоинство".
"Разумные русские патриоты уважают Шамиля; он был героем и создателем героев".
Встреча Шамиля с императрицей Марией Александровной
В Царском Селе Шамиля принимала императрица Мария Александровна. Тогда же было объявлено, что новым местом жительства Шамиля станет город Калуга. Затем Шамиля доставили в Кронштадт, где он совершил прогулку на императорском фрегате «Штандарт». По возвращению в Петербург Шамиль посетил Инженерный замок, где ему показали карты военных действий на Кавказе. Была там и карта селения Гимры — родины Шамиля. Пригласили Шамиля и на балет, в балетном театре Шамиль с благосклонной улыбкой смотрел на полуобнажённых балерин. Но прыжки и танцы «сальто-мортале» привели имама в негодование. Такого оскорбления высокочтимого лица, хотя и балетного, он не ожидал.
В Императорской публичной библиотеке Шамилю подарили древний Коран 18 века, чем затронули его до глубины души. Там же он увидел журналы и книги с его портретами, весьма далёкими от оригинала. В книге почётных посетителей он оставил автограф: "Шамиль вошёл в эту палату в 15-й день месяца рабиуль-авваль 1276 года хиджры (1 октября 1859 года)". Рядом была приписка: "И смиренный Гази-Магомед, его сын, находился в тот момент рядом с ним".
Шамиль посетил и военное училище, куда был привезён его сын Джамалутдин, отданный в заложники во время битвы при Ахульго. Это было одно из крупных сражений русско-кавказской войны. Трёхмесячная блокада под артиллерийским огнём не сломила горцев. В обмен на обещание генерала Граббе отвести войска, Шамиль отдал в заложники своего сына. Это был шанс закончить войну.
Но генерал, во что бы то ни стало желавший взять Шамиля, чтобы загладить свой грех причастности к декабристам нарушил обещание, и война продолжалась ещё двадцать лет. Чтобы вернуть сына, Шамиль пленил две грузинские княжеские семьи. Пленников держали в Ведено – столице Имамата. Переговоры длились долго, но обменом всё же состоялся.
Джамалутдин — сын Шамиля.
Джамалутдин получил в России хорошее образование и стал офицером.
Он убеждал отца в том, что Россия не такая, какой видится сквозь пороховой дым и частокол штыков. Он тосковал по своей невесте, оставшейся в России; долго болел и умер от туберкулёза. Шамиль тоже хотел закончить войну, но каждый раз, когда имам заключал мир, его нарушали.
Калуга
В Петербурге Шамиля опекал полковник Богуславский, в Калуге его
сопровождал капитан Руновский, назначенный приставом для Шамиля.
В инструкции "О содержании пленного Шамиля" был пункт:
"Установить за ним необременительный, но бдительный надзор".
По железной дороге Шамиля доставили в Москву, а затем повезли в карете.
У въезда в город его встретила местное начальство. Калужский губернатор Фёдор Щукин приветствовал гостя: "Мы чтим в тебе героя, мы рады видеть тебя среди нас, потому что это даст тебе возможность узнать и полюбить нас, несмотря на то что ещё недавно ты видел в нас своих врагов".
Дом, купленный для Шамиля в Калуге, оказался не готов. Шамиля поселили в гостинице, которую как и в столице осадили толпы любопытствующих.
Когда Шамиль подходил к окну, слышалось громкое "Ура!"
Либералы видели в Шамиле создателя республики свободных людей,
а помещики сокрушались: "Неужели это тот Шамиль, который победил ханов и уравнял в правах крестьянина и дворянина?"
Ветераны Кавказской войны, побывавшие в плену у Шамиля, кланялись ему, вспоминая хорошее к ним отношение:
Мы почти покорили Кавказ, но при Шамиле дело пошло иначе.
Мы победили Наполеона, но не могли победить горцев, пока не бросили кордон и не осадили крепостями.
Ожидая семью, оставшуюся в Дагестане, Шамиль осматривал город и по вечерам беседовал со своим приставом Руновским, который вёл дневник.
Шамиль был вождём народа, который так долго воевал с нами, причём народной войной. Следует ли, значит, называть его разбойником или он действительно герой, честно выполнивший свой долг, предписанный ему духом народа и обычаями родной земли?
Русское общество увидело, что так называемые дикие горцы – образованные и талантливые люди, сумевшие создать жизнеспособное государство: Имамат, и выдвинуть таких великих героев, как Гази-Магомед, Гамзат-бек, и конечно, имам Шамиль.
Дом Шамиля был обустроен с учётом потребностей большой мусульманской семьи. Во дворе была построена молельня. Шесть комнат верхнего этажа стали доступны Шамилю и его жёнам. Ещё одна комната была превращена в рабочий кабинет имама. Шамилю было назначено ежегодное содержание в 10 000 рублей серебром. Имам не находил в себе покоя, пока в Калугу не прибыла его семья, всего приехала 22 человека.
Генерал Барятинский
Шамилю расказали, что на Кавказе говорят, что в России он подвергается всевозможным лишениям. Шамиль написал письмо своему наибу Мухаммеду Амину, "второму Шамилю", как его называли в Черкесии, где все еще продолжался процесс сопротивления: "Мои враги и завистники, ставшие причиной моего пленения, не выражали омерзительной радости.
напротив, меня уважали до такой степени, что тот, кто этого не видел, никогда бы не поверил.
Я слышал, что ваши заключенные в бедственном положении. Если это правда, тогда вы должны спасти их, чтобы не подвергнуться проклятию.
Я не запечатываю свое письмо, так как моя печать осталась в руках моих предателей."
Исчезла не только его печать. Когда Шамиль с последними мюридами двинулся на Гуниб, предатели ограбили его колонну транспортных средств.
Больше всего Шамилю было жаль свою библиотеку. Генерал Барятинский приказал найти книги Шамиля. Все, что было найдено, было привезено в Калугу, но книги с автобиографией Шамиля найдено не было.
Руновский
Когда после приезда его семьи пособие было увеличено, Шамиль сказал:
"Я благодарен за небольшие одолжения. Мои дети должны сами зарабатывать себе на хлеб. Для них это будет намного легче,
потому что я оставляю им наследие, которого у меня никогда не было: они дети Шамиля".
Руновскому сказали развлекать семью. Он купил инструмент и играл горские мелодии. Они ходили в цирк, пока Шамиль не разоблачил фокусника.
Инструкция не позволяла далеко выходить из дома, но здесь тоже было на что посмотреть. Шамиль удивлялся деревням, которые были беднее горных, и людям, не знавшим грамоты. Он спросил Руновского: "Зачем царь воевал на Кавказе, если его крепостные живут так плохо? Не лучше ли дать им свободу, построить хорошие деревни и дать им образование?"
Шамиль побывал во многих местах. В одной больнице он нашел двух пациентов - горцев и дал им денег. Щедрость имама стала известна, и в его дом стали приходить попрошайки. Жены Шамиля по-разному отреагировали на поворот судьбы. Загидат подумала, что она из первой леди Кавказа превратилась в жену заключенного. Но Шуайнат, напротив, наслаждалась обществом своего мужа, которого раньше редко видела. Когда-то она тоже была пленницей, армянкой Анной Улухановой, привезенной из рейда. Она согласилась стать женой имама и не покидала его до последних дней.
Мохаммед Амин посетил имама в Калуге. Радость встречи была омрачена рассказами наиба о том, что он видел в Турции. Многие горцы, которые не хотели нового правительства, покидали Кавказ. Но Османская империя нуждалась в солдатах, а не в переселенных семьях. Черкесы, оставшиеся на своей родине, все еще надеялись отстоять свою свободу.
Отмена крепостного права.
Тем временем в России начались большие перемены.
Для России Кавказ был подобен второй Европе, где русские столкнулись со свободными людьми и увидели, что крепостное право является препятствием для развития. Российский феодальный "крепостнический корабль", подобно "Титанику", получил жизненно важную течь, налетев на Кавказские горы.
"Лучше отменить крепостное право сверху, чем ждать, пока его начнут отменять снизу", - решил царь. Шамилю нравилась свобода, дарованная народу. Вот почему его эпоха длилась четверть века, поскольку он был вождем свободных людей. Поздравляя с великим деянием, Шамиль написал императору, что если он вернет власть дагестанским ханам, мира на Кавказе не будет. Вскоре ханство было уничтожено, но управление осталось почти таким же, как во времена Шамиля. Некоторые из его наибов стали наибами при новом правительстве.
Таков был итог Кавказской войны, формально Шамиль потерпел поражение, но фактически он победил. И Кавказ, и Россия после войны стали другими.
Россия менялась, но не интерес к Шамилю. Газеты публиковали истории из его жизни, в то время как в тайную полицию регулярно поступала информация о почетном узнике.
Под Калугой были организованы скачки, и сыновья Шамиля были рады в них поучаствовать.
Мохаммед-Шапи наскучило бездействие, и он попросил отца отпустить его на военную службу к царю. Он был принят на военную службу в Императорскую гвардию Кавказского императорского конвоя и поселился со своей женой в Санкт-Петербурге.
Гази Мохаммаду разрешили отправиться за женой. Власти признавали, что узы брака священны. Доводы ее отца Даниал-бека не убедили командиров.
Провожая сына и не желая, чтобы он развязывал новую войну, Шамиль сказал:
"Я приветствую храбрость и презираю трусость. Я дарю тебе мир как твой спутник".
Керимет была привезена в Калугу. За свою необыкновенную красоту ее
называли "Розой Кавказа". Но оставалось ей цвести не долго.
Императорская аудиенция.
Шамиль был приглашен на императорскую аудиенцию. Царствующая семья оказала почести гостям и осыпала их подарками, а затем Шамиль попросил отпустить его в Мекку. Александр ответил, что выполнит просьбу, но не теперь.
За это время Шамиль побывал в Петергофе, где встретился с престарелым генерал-фельдмаршалом Барятинским, который взял его в плен в Дагестане. Теперь два воина стали друзьями.
Больше всего Шамиль болел за свою родину. Не имея возможности вернуться, он отправил деньги в деревню Ашульта, на родину своей матери, на ремонт мечети. Свое имущество в Гимрах он раздал землякам с условием, что половина дохода будет отдаваться на нужды сирот.
Крестьяне.
Русские крестьяне были освобождены без земли и оказались обманутыми.
Неизвестные люди наводнили город листовками с портретом Шамиля.
Его называли защитником крестьян, который освободил людей от рабства
и призывал восстать против их угнетателей. Расследование показало, что Шамиль не был причастен к этому делу, но либерала Руновского
сменил полковник Пржецлавский, который объявил Шамиля опасным мятежником и пытался отравить ему жизнь. Интриги нового судебного пристава отошли на второй план, когда семью Шамиля постигло горе. В мае 1862 года умерла Керимет. Затем Шуайнат родила ребенка, который не прожил и нескольких часов. В том же году в Санкт-Петербурге умерла Аминат, жена Мухаммеда-Шапи. Позже от туберкулеза умерла Написат, дочь Шамиля.
Семейный врач Кричевский считал, что причиной тому был влажный климат.
Летом для Шамиля снимались коттеджи. Но главной болезнью была тоска по дому. В Калуге образовалось кладбище, где похоронены семнадцать человек из дома Шамиля. Из тех, кто родился в Калуге, в живых остался только Мухаммед-Камиль, сын Шамиля и Загидат.
Окончание кавказской войны.
Весной 1864 года были ликвидированы последние очаги сопротивления.
Кавказская война, длившаяся почти полвека, закончилась. Сотни тысяч горцев отправились в Османскую империю. О бедствиях, сопровождавших этот трагический исход, написал своему зятю шейху Джамалуддину Казикумуху,
который следовал за мухаджирами, чтобы не оставлять их без духовной опеки.
Шамиль считал, что в чужой стране горцы не обретут ни свободы, ни счастья.
Но чтобы вернуть горцев на родину, нужно было находиться в Стамбуле, а не в Калуге.
Семья Чичаговых.
Жена коменданта Калужской губернии Мария Чичагова была очарована имамом и написала о нем книгу.
«Шамиль был признан гением мусульманского мира, его называли добродушным человеком, справедливым, щедрым на благотворительность и чуждым хитростей».
Новый судебный пристав Пржецлавский творил пакости в семье Шамиля и распространял нелепые слухи. "Когда я произношу эту фамилию, у меня темнеет в глазах, и я не отвечаю за то, что я могу с ним сделать", - сказал Шамиль генералу Чичагову. Было проведено расследование. В результате должность судебного пристава была ликвидирована. Имам часто бывал в доме Чичаговых. Он любил играть с их детьми. Сыновей Чичаговых ждала трудная судьба. Леонид после героической военной карьеры стал священником. В 1937 году он был расстрелян большевиками. Церковь причислила его к лику святых мучеников.
Больше не надеясь совершить паломничество в Мекку, Шамиль нашел утешение в книгах и мемуарах. "Жизнь этого героя, который так мужественно и стойко выдержал двадцатипятилетнюю борьбу с могущественной Россией, полна эпизодов высокого мужества, суровых испытаний и лишений", - писала Мария Чичагова.
Покушение.
Александр II проводил одну реформу за другой, когда Россия была потрясена известием о попытке убийства императора. Покушение провалилось, но Шамиль переживал, пока не узнал, что его сын Мохаммад-Шапи, служивший в императорском конвое, в тот день был в отпуске. Стрелявшим был Дмитрий Каракозов, член тайного революционного общества. Имам выразил свое сочувствие императору. Он понимал разницу между открытой войной и выстрелами такого рода.
Гражданство.
Шамиль уже стал живой легендой и чувствовал, что книга его жизни подходит к концу. Будучи приглашенным на свадьбу наследника престола великого князя Александра Александровича, он встретился с императором, который пообещал в ближайшее время исполнить желание имама совершить хадж.
Чичагов подумал, что неопределенность ответа кроется в статусе Шамиля как военнопленного, хоть и почетного. Если бы Шамиль стал гражданином России, то все могло бы измениться.
Находясь в России, Шамиль увидел, что здесь люди талантливые и свободолюбивые, как и горцы.
Он также видел, что Кавказская война была навязана людям ее властями. Именно поэтому Шамиль завещал народам Кавказа и России жить в мире и получил российское гражданство. Это было нелегкое решение. Шамиль оставался имамом своего народа, и его судьба была судьбой Шамиля. Он решил, что для Дагестана лучше быть с новой, стремящейся к свободе Россией. Тогда в горах воцарится свобода. Шамиль и его сыновья присягнули на верность России: "Я прошу Всемогущего Аллаха дать мне физическую и умственную возможность сдержать эту клятву".
Щукин завершил церемонию словами: "О, превосходный и совершенный имам! Я поздравляю тебя и твоих детей и желаю тебе всего хорошего от Всемогущего Аллаха и от людей. Аминь".
Во многом благодаря Шамилю народы Северо-Восточного Кавказа остались в России и не иммигрировали на территорию Османской империи, что, к сожалению, произошло с большей частью населения Западного Кавказа.
Вскоре разрешение на паломничество было получено. Дорога в Мекку была долгой. 70-летний Шамиль был перевезен в теплый Киев, чтобы поправить здоровье перед трудным путешествием. Проведя около полугода в Киеве и получив загранпаспорт, Шамиль отправился дальше.
Мохаммад-Шапи остался в Киеве. Гази-Мохаммад сопровождал своего отца в Одессу. В Одессе Шамиль увидел памятник фельдмаршалу Воронцову, который чуть было не погиб в битве с имамом.
Российское дворянство.
19 мая 1869 года Шамиль прибыл в Стамбул. Император пожелал особым образом выразить уважение к имаму, и в Стамбуле его ждал российский посол с указом о присвоении Шамилю и его наследникам звания потомственных российских дворян. Но имам давно отвернулся от всего земного. Его душа желала только одного — исполнить священный долг мусульманина: совершить паломничество в Мекку.