Некогда центр всего Забайкалья, нынешний Новоселенгинск - бедное и на глазах пустеющее село в 130 километрах южнее Улан-Удэ.
И тем удивительнее в таком окружении смотрится дом Старцевых, похожий на возведённый по памяти ампирный дворец какой-нибудь подмосковной усадьбы.
Именно этим он в общем-то и является: в 1840-х годах, с переездом города, особняк для его богатейшего купца спроектировал декабрист Николай Бестужев. Памятник ему стоит во дворе с 1975 года, когда здание занял музей.
Пять братьев Бестужевых были потомственными офицерами - частью от флота, частью от артиллерии. Четверо из них подались в декабристы, а после краха восстания и пятый, Павел Бестужев, был осуждён заодно, хотя его участие так и не было доказано.
С Петром и Александром он был послан воевать на Кавказ, а вот моряки Николай и Михаил, посидев в Шлиссельбургской крепости, отправились в глушь Сибири. В 1826 братьев приговорили к каторге, и пройдя Читинский острог да Петровский завод, в 1839 году Бестужевы оказались в Новоселенгинске. Где на них и обратил внимание богатейший купец в умирающем городе.
Ведь какова суть сибирской ссылки? "Эту бы энергию - да в мирных целях": отправить того, кому неймётся туда, где много не сделанных дел. Братья Бестужевы оказались людьми потрясающе талантливыми, и ещё в казематах Шлиссельбурга сделали своё первое изобретение - "стенную азбуку" наподобие азбуки морзе, которой перестукивались между камер. С некоторыми коррективами и дополнениями, она ещё сотню лет звучала в русских тюрьмах.
В ссылке, обзаведясь хозяйством и жёнами, Бестужевы активно исследовали долину Селенги и Гусиное озеро, писали трактаты о местных племенах и о буддизме (в чём помогал им Дампил Гомбоев, уже после смерти братьев ставший главой российской сангхи), держали мастерскую на все случаи жизни, а между столярными, портняжными, ювелирными заказами - ИЗОБРЕТАЛИ.
Вот слева - немецкий станок фирмы Сенткера, выписанный в забайкальскую глушь, а правее - макеты творений Николай Александровича: хронометр (увы, без механизма, секрет которого он унёс в могилу), сейсмоскоп и телескоп.
Занимались братья и более приземлёнными вещами - растили табак и арбузы, разводили тонкорунных овец (не очень успешно), конструировали печи и затворы ружей (в Крымскую войну), но самой удачной разработкой Бестужевых стала сидейка.
То есть - телега-двуколка, одинаково лёгкая в изготовлении и весе, но при этом надёжная.
Ведущего в паре изобретателей Николая не стало в 1855 году, Михаил в 1856 отбыл в один из Амурских сплавов и в 1862 приехал в Москву (где и умер в 1871-м), а на "бестужевках" вся округа Новоселенгинска и Кяхты ездила вплоть до появления автомобилей. Одну из них (кадр выше) даже смогли сохранить в музее Кяхты:
А вот - творение другого декабриста. Константин Торсон, морской офицер, герой сражений с Швецией и Францией на Балтике, участник открытия Антарктиды (о чём напоминает остров Высокий в Южной Атлантике, до восстания бывший островом Торсона), он ещё на флоте разрабатывал оригинальные проекты кораблей.
После казематов Свеаборга и Петропавловки, декабрист прошёл "классический" каторжный путь, но в Петровском заводе занимался механизацией домны, а в Акшинской крепости - изучением условий для земледелия. Разработанную там же молотилку для зерна он построил уже в Селенгинске, куда прибыл в 1837 году. И именно поближе к Торсону перебрались изначально ехавшие в Тобольск рукастые братья Бестужевы.
Несколько комнат музея, в общем-то совсем небольшого, но наполненного очень "по делу", занимает обстановка дома Старцевых:
Включая сундуки. В таком сундуке, может быть, где-то до сих пор хранится написанный 1851 году magnum opus Михаила Бестужева - некий трактат, основанный на буддийской космогонии, который он завещал обнародовать через 100 лет. Но в Гражданскую войну тот сундук потерялся.
В одном из комнат - мебель из дома Бестужевых, как я понимаю - тоже самодельная. И вот вопрос - раскрылись бы все эти таланты, не забрось судьба братьев в Сибирь?
Сам дом Бестужевых выглядел так:
Ну а отношения Николая Бестужева с Дмитрием Старцевым не ограничились сотрудничеством изобретателя и бизнесмена. Если Михаил Александрович женился в 1853 году на казачке Марии Селивановой, то Николай сожительствовал с буряткой Дулмой Сабилаевой. Которая, однако, родила ему двоих детей - дочь Екатерину и сына Алексея, которых Дмитрий Дмитриевич усыновил.
Алексей Дмитриевич Старцев, которым мог быть Алексеем Николаевичем Бестужевым, с юности занялся чаеторговлей, и в 23 года осел в Тяньцзине, где быстро сделался миллионером и хозяином целой русской колонии с десятками домов. В 1891 году он вернулся в Россию с другой стороны - в ждавший Транссиба Владивосток.
И - приобрёл себе маленький остров Путятин, где основал керамический завод на местной глине, скотоводческую ферму и усадьбу с говорящим названием Родное. Идиллия оказалась недолгой: в 1901 году 60-летний купец узнал, что в Тяньцзине повстанцы сожгли его библиотеку, и тут же умер от инфаркта. А на его родину потомки привезли несколько кирпичей с путятинских заводов.