Начало глава 1.
Галька думала мужик опомниться и вернётся. А он пропал. Поплакала маленько, но не долго. Не до того было. Огород пришлось самой копать. Пусть и чуть припозднилась, но насадила всего, что можно. Даже рассаду помидоров ей соседки дали. Ещё участки под картошку мужики распахали недалеко от домов за перелеском и поделили. Взяли кому сколько надо. Пара участков не занята осталось вот ей и предложили. Картошку на посадку миром насобирали. Хороший такой участок получился. Точно больше трех соток. Посадить картошку сердобольные соседи помогли. А ухаживала сама с ребятишками. Выйдут вечером после работы на свои огороды соседки и наблюдают. Копошиться Галька со своей мелюзгой на своём клочке. Старшая, восьмилетняя Снежанка, травку на грядках дёргает с матерью. Шестилетний Витька маленькими ведерками воду носит, помидоры и огурцы поливает. Даже трёхлетний Сашка со своей леечкой пластмассовой между грядок бродит. Где и на грядки наступит. Только Гальке все нипочём. Другая бы отшлепала и отправила из огорода такого помощника, а это только хохочет да в маковки их целует. Или соберёт их всех, пару тяпок прихватит и бегом на поле. Ребятня рядом как гусята за гусыней за ней вприпрыжку скачут. Станут ей говорить: чего, мол, ребятню на жару таскаешь? А она опять только хохочет:
- А у нас бригадный подряд.
А какой тут смех? Все у неё словно игрушки. У всех теперь на эти огороды надежды больше чем на свои зарплаты. Шура ночами просыпается пару раз проверить не зарятся ли на её урожай оголтелые халявщики. Вера сигнализацию установила вокруг грядок. По всему периметру веревку натянула и банки железные навесила. Теперь ночами от шума периодически просыпается и кошек гоняет, что в азарте охоты на банки налетают. Что сделаешь?
Зарплату уже по два-три месяца задерживают и одна надежда на урожай. Хоть какое-то подспорье.
К Шуре дочка с зятем и внучкой из города пожаловали. Совсем им трудно жить стало. Дочку в неоплачиваемый отпуск отправили. Зятю зарплату уже два месяца обещают. Приехали овощей взять да денег перехватить. Вещи кое-какие ненужные привезли из которых внучка выросла. Пелёнки - распашонки разные, одеяло тёплое, ленту розовую, что в нарядный бант завязывали при выписке.
- Вещички детские может сохранить? Авось ещё пригодятся.
- Кому? - Дочка рукой махнула. - С такой жизнью эту бы вырастить. Отдай кому-нибудь.
Шура с внучкой наводилась пока молодые огород пололи да поливали. Зять больше её не критиковал. Молча работал и пережитком прошлого её посадки не называл. По окончании прополки починкой ограды занялся и уговаривать не пришлось. Пообещали на окучивание картошки приехать по первому зову.
С деньгами помогла, конечно. Все что дома было отдала. Ничего, себе завтра с книжки снимет. Рюкзак, сумки овощами, банками с консервацией заполнили и отбыли молодые домой. Проводила их до остановки, на обратном пути с соседками на лавочке посидеть решила.
Тут им на глаза Галина со своим "выводком" попалась. И на язык тоже.
- Вот скажите, люди добрые, чем баба думает? И так мал, мала, меньше, а она ещё рожать собирается. Вон, пузо на нос лезет.
- Так ей уже все равно. Одним больше, одним меньше.
- Ты за неё не переживай, не пропадёт. Люди добрые помогут.
- Где ты добрых-то видела?
- Да вот хоть ты. Что для ребятишек кусок хлеба не дашь?
- Может дам, может не дам. Будет ли он у самой тот кусок.
- Ну от последнего отломишь. А там ещё кто подсобит. Вот увидите, бабоньки, вырастут да ещё как вырастут.
- Ага, если не сопьются. Сама не отмахивается и отцы неизвестно кто. Галька словно почуяла, что её обсуждают, павой подплыла:
- Чего, бабоньки, с делами управились? Руки устали, а языки работают?
- А ты уже картошку окучила?
- Немножко осталось. Вот хочу спросить: не знаете у кого место свободное в погребе есть?
- У Пашки Золотухина спроси. Он, вроде, себе новый подвал под гаражом сделал, а старый погреб продавать хотел.
- Не, бабоньки, покупать это не про меня. А банки для засолки у кого лишние имеются? Огурчиков посолить хочу, а тары нету.
- Это к Надьке Терещенко. Она в столовой работает. Может и поделиться.
- Рожать-то тебе когда?
- А вот как с делами управлюсь, так и рожать пойду.
- Мужик-то не вернулся?
- Какой мужик?
- Сереженька твой.
- Мы с ним расстались. Не сошлись характером. Не мой он человек оказался. - Рукой беспечно махнула. - Разошлись во взглядах на воспитание детей.
- А, ну причина, конечно, существенная.
Как уж уговорила Галина Пашку, но старый погреб он ей отдал и даже отремонтировать помог. Правда, поговаривали, что не зря заботу проявил. Давнюю историю по такому случаю вспомнили. Вроде как до женитьбы с нынешней женой была у него любовь и дружба с Галиной и дочка Снежанка будто бы от него. Даже сходство находили, но это не точно. С нынешней-то женой у него детей не было. Конечно, нынешняя ему скандал закатила, да зря старалась. Все равно на их богатство покупатели в очередь не стояли. За так Галине подвал перепал.
Так и жили день за днем. Работали, копошились на своих клочках - огородах пока новость их дома не всколыхнула.
Пошла Галина с ребятишками картошки молодой подкопать, а там на их полях мужики вовсю шуруют. Картошку по делянам копают и мешков уже порядочно наворочали. Да не всю подряд, а хорошую выбирают, а что похуже просто топчут. Сгребла она свою ораву в охапку и к домам чуть ли не бегом. Бучу подняла. Побежали мужики, а воров уже и след простыл. Поахали, поохали да чего поделаешь. На делянах больше напакостили, чем украли. Единственный участок который не тронули Галькин оказался. Вовремя её на поле принесло.
Всё-таки урожай какой - никакой собрали. Копали и смотрели как она с ребятишками с работой управляется. Она подкапывает кусты, а ребятня, как кроты, в земле роются. Маленькими ведерками картошку в кучу таскают и хоть бы один пикнул. Даже малой только сопит и ведёрко свое тягает. Не выдержали, помощь оказали. Выкопать помогли, вывезли, в подвал ссыпали.
Зима трудная в этом году выдалась. Снега столько выпало что не разгрести. Окна на первом этаже на половину сугробами закрыло. Морзоы стояли такие - ребятишки неделями не учились. Из-за недостатка угля котельные топились плохо. Батареи еле теплились. Даже новогодние праздники людям радости не принесли. По своим квартирам как в норках сидели. Только в служебном автобусе встречались. Вот так однажды утром Люська новостью всех порадовала:
- Галка Сидоркина сына вчера родила. Четыре с половиной килограмма и рост пятьдесят три сантиметра. Бабоньки, у кого вещички детские без надобности лежат можете принести.
- А куда приносить?
- Можете мне, можете к ней домой.
- Галька в больнице, а ребятишки у неё с кем?
- Одни. Снежанка-то у неё большая.
- Ох, Господи, - Ужаснулась Вера, - это когда же она вырасти успела?
Девчонки всего девятый годок.
- И чо? Она вашим дылдам фору даст. - Возмутилась Люська. - Я к ним забегаю. Да, женщины, ещё одеяло надо стеганое. Из роддома на выписку. Может у кого коляска без дела стоит? Все несите.
- Так чего она совсем ничего не приготовила?
- Ну что наказала то и говорю.
- У меня одеяло есть. Принесу. - Пообещала Шура. - Только бант розовый.
- Какая разница, - беспечно рукой махнула Люська, - можно думать младенцы цвета разбирают.
Весь день женщины новость перетирали, детей жалели, Гальку обсуждали. Да тут хоть заобсуждайся. Дело-то уже сделано, ребёнок родился.
- Давайте, девушки, профсоюз потрясём. - Вера женщин оглядела. - Пусть многодетной матери хоть какую-то копейку отстегнут. Зря что ли взносы платим.
- Можно и самим понемножку скинуться. - Шура из кошелька несколько купюр достала.
- Ну тогда ты и собирай. - Положила на её бумажки сверху свои начальница.
Женщины подходили, складывали деньги в кучку. Кто больше, кто меньше, но к вечеру с профсоюзными деньгами прилично набралось. Стали думать сейчас деньги отнести или при выписке Гальке в руки передать. Решили на часть собранных денег продукты купить, а остальные уж матери - героине как подарок. Шура с Верой сразу из автобуса в магазин направились.
продолжение тут.