Клавдия догнала мужчин:
- Не отходите далеко, подождём Любу, может, ей удастся узнать имя нашей спасительницы.
Степан изумлённо уставился на неё:
- Она что, может ещё и разговаривать с такими?
Клавдия вздохнула:
- Может. Но не так, как ты себе это представляешь.
А Люба, облокотившись о ствол берёзы, высматривала огоньки, надеясь, что они ещё появятся. Но тщетно, видимо, душа женщины исчерпала всю свою энергию, чтобы ещё раз помочь им. И тогда Люба, отчаявшись, крикнула вслух:
- Назови своё имя! - и замерла, боясь пропустить хоть малейший посторонний звук.
И вдруг, как очень слабенькое эхо в пространстве прозвучало:
- Катя... Катя...
Облегчённо вздохнув, Люба неожиданно для себя низко поклонилась и прошептала:
- Спасибо, Катя.
Слёзы брызнули у неё из глаз, она закрыла лицо руками и стояла так до тех пор, пока Клавдия не подошла к ней.
- Пойдём, Любаша, завтра ещё придём.
Люба посмотрела на неё заплаканными глазами, всхлипнула:
- Её звали Катя.
Клавдия обняла Любу за плечи:
- Как только закончим здесь, поедем с Григорием, зайдём в церковь и сделаем всё, что надо в таких случаях. Надеюсь, на этом её душа успокоится и уйдёт туда, где ей и положено находиться.
Оставив лопаты, топор, верёвки в лесу, они отправились в обратный путь. Шли молча, погружённые в свои мысли.
Уже за столом Григорий спросил:
- Эта яма, её и ямой-то не назовёшь, - какой-то провал в почве, и произошёл он, наверное, давно. Но вот как в том лесу оказалась женщина? Ведь здесь в районе тридцати-сорока километров вокруг нет никаких поселений. И дорогу, по которой я езжу сюда, провели совсем недавно.
Клавдия, многозначительно взглянув на Любу, сказала:
- Я тоже удивляюсь этому. Но нам, людям, ещё долго придётся разгадывать загадки природы. Поэтому оставим всё, как есть, вот только обозначим опасную зону, чтобы больше никто не попал туда.
- Согласен, - вздохнул Степан, - Туда очень легко попасть, а вот обратно вылезть вряд ли удастся. Вы не представляете, какой я испытал ужас, когда подо мной поплыла земля! Хотя я знал, что привязан к дереву, и что я не один, всё равно ощущение было малоприятное. Взорвать бы эту дыру в преисподнюю к чёртовой матери!
- Чем взорвать — гранатой? - усмехнулся Григорий, - Здесь нужен большой авиационный снаряд, да и то глубокая воронка останется.
- Ничего, мы завтра обозначим эту дыру в преисподнюю, как правильно выразился Стёпа. Надеюсь, больше никто туда не попадёт. А сейчас давайте отдыхать. Гриша и Стёпа будут спать на чердаке, я там всё приготовила, а мы здесь, на своих местах. Завтра у нас хватит работы. И ещё хочу сказать — спасибо вам, Гриша и Стёпа. Что бы мы без вас делали?!
Григорий поднялся:
- Долг платежом красен, Клавдия. Я разве забуду твою помощь? Да никогда!
Когда мужчины ушли, Люба спросила Клавдию:
- Почему вы не захотели им рассказывать про портал? Не доверяете?
- Не стоит людей искушать, особенно Степана. Он молодой, любознательный, разве он не захочет взглянуть на портал? - покачала головой Клавдия, - И про эту яму ему лучше бы забыть. Надо предупредить Григория, чтобы никому не говорили о том, что видели здесь, а то сейчас охотников за необычными местами полно, набегут, спасай их потом.
- А вдруг Степан не удержится и кому-нибудь расскажет?
- А он и не вспомнит, - усмехнулась Клавдия, - Можешь даже сама помочь ему в этом, ты это тоже должна уметь. А вот Гриша - человек надёжный, ему не стоит лишний раз напоминать.
- Катя, видимо, через портал сюда попала, - вздохнула Люба, - И что ей, бедной, пришлось испытать, даже представить страшно. А ведь там, по ту сторону портала, наверняка её потеряли. Был человек — и нет его, это жутко!
- Всё, давай и мы спать. Завтра встанем пораньше, надо успеть оградить эту яму. Да и потом Гриша и Степан домой поедут, и мы с ними.
Люба уснула, как только голова коснулась подушки. И снилась ей молодая женщина, стройная, светловолосая, с яркими голубыми глазами. Она шла по грунтовой дороге, держа за руку мальчика лет пяти-шести, и что-то ему, смеясь, рассказывала. А мальчишка, поднимая пыль босыми ногами, вертел головой по сторонам, совсем не слушая мать.
А потом внезапно на её месте оказался молодой мужчина. За его руку держался тот же малыш, который шёл, уже опустив голову, и с его лица на пыльную дорогу капали крупные слёзы.
Люба резко проснулась от щемящего ощущения глубокой потери. И сразу поняла, что снилась ей Катя со своим сыном, а потом — её муж.
Люба долго не могла уснуть. Сон, который ей приснился, наверное, был не простым сном. Ей показали, о чём думала Катя в последние часы или даже минуты своей жизни.
- Боже мой, какие беды может принести этот портал! Правильно Клавдия говорит, что нельзя про него никому рассказывать. А ведь я сама сначала мечтала шагнуть на ту сторону, посмотреть, что там.
На следующий день рано утром они отправились снова к этой «дыре в преисподнюю».
И на этот раз Григорий снова привязал себя и Степана к деревьям, говоря, что бережёного Бог бережёт. Набив колья по периметру, они обвязали их верёвками.
Отойдя в сторону, Клавдия покачала головой:
- Этого надолго не хватит. Колья зарастут кустарником и верёвки не видно будет, да и она быстро сгниёт. Потом подумаем, как основательно оградить эту яму. Хорошо, что здесь никто не ходит, а мы с Любой теперь будем обходить это место за версту.
***
Продолжение следует...