О чем так долго говорили большевики, совершилось. Стало известно, что сложности c реализацией проекта «Школа 800» привели к тому, что корпус на Бору вовсе исключили из проекта. Между тем, депутаты фракции КПРФ предупреждали о том, что проект «Школа 800» изначально нёс в себе большие риски.
Первый риск – использование еще не опробованной до конца концессионной модели. Мы обращали внимание на то, что сама модель была не отработана до конца, а условия концессии были весьма и весьма обременительны для регионального бюджета.
Концессионные соглашения в их нынешнем виде, на мой взгляд, фактически просто узаконивают переход бюджетных средств в карманы конкретных частных лиц.
Региональный бюджет берет на себя все выплаты по процентам и телу займа, вносит свою долю в том или ином виде в софинансирование проекта и еще несет всю ответственность за проект, а концессионер получает сливки в виде концессионных отчислений. Причем концессионер имеет полное право при индексации цен увеличивать эти концессионные платежи.
Трудно сказать, в чем была необходимость реализации столь масштабного проекта, как «Школа 800». Если бы мы направили собственные средства, даже в меньшем объеме, в уже существующую систему образования, позитивный эффект был бы бо́льшим.
Второй риск, о котором тоже было заранее известно, – фактически неопределенный статус «Школы 800»: автономное это образовательное учреждение, частное или, как все школы, муниципальное бюджетное – так и не было решено.
Регион строил, вкладывал огромные деньги, не понимая, какой будет педагогическая модель, какие будут применяться технологии, какая программа, как будет строиться образовательный процесс, откуда и как придут учителя. Был затеян огромный проект, но не было ответа на вопрос о том, что же он такое.
В итоге возникли проблемы при строительстве самих объектов, выявились серьезные нарушения. В какой-то момент потребовалась смена подрядчиков: сначала были одни строители, потом концессионеры приняли решение, что будут другие. Качество реализации было далеко не на высоте. Все это затянулось до неприличия.
Ну а дальше здорово затрясло всю образовательную систему области. Найти новых учителей было сложно, педагоги стали переходить в «Школу 800». Понятно, что в школах, из которых уходили кадры, качество образования падало. Найти замену в нынешних условиях катастрофического падения престижа профессии учителя стало для директоров школ настоящей головной болью.
Так что реализация проекта «Школы 800» имела вполне ощутимые негативные последствия.
Плюс надо понимать, что затянувшееся строительство и концессия легли на бюджет области серьезным бременем. Сегодня стало наконец очевидно, что это просто выбрасывание денег на ветер.
Слишком дорогое удовольствие в нынешних условиях.
Видимо, поэтому решили отказаться от строительства всего, что не доделали, и оставить проект вот в таком урезанном виде.
То есть пожертвовали грандиозностью.
Что сейчас нужно бы сделать?
Было бы неплохо, если бы контролирующие и другие заинтересованные структуры проанализировали эту ситуацию, учли ошибки и объективного, и субъективного характера.
У нас сейчас заключено очень много концессионных соглашений, и ситуация вокруг проекта «Школа 800» должна еще раз обратить внимание регионального правительства на важный вопрос – стоит ли так часто пользоваться концессионными соглашениями, особенно при строительстве социальных объектов? И как нужно изменить закон о концессиях, чтобы уравнять интересы концессионера и государства?
Роман Кабешев, руководитель фракции КПРФ в Законодательном собрании Нижегородской области
Источник изображения – сайт правительства Нижегородской области.