Начало истории здесь:
В 5 лет Матвей начал посещать коррекционный сад. Со мной. Одного я уже его не отпускала никуда. Мы приезжали после завтрака на занятия и прогулку с детьми. Здесь было комфортнее. Во-первых, не было растерянности у воспитателя и специалистов, во-вторых, дети были с особенностями развития. Относились к Матвею как к равному, искали с ним контакта. Это очень важно. Ради этого общения, пусть на уровне 3-летних детей, я туда и ездила. Ребятишки подобрались хорошие. Не было никаких пугающих Матвея эпизодов.
Воспитатель была одна, бессменно. С дефектологическим образованием. Приветливая.
В коррекционном саду детям положены индивидуальные занятия с логопедом, психологом, дефектологом. Ведутся ли такие занятия с каждым – сомневаюсь. Не везде в общем. Почему? Потому что с тяжелыми детками заниматься сложно и видимого прогресса ждать приходится годами, если вообще дождешься. А ещё, потому что дети не расскажут вечером маме – занимались с ним или нет, тем более неречевые.
Периодически я видела одну и ту же ситуацию. Приходит специалист в группу и громко так говорит: «Дети, кто из вас хочет заниматься?» Всегда хотел мальчик Миша, высокофункциональный. Педагог забирала его, и они весело уходили. Были дети, которых никогда не брали. Думаю, такая ситуация не редкость.
На прогулках было весело, все играли в песочке или на горках, лазилках. Матвею нравилось. После мы сразу уезжали домой.
Параллельно мы много чего делали для реабилитации сына.
Я обучилась на АВА-тераписта онлайн у Юлии Эрц и взяла супервизию очень грамотного специалиста из Америки. Она нам по результатам тестирования составила программу, по которой мы должны были каждый день заниматься. Раз в 2-3 недели была встреча в скайп, предварительно мы отправляли видеоотчёт о наших результатах.
Ещё мы ходили на групповые занятия. Все дети были с мамами. Мы водили хороводы, учили движения под песни, в конце обязательно был блок телесной терапии по методу Максимовой. Матвей до сих пор любит и ищет в Ютуб песни, под которые мы занимались и повторяет те движения. Нравилось очень. В этой тусовке мы оставались вплоть до школы.
А ещё были канистерапия, иппотерапия, бассейн.
Я всё задумывалась о том, как же Матвей будет учиться? Где? С 4 лет я уже постоянно водила его на какие-либо групповые занятия академической деятельностью. Чтобы приучать к дисциплине и реакции на инструкции педагога. Наш супервизор составлял отдельные протоколы на эти групповые занятия. Хоть они и шли по классическим методам, у Матвея были индивидуальные цели. И да, я присутствовала на всех уроках как сопровождающий. Без меня он не сидел за столом, убегал.
Несмотря на наши усилия, Матвей всё больше отставал от нормы. Теперь уже речь шла не о задержке, а именно об умственной отсталости. Приобретённой вследствие аутизма. Чем сильнее он отставал, тем яростнее я пыталась его обучать. Но из всего нового выученного в памяти у него оставалось процентов 15. Странности и аутичность при этом проявлялись всё ярче.
Было несколько откатов. Когда приходилось начинать практически с нуля. Такое течение болезни характерно для аутизма, так говорили мне специалисты. Но с чем это связано? Я всё пыталась найти причину…
Пишите комментарии, очень их люблю💙
Продолжение: