Оглавление
Темные коридоры Алтума знали много тайн, но немногие из них угрожали разрушить зыбкий внутренний баланс подземного города, как те, что хранил Скрытень. В раздумьях Скрытень повторял план: нужно добраться до кузницы, забрать документы, а потом уже можно было думать о побеге и о том, как передать их в надёжные руки. Под тяжестью темного плаща скрывался его силуэт, словно тень, стирающая грани своего облика среди бесшумных улиц заглубленного города Алтум. Скрытень двигался со странной изящностью, словно танцор среди могильных камней. Наступившая ночь была помощницей в деле Скрытня. Погасшие прожектора и тихо жужжание генераторов приглушало движение юноши в броне.
Как бывший шпион Разведки, Скрытень прекрасно понимал риск и последствия, но что стало для него ещё важнее – это потребность рассказать Совету, да и всему Алтуму, о жутких экспериментах Главы Медицины. Он уже натерпелся в последствии одного из них, а его бронированный костюм не давал забыть об этом.
За ним следили – Скрытень чувствовал это. Две тени, плетущиеся за его спиной, были практически невидимыми для невооруженного глаза. Охранники, которых послал Глава Медицины, были обучены убивать, не оставляя следов и улик. Сверкающие мечи и пистолеты были им привычны, как дыхание под землей – необходимы для выживания. Они шли по его следам, не отставая и не теряя бдительности. Они двигались беззвучно. Их глаза, привыкшие к сумраку, ловили любое движение, предвещающее присутствие Скрытня. Они были как две тени, настолько слились с окружающими туннелями. Оставшиеся споры внутри Скрытня будто взывали к спорам, которыми наградил охранников Глицин.
Скрытень ощущал приближение опасности – у него не пропадал то, что называют шестым чувством, когда затылок леденил от страха, а инстинкты настраивались на борьбу за выживание. Это чувство подсказывало, что время на исходе.
Усталость от последствий эксперимента тяготила его, но воля к победе и правде толкала вперёд. Скрытень знал, что прямой конфликт ему не выиграть. Его преимущество – это знание лабиринтов подземного города.
Он решает пойти на риск, пробравшись в кузницу через заброшенные пути, зная, что эти маршруты менее предсказуемы и что его преследователи могут быть не знакомы с каждым теневым поворотом. С каждым его шагом охранники подтягивались ближе, двигаясь синхронно, слаженно.
Их движения были холодны и чётки, никакого колебания, только цель, внедрённая умениями и обучением, полученным в самых тяжёлых условиях подготовки, которые представляли собой хаос после катастрофы столетия назад.
Скрытень резко свернул в узкий проход, натянув свой черный балахон.
- Они должны думать, что я слишком осторожен для таких очевидных манёвров- , шептал он себе под нос. Он надеялся на свой план и на тот элемент неожиданности, который мог бы застать охранников врасплох.
Во время, когда Скрытень затих в тени, охранники остановились, прислушиваясь к пустоте, пытаясь уловить звук или движение. Их дыхание было ровным, и даже в напряжении они оставались невозмутимыми – продукты Системы, созданной однажды, чтобы защищать Алтум любой ценой.
Скрытень потихоньку двигался дальше, молясь о том, чтобы его не услышали преследователи.
Завернув за угол, Скрытень оказывается у входа в кузню. Сдерживая дыхание, шагая, будто в невесомости, юноша касается дверной ручки и понимает, что дверь закрыта и не поддаётся на его потуги открыть её. В это время, позади него, охранники, словно львы, услышав слабый скрип в пустоте, насторожились и уже двигались в сторону шпиона.
Один из них, не выдавая ни малейшего звука, вытаскивает боевой нож. Он оценивает расстояние и готовится к быстрому, но тихому нападению. Второй следит за углами, его пистолет готов отразить любую неожиданность. Они были созданы для этого – охота превратилась в их вторую натуру.
Но Скрытень не был новичком в играх смерти и тени. Он слышит, почти чувствует металлический запах ножа одного из охранников, и его шаги становятся быстрее, молниеносно меняя направление, ввергая охрану в замешательство. Он нырнул в темную арку, примыкающую к кузнице, и тень его плаща скользнула за угол, словно исчезнувшая мгла.
Пронзительное молчание выдало им его уловку – они оба останавливаются, осознавая, что Скрытень уже не перед ними. Их обучение и инстинкты подсказывали необходимость двигаться дальше, но не торопиться. Тактика охотников требовала терпения и точности. Они рассредоточились, образуя две грозные точки преследования.
Скрытень просочился внутрь кузницы, сердце у него колотилось, словно кованый молот об анвил. Из-за поднятого стресса его дыхание участилось. Он повернул за собой затвор, и массивная стальная дверь закрылась с гулким эхом.
- Скрытень! — радостно воскликнул Сус, отложив в сторону молот, протягивая ему руки, чтобы обнять.
- Мне нужны те документы, — едва переведя дыхание, проговорил Скрытень.
- Они планируют заразить нас всех, каждого, Сус. Глицин работает с Главой Совета...
Едва он закончил фразу, как грохот от упавшей стальной двери разнёсся по всей кузнице, и в нее ворвались два охранника. Их лица были обезображены ядовитыми до глубины души спорами, а взгляд наполнен безжалостным голодом. Их руки были покрыты нечто чёрным, скильским, капающим на пол.
Сус метнул Скрытню сверток с бумагами, схватил молот и шагнул вперед, словно старший брат, защищающий своего младшего.
- Ни шагу дальше, пока не почините дверь, парни, — рыкнул Сус, когда один из охранников поднял пистолет и выстрелил.
Вспышка от выстрела разрезала воздух и пуля вонзилась в стену, рядом с Скрытнем. От инстинкта выживания, он отскочил в сторону и схватил ближайший к себе инструмент.
- Ты думаешь, твои пули остановят меня? — почти смеясь сквозь злобу, сказал Сус, и его молот с визгом рассек воздух, направляясь к первому нападающему.
Второй охранник рванулся вперед, и вскоре Скрытень оказался на полу, а сверху, на нём сидел охранник. Удары, парированные и наносимые, пели о том, как хрупка жизнь и как важно ее охранять. Скрытень ощутил горячую боль от удара, который лишь на мгновение заставил усомниться в его выбранном пути.
- Ты не получишь их, урод! — вскрикнул он в ответ, посылая кулак в живот второго нападающего, чувствуя, как стальная решимость твердеет внутри него с каждым ударом. Он скинул с себя охранника, вставая с уверенностью на ноги.
Шар гнева взорвался в груди Скрытня, адреналин давал ему силы. В голове закружилась мысль о том, что он не может умереть. Не сейчас. Когда-то его жизненный путь был меткой чужого приговора, а теперь он оберегал долю каждого человека в Алтуме.
Схватка была жестокой, без жалости. Металл сталкивался с плотью, и искры освещали мрачное пространство кузницы как багровые звезды. Руки Скрытня были в крови, а глаза горели отрешенностью к страху.
- Я... никогда не... сдамся, — Скрытень с трудом выдавил слова между ударами, каждый удар грохотал в его ушах как наковальня судьбы.
Оба охранника отступили назад, к двери, переглядываясь друг на друга и по сторонам.
Так же и Сус со Скрытнем, стояли, сжимая в руках молоты.
Один из охранником, с жестокой ухмылкой, достал из-за спины гранату, висевшую на его поясе и бросил в печь. Ошеломляющий взрыв разбросал языки пламени по всей кузни, поджигая её. Охранники не задумывались уже о своей жизни, их контролировали и дали одну единственную цель - устранить документы и Скрытня.
Адский свет огней кузницы метал тени, создавая иллюзию, что Сус танцует смертельный вальс. Его каждое движение стало губительным для охранников, каждый взмах его тяжелого инструмента нес разрушение. Раскаты их стойкой брони ломались под звон ударов, исходивших от мастера этого жаркого танца пламени и стали.
- Вы можете взять меня, но никогда не сможете сжечь то, что создал ОН, то, что теперь принадлежит будущему, — закричал Сус, и в этот момент его орудие настолько тесно слилось с вихрем пламени, что кинжал, занесенный его рукой, пронзил облако дыма и нашел свою цель.
Измяты и обезображены радиационными спорами, охранники напоминали диковинные скульптуры, созданные безумным скульптором. Споры, изъедавшие их плоть, даровали им мощь и выносливость, искажая разум ожесточенным голодом до разрушения.
Скрытень стоял напротив одного из них, чья рука была подобна кустарнику зловещих, изогнутых шипов. Великан шагнул вперед, и кузница встрепенулась под его тяжелыми шагами. Скрытень казался не более чем насекомым в схватке с воином из преисподней. И все же, в его глазах пылала решимость человека, привыкшего выживать в самых невообразимых ситуациях.
Сус был отягощен годами, проведенными в труде и каждое движение было наполнено невероятной силой.
- Ты не выглядишь как кузнец, – прозвучал издевательский голос одного из охранников, его лицо искажено ухмылкой чудовища.
- А ты не выглядишь как охранник, а всего лишь как ошибка природы, требующая исправления, – резко бросил в ответ Сус, размахивая молотом, подыгрывая тяжести металла и его смертоносного пути к противнику.
Со свистом, молот сокрушил угрожающий кулак охранника, высвобождая из разлетевшихся осколков искры боли. Противник мгновенно утратил равновесие, а его темные глазницы засветились пламенем.
В это время Сус, не сбавляя темпа, схватил раскаленный прут и прежде чем охранник успел оправиться от неожиданности, пронзил ей незащищенное горло. Обрушившийся хрип доказал, что даже чудище, злосчастный эксперимент, не был вечен.
Битва, словно огненная буря, охватила кузницу, раскрыв ее перегретым вздыханием металла и плоти в ожесточенном танце выживания. С каждым ударом молота, с каждым криком и стоном, кузня была превращена в арену, где ставки выше жизни. Это было столкновение на пороге забвения, где каждое действие, каждое решение могло привести к победе или абсолютной катастрофе.
В пылу схватки, переплетая удары и защиты, Скрытень и Сус напоминали танцоров на лезвии клинка: они двигались с безупречной синхронностью, переплетая свою судьбу в этой грозовой симфонии стали.
- Свежее мясо к обеду, - издевательски брякнул оставшийся в живых зараженный охранник, голос его звучал как из преисподней, низкий и угрожающий.
Сус усмехнулся в ответ:
- Интересно, а насколько горьким оно окажется, когда погрузится в мою печь?
Скрытень, не произнеся ни слова, а лишь изучая движения зараженного, сделал шаг вперед, вытянув перед собой стальной прут, найденный среди углей. Битва началась мгновено.
Внезапно, чья-то тень предательски промелькнула за спиной дуэта, но до выстрела дело не дошло – массивная балка, охваченная пламенем, рухнула с потолка прямо на третьего охранника, заставив его "коллегу" мгновенно отвлечься.
- Ах, вот и светлые перспективы, - ехидно прокомментировал Сус, избегая сокрушающего удара, который вонзил кулак охранника в каменную стену.
Драка казалась бесконечной, с каждым блоком и ударом искалеченный охранник продолжал вставать, словно его извращенное тело не знало усталости.
Скрытень с великолепной ловкостью пробежал по жерди, удерживающей пылающую печь, и взмыл в воздух. Его фигура на мгновение оказалась над охранником, и тогда молодой человек спустил свой клинок на шею противника. Отделенная голова покатилась по земле, и бесформенное тело упало в агонии.
Сус оглядел кузницу, словно оценивая ущерб.
- Ну, мой юный друг, ты отлично разгоняешь скуку, - сказал он, подмигивая Скрытню.
В кузнице опустилась тишина, нарушаемая лишь треском угасающего пламени. Оба дышали тяжело, но с облегчением – их жизни висели на волоске, но в этот раз, опять, они вышли победителями.
- Не сдавайся, Скрытень. Это еще не конец, — тихо проговорил Сус, его голос был смягчен заботой. - Мы передадим документы Эфиру, и правда станет оружием против Глицина и его соучастников.
Скрытень крепко сжал сверток в руке, измотанный, но обновленный целью. Они оба знали, что впереди их ждут новые битвы за будущее Алтума, заточенного в глубины земли.
***
Глава Разведки, со скрещенными руками смотрел на Главу Медицины, с каменным лицом. Глава Инженеров, в безмолвии трогал свой бумажный планшет.
— Продолжим, — тихо проговорил Глава Совета. Его бледное лицо выражало странную, почти маниакальную улыбку, а его взгляд блуждал. — Глицин предлагает нам свое лекарство для укрепления иммунитета...
Глицин встал, в его руках блестел небольшой флакон.
— Это не просто лекарство, это залог нашего будущего здоровья, — уверенно начал он. — Но я чувствую, что некоторые не верят в благие мои намерения.
Глава Безопасности, откинулся на своем сиденье.
— И не без оснований, — грубо бросил он. — Слухи, что ты хочешь нас заразить радиоактивными спорами, не основаны на пустом месте.
Глицин усмехнулся.
— Это абсурд. Радиация — враг нашего времени, многое зависит от того, чтобы ее удерживать под контролем. Почему я стал бы своим же бичом?
Глава Церкви смотрела на Глицина с восхищением.
— Его намерения чисты. Ведь мы все испытали на себе его заботу, — тихо сказала она. Ее кожа бледнела, но глаза горели неестественной яростью.
— И я готов поддержать Глицина, — добавил Мудрость. — Мы все пройдем через это вместе.
Он проглотил содержимое флакона ещё раз, и другие последовали его примеру. Один за другим Главы Совета принимали лекарство, их лица становились расслабленными, а взгляды — отсутствующими.
Глава Наук, Алма Рисс, отстранилась в сторону.
— Мы не можем действовать поспешно. Нам нужно больше данных. Мы должны анализировать, тестировать...
Ее перебил Стальной, который стоял у перегона данных.
— Формулы неполные, риски не оценены! — вскричал он, стараясь донести свой голос через гудение разговоров.
Эфир подошел к нему, кладя руку ему на плечо.
— Мы должны остановить это, пока не стало слишком поздно.
Глава Торговли, Ибрахим Салех, поднял руку, вызывая тишину.
— Все может быть понято неправильно. Но сам факт, что вы, Глицин, не предлагаете другие пути или не ждете общественного согласия... это внушает подозрение.
Глицин тяжело вздохнул.
— Время покажет правду, — ответил он. — Я только надеюсь, что вы не пожалеете о своем недоверии.
Он обвел взглядом тех, кто принял его лекарство, и подмигнул помощникам.
- Скрытень и Эмма, не смогли доставить нам доказательства, хотя времени было предостаточно. - разведя руками, Глицин расхаживал по залу, понимая, что семь из двенадцати Глав уже находятся под его контролем. Пока был перерыв, он лично заразил оставшихся четырёх охранников и заставил их охранять входы в зал, чтобы никто не помешал им.
- То, что произошло с нашими коллегами, это... непредвиденный побочный эффект.
Стальной презрительно фыркнул.
- Побочный эффект? Они в коме, Глицин. Это не неудача – это катастрофа!
- Ты на чьей стороне, Глицин?! - задал вопрос Глава Безопасности Алексей, опуская руку к своему табельному пистолету.
- Я на стороне МОЕГО города и МОИХ жителей,- твердо ответил Глицин. - Тем не менее, доказательств у вас нет.
***
- Откуда только такие уродины берутся? Наверняка их матери считали их красавцами. Ха! - с иронией пробурчал Сус, не спуская глаз с трёх охранников. Скрытень лишь кивнул в ответ, сосредоточенно изучая противника.
Когда один из охранников с диким воплем бросился на Скрытня, кузнец не медлил и встретил его ударом кувалды. Удар оказался невероятно мощным, но враг даже не шелохнулся, усмехаясь широкой, искалеченной ухмылкой.
Скрытень пустил в ход свои шпионские умения: увернулся от мощных рук, стремящихся его задушить, и ударил точечно в слабое место на шее охранника. Тот застонал, но продолжил свои попытки раздавить молодого бойца.
Внезапно коридор наполнился опаловым светом, а на помощь Сусу и Скрытню выбежала Валентайн, метнувшая пузырёк с кристаллической пылью в лицо одному из охранников. Пыльца вспыхнула туманным облаком, и охранник закашлялся, стиснув горло позеленевшими пальцами.
Борьба обострялась с каждой секундой. Сус отбивался от двух взбесившихся берсерков, парировал их удары с силой, достойной настоящего кузнеца, и при каждой возможности отправлял свои остроумные комментарии в адрес противника.
- Ты не стесняйся, попробуй ударить, - саркастично парировал, оттесняя одного из охранников, который уже начал угадывать прочность стены своими вдавленными костями.
Скрытень не оставался в стороне. Его движения были слишком быстрыми и точными, чтобы его можно было с легкостью уловить глазом. Он на мгновение превратился в неуловимую тень, используя свои умения чтобы превратить тело охранника в свинцовую ношу.
Броня, сделанная Фугатом, каждый раз удивляла Скрытня. Он не чувствовал скованности, она была лёгкой, пластичной и на удивление прочной. Не настолько, чтобы выдержать удар, но достаточно, чтобы кости не сломались от одного удара этих громил.
Эмма не дремала; на ходу смешивала новые сочетания биологической пыли и пыли от кристаллов. Раздался новый бросок, и очередной охранник обрушился на пол, выдыхая странные булькающие звуки, когда кристаллы действовали на его измученное радиацией тело.
И вот, наконец, после жестокой и изнурительной схватки, трое охранников лежали на земле, побежденные и недвижимые. Скрытень, Сус и Эмма остановились, ловя дыхание, взгляды их полны понимания и облегчения. Они знали, что сегодня вырвали жизнь у самой смерти и остались стоять.
- Удачное начало для понедельника, не находишь, Скрытень? - с ухмылкой сказал Сус, проверяя нет ли у него на теле новых царапин.
Скрытень улыбнулся в ответ, оттирая радиоактивную пыль с плаща.
- Понедельникам я предпочитаю вторники, - не без юмора заметил он, когда трое победителей отправились к Залу Совещаний.
***
- Глицин, вы безу...
Глава Науки не успела закончить, как двери зала распахнулись, и внутрь ворвались Сус и Скрытень, а за ними Эмма Валентайн. Лица их были изнеможенными, а одежда обагрена кровью.
- У меня есть доказательства, - выдохнул Сус, бросая на стол сверток документов, тяжело дыша от бега и схватки.
Главы в тишине перелистывали страницы, пока обвинения, ложные исследования и сфальсифицированные результаты не стали ясны. С каждой страницей Глицин бледнел всё сильнее.
Стальной быстро собрал воедино все улики.
- Вот и всё, Глицин,- мягко, но неумолимо произнес он.
Вскоре все обратили внимание на Эмму, которая, хотя и нервно вращала в руках пустую склянку с кристаллической пылью, находилась там не просто как свидетель.
- Спасибо тебе, Эмма. Ваши знания о спорах могут помочь вылечить потерпевших, - признала Глава Науки.
Глицин ссутулился, взгляд его блуждал бесцельно.
- Это было для блага Алтума. Вы...
- Для твоего блага, - отрезал Алексей, - Ты отравил землю, на которую мы ступили
Глицин, его глаза пламенели от ярости, как угли среди золы предательства, раздуваемого каждым словом обвинения.
Стальной, голосом, лишенным эмоций, произносил обвинение:
- Ты предал нас, Глицин. Твой план заразить Алтум радиоактивными спорами и взять под контроль наши разумы – это предательство каждого жителя нашего города.
Глицин, дрожащий от негодования, сжимал кулаки.
- Я искал спасения для всех нас! Вы слишком слабы, чтобы увидеть, что порой нужны крайние меры для выживания. Мои исследования...
Эфир, его прервал
- Твои 'исследования' - это маниакальная попытка контролировать жизни. Доказательства налицо. Испытания на невинных...
Глицин качнул головой, словно пытаясь отбросить душащие его обвинения.
- Я предлагал решение, а вы предлагаете мне сдаться? Никогда! – кричал он.
Именно тогда Глицин начал меняться. Тело его начало дико искажаться; почти неконтролируемо оно расширялось, кожа темнела, приобретая оттенки зеленого и серого. Волосы выпадали клочьями, обнажая странно бугристый череп. Из его рта шел пар, словно из-под земли поднимался гейзер, и глаза, уже не человеческие, сверкали как кошачьи в полной темноте.
Глава Безопасности вскочил, приготовившись к действию.
- Во имя безопасности, я не могу позволить...
Глицин разразился нечеловеческим рыком, прерывающим Алексея. Руки Глицина, когтистые и ужасающе ловкие, потянулись к потолку и в стены, создавая сеть трещин в окружающем камне. Его лицо растянулось в маску, дающую представление о самых кошмарных глубинах подсознания.
Глава Науки, отпрянула, ее глаза отражали ужас ситуации.
- Это мутация, вызванная его экспериментами... – с трудом выговаривала она.
Глава Торговли, привыкший к ведению переговоров и разрешению конфликтов, предложил:
- Глицин, пожалуйста, если есть хоть капля человечества в тебе, остановись!
Глицин, уже не в силе полностью осознавать слова, откликнулся лишь новым рыком, в котором слышалась и боль, и ярость. С криками и зловещими звуками, раздаваемыми его новым, жестоким телом, существо казалось желающим оттолкнуть своих обвинителей.
Эфир возвысил голос:
- Мы должны действовать решительно ради всех жителей Алтума!
Глицин метнулся вперёд, его движения, будто сквозь тягучий туман, исказившиеся и замедленные, но всё ещё опасные. Удары были невероятно сильными; каждый взмах его руки нес в себе силу взрыва. И когда Глава Разведки отпрыгнул назад, избегая губительного контакта, Скрытень оказался в опасности, сражаясь за каждый вдох в присутствии разъярённого монстра.
С решимостью олицетворённой смелости, Эмма бросила последнюю склянку с пылью. Глицин застонал, и силуэт его стал дрожать, как отзываясь на зов природы, стремящейся взять верх над искусственным. Он оглядел присутствующих, и в его измученных глазах мелькнула полуумирающая вспышка понимания вместо безумия, сигнализируя о кратком утихании войны внутри.
Но жажда выживания вселила в него новую дозу энергии, и, вне себя от страха перед неизбежным разрушением, он схватил ближайшего к нему, Лаванду, Главу Церкви, и затащил его в пучину мрака, в подземелье канализационных трепетов и мрака. По пути Глицин, как невидимый торнадо, ломал и разрушал всё на своем пути. Бетонные туннели и трубы трескались, как хрупкие кости, под напором его беспредела. За ним оставались только руины и обломки, затопленные водой из разорванных канализационных систем.
С грохотом и оглушительным эхом, Глицин исчез в мрачных недрах, оставив за собой разорённый зал и сбитых с толку обитателей подземного города. Алтум, казавшийся когда-то неприступной крепостью, встряхнулся под гнётом этой новой угрозы, в то время как ее руководители пытались собрать воедино силы и надежды, чтобы начать восстановление и пострадавших коллег.
Глава Безопасности Алексей, с бесстрастной решимостью на лице, отдавал распоряжения через рацию.
- Приготовьте блок А госпиталя для карантина. Немедленно, – ледяным тоном отметил он, наблюдая, как солдаты в биозащитных костюмах спешат забрать пострадавших Глав.
Глава Разведки Эфир стоял в стороне, его глаза металлически блестели при свете экранов.
- Скрытень, – обратился он к своему бывшему шпиону, – Нам нужно действовать без задержек. Следуй за мной, мы исследуем тайную лабораторию, пока Алексей взял контроль над ситуации здесь.
Словно тень, он следовал за Эфиром через коридоры и спуски, территория под землей оказалась неприветлива для новоприбывших, но эти двое в ней были как дома.
В зале собраний оставшиеся Главы пытались сохранять хладнокровие.
- Наш приоритет – обеспечить безопасность жителей Алтума и найти Глицина с Лавандой, – напомнил Стальной, непоколебимо глядя на бледные лица окружающих. - Их действия могут повлечь за собой еще большие последствия, чем мы можем себе представить.
---
Спустя неделю, Алтум медленно восстанавливался после потрясения. Из коматозного состояния начали выходить зараженные Главы, спасенные усилиями героического медицинского персонала, который использовал образцы недавно обнаруженных в лаборатории вакцин.
Тайная лаборатория, раскрытая Эфиром и Скрытнем, дала многое Совету Алтума для размышлений: уцелевшие записи указывали на то, что Глицин был частью научной сети, облекавшей свою работу в пропитанные безумием идеи, и сбежал в поиске окончания своего проекта – осуществлении контроля над человеческим разумом.
Снова собравшись в зале собраний, Совет в полном составе обсуждал планы по усилению безопасности и дальнейшим действиям.
- Это напоминание, – сказал обновленно оптимистичный Новый Глава Совета по имени Лекс, мужчина около сорока лет, бледнокожий, с короткими белыми волосами и голубыми глазами – О том, что даже под землей, мы не защищены от зла, порожденного самими нами.
Алтум, хоть и пошатнувшийся в своих основаниях, доказал свою живучесть. Город под землей, с его искусственным светом и круговоротом воды, продолжал быть бастионом надежды для человечества.
______________________________________
Ожидайте ЭПИЛОГ