Для слесаря-инструметальщика по сборке универсальных сборочных приспособлений управления инструментального производства Андрея Смирнова День защитника Отечества очень личный праздник. За свою жизнь он дважды принял участие во второй чеченской кампании, неоднократно бывал на поле боя и чудом выжил после тяжелейшего ранения. Несмотря на пенсионный возраст, он продолжает работать на Уралвагонзаводе, прилагая все усилия, чтобы помочь нынешним солдатам на СВО.
– Андрей Иванович, как долго вы работаете на Уралвагонзаводе?
– На предприятие я пришел сразу после окончания девятого класса в 1981 году учеником токаря, отсюда же ушел в армию на срочную службу. Вернулся и продолжил работать до тех пор, пока не пошел на службу по контракту, во время которой принимал участие во второй чеченской кампании. После возвращения вновь устроился токарем на Уралвагонзавод. Параллельно работе получил юридическое образование, после чего был назначен начальником бюро инструментального хозяйства в ремонтно-механический цех № 1. Там я отработал еще около 17 лет. Сейчас перешел в слесари-инструментальщики – продолжаю трудиться в управлении инструментального производства…
– Как вы оказались в зоне боевых действий во второй чеченской кампании?
– Летом 1999 года меня призвали уже в Северно-Кавказский военный округ. На тот момент мне было 34 года. Я принял решение заключить контракт, так как почувствовал, что не могу бросить молодых ребят-срочников, которым необходима помощь опытных взрослых товарищей. Из Свердловска нас перебросили в Ханкалу – это город на границе с Чеченской Республикой. Поступил в распоряжение личного состава российских пехотных войск связистом в звании сержанта.
– Долго ли вы там находились?
– До мая 2000 года, пока не произошла ротация и наш полк не вывели из зоны боевых действий. Спустя несколько месяцев я снова принял решение заключить контракт еще на год. Меня связистом отправили в военную комендатуру Старопромысловского района города Грозного. Там в круг наших задач входило сопровождение эшелонов и контроль за порядком на вверенной нам территории. Наше подразделение также занималось выявлением и уничтожением незаконных мини-заводов по производству бензина. Прослужив полгода, собрался в положенный отпуск, но не успел уехать. Буквально накануне недалеко от города Шали наша машина попала в засаду, и я получил слепое пулевое ранение левого плеча и двух легких.
– Как вам удалось выжить с таким серьезным ранением? Боль, наверняка, была невыносима, а медицинской помощи рядом не было…
– К слову сказать, особой боли я не ощущал. Думаю, что дело в адреналине. Самое главное было добраться до госпиталя. К счастью, пуля чудом не задела сердце и застряла в легком, из которого его, кстати, извлекли только спустя четыре месяца уже в России. Но это уже совсем другая история…
– И каким же образом вам удалось спастись?
– Чудом и волей к жизни. Сначала я на попутке добрался до Грознинской городской больницы. Там главный врач несмотря на страх за себя и свою семью оказал мне помощь и укрыл в детском отделении. А ночью ко мне пришли вооруженные люди. Я подумал, что меня сейчас убьют, но они почему-то передумали… Наутро за мной приехала машина и повезла в аэропорт Северный, а это очень небезопасно. К счастью, у водителя работала радиостанция, я нашел волну нашей комендатуры. Это спасло мне жизнь в третий раз за сутки. Дорогу, по которой мы ехали, перекрыли наши войска – так мне удалось добраться до нашего госпиталя, откуда меня отправили в Ростов-на-Дону. В результате был комиссован и получил третью группу инвалидности. Когда началась спецоперация, я хотел пойти добровольцем, но старое ранение скрыть не удалось. Остался здесь – на Уралвагонзаводе.
– Почему выбор пал именно на Уралвагонзавод?
– Здесь я отработал много лет. Это предприятие стало для меня родным. Кроме того, после войны человеку крайне важно оказаться в хорошем, сплоченном коллективе, чтобы у него появилась возможность как можно быстрее вернуться в мирную жизнь. Уралвагонзавод принял меня радушно, коллеги терпеливо ждали, пока завершится лечение, после которого я работал по облегченному графику. Некоторое время назад пришлось взять небольшой перерыв по семейным обстоятельствам. Но спустя пару-тройку месяцев я вновь вернулся на предприятие, но уже не начальником БИХа, а слесарем-инструментальщиком. Эта профессия мне пришлась по душе – она творческая. Интересно изобретать инструментальные приспособления, которые могут облегчить труд простых рабочих. Когда началась СВО, я по собственной инициативе перешел на 12-часовую смену.
– Зачем было принимать такое решение, неужели по финансовым соображениям?
– Совсем нет. Дело далеко не в деньгах. У меня сейчас две пенсии – военная и по инвалидности. Я не бедствую. Дело в том, что мне не понаслышке известно, каково ребятам сейчас там – в зоне боевых действий. И если уж мне не удалось к ним присоединиться, то я готов помогать всеми силами здесь, в тылу.
– Есть ли у вас награды за службу?
– Никаких наград у меня нет. Был момент, когда я подписывал наградной лист на медаль «За отвагу». Но дело дальше этого не пошло. Да я и не переживаю по этому поводу. Главное в жизни не героем стать, а быть нормальным мужчиной.
– А что делает мужчину мужчиной?
– Не «что», а «кто». Женщина! Когда ты знаешь, что дома тебя ждет и любит жена, автоматически начинаешь вести себя по-мужски, совершать достойные поступки и стараться сделать все для благополучия любимой женщины и семьи. Я думаю, защита своего дома, родных и близких – это и есть смысл жизни каждого уважающего себя мужчины.
Текст: Дарья Шахова
Фото: из личного архива Андрея Смирнова и Дмитрий Хакимов