- Привет, – Даша, подняв глаза, увидела парня, которого запомнила еще по вступительным экзаменам в институт. – Можно присесть рядом?
- Садись, конечно.
- Меня зовут Алексеем, - представился парень, доставая из сумки общую тетрадь и ручку. – А я тебя хорошо помню. Ты была самая серьезная из всех абитуриенток.
- Волновалась, потому и была серьезная, – улыбнулась в ответ, а сама подумала, что Алексей, видно, другое имел в виду – девчонки, с которыми поступала, были пышнотелые, а она – ребенок ребенком.
После занятий Алексей вызвался проводить домой – сам он приехал в город из Симферополя и жил в общежитии. Погуляли в парке и разошлись. С тех пор повелось – два раза в неделю ходили в кино, благо кинотеатры были рядом, гуляли по городу. А однажды парень вдруг сказал:
- Выходи за меня замуж!
- Ты что, мне даже восемнадцати нет! – засмеялась Даша.
Алексей стушевался, но тут же нашелся:
- Ладно, я подожду.
Замужество в Дашины планы пока не входило. У нее с детства была серьезная проблема со здоровьем – сахарный диабет. Правда, об этом никто из однокурсников не догадывался – она ничем не отличалась от остальных. Даже от физподготовки не брала освобождение, что в семье вообще не обсуждалось, - спортом у них увлекались все, и уклад жизни был спортивным, несмотря на болезнь дочери.
Отец великолепно играл в волейбол и баскетбол, большой теннис, мама была заядлой лыжницей. Даша наравне со здоровой сестрой плавала в море, прыгала со скакалкой, дни напролет играла в классики. Естественно, все увлекались теннисом – рядом с домом были корты международного класса.
Сахар тогда контролировали по моче, но Даша больше ориентировалась на свое самочувствие – если понимала, что что-то не так, знала, надо съесть сладкое. В восьмом классе перешла в новую школу, где о болезни знал только классный руководитель, а впоследствии во врачебной справке для поступления в вуз было написано: «Практически здорова».
Не знал о болезни и Алексей, зато уже строил планы на будущее и все чаще заводил разговор о свадьбе.
- А знаешь, сколько я хочу детей? – спросил однажды во время прогулки, когда учились на третьем курсе.
Даша аж остановилась от неожиданности:
- И сколько же?
- Как минимум, двоих, – выпалил тот и вдруг услышал от подруги:
- А у меня сахарный диабет, так что насчет детей большой вопрос. Да и рожать, если честно, не хочу.
То, что парень расстроился, поняла сразу. Простились скомкано, назавтра на лекции он не пришел. Но Дашу после занятий встретил и был на удивление радостным.
- Я проконсультировался с врачом, – сообщил, обнимая девушку, – ты вполне можешь родить. Так что никакой помехи для нашей свадьбы нет!
Сейчас Дарья признается, что вряд ли ответила бы ему согласием, если бы не перемены в семье, – родители переехали из Прибалтики в Белоруссию, и она осталась одна. Год прожили счастливо, хотя Алексея немного тревожило, что жена не беременеет. А потом решили провести летние каникулы на Рижском взморье, в лагере, начальником которого была приятельница Дашиной мамы.
И вот здесь девушку ждало неприятное открытие – муж оказался ловеласом, готов был тягаться за каждой юбкой. А потом изменил ей чуть ли не глазах у всех – с разбитной сотрудницей лагеря. Когда Даша об этом узнала, сказала ему сразу:
- Я не считаю тебя больше своим мужем.
Думал, это просто слова. Но он плохо знал Дашу: ее слово было как кремень. Вскоре Алексея забрали в армию, в стройбат, откуда часто писал и сообщал, что заработает для них много денег. Обещал прислать ей, жене, энную сумму. Однако она пресекала разговоры и обещания на корню:
- Мне от тебя ничего не надо.
Спустя год-полтора отчуждение достигло пика, и однажды Алексей написал в письме: «Давай разведемся. Ты меня явно не простишь». Ответила без раздумий: «Давай». Детей не было, совместно нажитого имущества тоже, и их развели заочно и быстро.
Жизнь Даши вошла в привычную колею. После окончания физмата делом ее жизни стало программирование, которое тогда только зарождалось. Работать, как и учиться, было трудно, но интересно: каждые полтора-два года – очередные курсы повышения квалификации. Ей это нравилось.
Работа захватила с головой, ни о каком замужестве больше не помышляла. Но в 32 года снова стала невестой. С Николаем жили по соседству. Некогда дружили их родители, потом они сами стали друзьями. Знала, что Коля был женат и у него было двое детей. После развода снова вернулся в родительский дом, и однажды лицом к лицу столкнулся с Дашей.
- Какая ты стала! – вырвалось у мужчины восхищенное, когда увидел подругу детства.
Даша и правда, расцвела. У нее все складывалось, как нельзя лучше, – работа, хорошая квартира, увлечения. С болезнью тоже научилась жить. После свадьбы Николай перешел к ней. Забеременела Даша практически сразу, и муж еще смеялся:
- Мы с отцом такие – от нас женщины могут забеременеть даже на расстоянии.
Она чувствовала себя прекрасно и вдруг поняла, что очень хочет родить. Будущего ребеночка уже любила и частенько ловила себя на мысли, что, поглаживая свой животик, разговаривает с ним. Но врачи не разделяли ее оптимизма. После первого же приема гинеколог направила в стационар.
- Зачем? – пыталась сопротивляться молодая женщина. – У меня все хорошо.
- Надо побыть под наблюдением.
К сожалению, никто из медиков с Дашей толком не поговорил, врачи стационара только пугали всевозможными последствиями и настаивали на аборте. За себя она не боялась, но когда сказали, что ребенок родится с уродствами, испугалась по-настоящему и решила не рисковать.
Аборт вывел ее из душевного равновесия на целый год – одно время пришлось жить на серьезных препаратах, потому что не могла справиться с депрессией. Николай, как мог, поддерживал, но в отношениях появилась трещина. Как-то незаметно брак из обычного стал гостевым – муж жил у своих родителей, она у себя. Встречались сначала часто, потом все реже.
Что еще было неприятно, он как будто вытягивал из нее энергию. Без него и чувствовала себя хорошо, и шла, напевая даже на улице, и улыбалась часто, с ним жизнь казалась серой, мрачной и беспросветной. Порой всерьез думала, что муж - энергетический вампир.
Решение развестись, которое приняли спустя десять лет брака, было обоюдным. Правда, аргумента «Мы разные люди» никто не понимал, но это не имело значения. А вот чего Даша не ожидала, так это того, что развод дастся ей непросто. Чтобы поменять обстановку и отвлечься, решила поехать в санаторий. На нее сразу обратили внимание, многие пытались приударять. Никому не ответила взаимностью, зато самооценку свою повысила.
Спустя годы утверждает, что все сделала правильно, – одной ей проще. Впрочем, не совсем одной. В Дашиной семье, как и должно быть, семь человек, из которых трое врачей, – это семья сестры. Саму сестру, с которой очень близки, считает своим домашним доктором. Обе живут в Минске, регулярно встречаются, а контрольные звонки у них дважды в день – утром и вечером. Дочка племянницы обеих называет бабушками.
На днях их насмешила. Во время традиционного субботнего обеда о чем-то разговорились, и Дарья напомнила:
- Я ведь одна живу.
Семилетняя внучка, услышав, неожиданно посоветовала:
- А ты заведи себе дедушку!
Посмеялись дружно, потом так же дружно стали смотреть ее видео с танцевальных занятий. Девочка, увидев Дарьиного партнера, с детской непосредственностью заявила:
- О, так у тебя уже есть дедушка!
Она была недалека от истины. С Романом вместе ходили на танцы, и он не один год был ее партнером. Вдовец. Мужчина видный, интересный, очень добрый – о таком можно только мечтать. Правда, живет с семьей дочери и полностью погружен в домашние заботы.
Однажды в метро, возвращаясь с занятий, встретили его старшего внука, оболтуса, как говорил сам Роман. И тут мужчину осенило.
- Ты знаешь, а переходи к нам, – вдруг предложил Дарье, – выделим тебе комнату. Позанимаешься с внуком, подтянешь его по физике, и вообще – вместе будет веселее.
От неожиданности Дарья не нашлась, что ответить. В голове только крутилась мысль: «Что он говорит? Похоже, хочет приблизить меня к себе, чтобы была обслугой». Вслух ничего не сказала, но Роман, видно, и сам понял, что сморозил глупость.
К предложению больше не возвращался, а потом выяснилось, что ему самому дочка выделила уголок в проходной комнате («И куда собирался привести женщину?!»), и давно повесила на него все домашние дела – уборку, кухню, уроки. Рассказывали, в свое время отвадила от отца женщину, на которую у него были серьезные планы.
Дарья с Романом общались и вне танцев, долго переписывались в вайбере. О, какие стихи он ей посвящал! Впрочем, она тоже не отставала – сочинительство давно было ее коньком. А потом пригласил их с приятельницей к себе на день рождения. Дарья была нарасхват, когда вдруг поймала взгляд Романовой дочери – та смотрела волком.
- Нет, мне такого счастья не надо, – заявила позже сестре, от которой нет секретов. – Да и вообще, Роман не мой человек, при всех его положительных качествах.
- Скажи лучше, что не дотягивает до твоего идеала, – улыбнулась та. – Ой, сестренка, завышенные у тебя требования к мужчинам.
- Ну а что, – ответила в тон. – Уж лучше быть одной, чем вместе с кем попало.
Сейчас Роман на танцы не ходит – проблемы с суставами. А Дарья посещает аж четыре танцевальных клуба. Недавно увлеклась милонгой, а уж как тренер с коллективом поздравили ее с 70-летием, устроив по традиции танец для новорожденной! Как она была хороша, да-да, именно хороша, в танце с каждым из мужчин-партнеров!
Танцы народов мира (цыганочка с выходом – ее все) появились в жизни Дарьи, когда была уже в зрелом возрасте, - с любительским коллективом даже выезжали на гастроли. Лет десять назад увлеклась аргентинским танго, что переросло в общение группы, где все передают друг другу позитивную энергию. Теперь вот новое увлечение – милонга.
- Не чересчур ты загружена? – иногда волнуется сестра.
- Все нормально, – уверяет Дарья и добавляет: – Зато некогда стареть.
Это правда, возраста ей никто не даст – что по лицу, что по фигуре выглядит на пятьдесят с небольшим хвостиком. А что касается болезни, то и здесь научилась справляться. На занятия берет глюкометр, чтобы контролировать сахар, и перекус (конфета и сок). Если это танцевальный вечер, все еще проще — чай и кофе обеспечены.
На болезни вообще не зацикливается — давно сказала себе, что это образ жизни, когда с некоторыми вещами просто надо считаться. Живет с сахарным диабетом уже 62 года, не жалуется и посторонних совершенно не посвящает в свою ситуацию. Одно, что не любит, чтобы ее жалели, второе – не хочет ненужных советов.
Но жизнь Дарьи – это не только развлечения. В свое время пережила сокращение (ей было тогда 40 лет), в лихие 90-е работала не по специальности. И вот уже почти тридцать лет каждое лето трудится в детском оздоровительном лагере – руководителем творческих мастерских.
Попросту, ведет мастер-классы по различным видам творчества. Это и оригами и нитяная графика, и вытинанка, и квиллинг – ее золотые руки умеют все. О популярности занятий свидетельствует тот факт, что на них приходят даже ребята, которые учатся в вузах и сами тоже работают в лагере.
Так что правду говорят, талантливый человек талантлив во всем. И когда Дарья признается, что в детстве была закрытой букой, в это трудно поверить — настолько она сейчас лучезарный и оптимистичный человек. Впрочем, в своих стихах она сказала о себе лучше, чем кто-либо:
Не завидую, не злюсь, не обижаюсь —
Ни к чему мне этот негатив.
Я иду навстречу солнцу, улыбаюсь,
Дружески объятия раскрыв.
Спасибо, что были со мной и моей удивительной героиней.
#сахарныйдиабет #любовь #измена #счастьежить