- О, смотри, ветчина! Тут ещё и сыр вкусненький! А здесь что? Ого, икорка красная! Ничего себе - нехило живут твои родичи. Сделать тебе бутербродики, киса? - Толик без всякого стеснения копался в чужом холодильнике.
- Толик, прекрати. Чё ты так себя ведёшь? Прям стыдно за тебя, ей-богу! - совсем беззлобно ответила Светланка. - И икру не трогай - это тетя Неля к юбилею готовится. Она говорила что-то об этом. У дяди Миши же на днях день роджения. И вообще - что ты такой голодный постоянно? Вот вернутся тётя с дядей, и будем ужинать.
Она, конечно, понимала, что Толик частенько позволяет себе здесь лишнее, что он слишком дерзко ведёт себя у практически чужих для него людей. Но прощала ему всё. Светлана была влюблена и поэтому на мир смотрела сквозь розовые очки.
- А что стыдного? Сама подумай. Мы живём у твоих родственников, не у чужих людей, заметь. Они сами нас пригласили. А законы гостепримства велят ублажать гостей. Так вот пока хозяевам некогда, мы сами себя поублажаем, - Толик захохотал и обнял Светланку.
- Слушай, это когда-нибудь кончится или нет? - нервно спросил у супруги Михаил. - Тебе не кажется, что время для гостеприимства закончилось? Нельзя же так долго пользоваться нашей добротой? Ведь это уже ни в какие ворота!
- Не нервничай, Миш, ты же за рулём. Не переживай так! - Неля как могла успокаивала мужа. - Ещё не хватало инфаркт схватить или в аварию попасть.
Она и сама уже была не рада тому, что проявила доброту и разрешила этим наглецам приехать к ним.
- Вот ты мне скажи, Неля, ответь мне, как можно искать работу, не выходя из дома? Лёжа на диване? Как? Даже вот на дачу с нами ни разу не съездили. Молодёжь, ежкин кот! Лентяи! Им что трудно нам помочь? Да я на их месте сам, ты слышишь, сам бы вызвался помочь в чём-то хозяевам, если б так долго сидел у них на шее!
- Да уж, молодёжь сейчас совсем бесстыжая. Никаких моральных принципов. Никаких представлений о поведении в гостях! Я позвоню Клаве, пожалуюсь на них, - пообещала мужу Неля.
- Ой, перестань! Что ты ей можешь сказать? Пожалуется она. Рассмешила. Раньше надо было думать. Лучше нахлебникам этим что-нибудь скажи вместо того, чтобы молчать в тряпочку и сносить их наглое поведение.
- Да разве я не говорила? И намекала, и прямым текстом - дескать, пора и честь знать.
- Да что им намекать? Они же только грубый язык понимают! Сегодня же, сейчас же скажешь, чтоб выметались! В конце концов, мы не миллионеры, чтобы содержать за свой счёт двоих взрослых людей.
- Скажу, Миша, скажу, не переживай.
Неля глубоко вздохнула. Ну вот почему она такая безвольная? Хотела ведь как лучше, чтоб по-человечески. А что получилось...
Недавно Неле позвонила двоюродная сестра Клава, что жила на её родине - в маленьком провинциальном городке.
- Нелечка, сестрёнка, здравствуй, дорогая моя! Как сама, как Миша? - начала она издалека.
- Да всё, вроде бы, хорошо, - искренне удивилась её звонку Неля. - А вы как, какие новости? Мы ведь с тобой года три уж не созванивались, а? Или больше?
- Ой, ты права, всё дела заботы, суета какая-то. А с родными и поговорить некогда. Всё у нас, слава Богу, хорошо. Живы, здоровы. Светланка вот замуж собралась. Парень хороший, наш сосед.
- Поздравляю, - без особого чувства произнесла Неля, которая двоюродную племянницу в последний раз видела босоногой соплюшкой.
- Да, спасибо! Сами не нарадуемся! Я вот как раз про неё и хотела с тобой поговорить. Попросить тебя, Нелечка, хотела. Ты же знаешь, городок у нас маленький, провинциальный, с работой совсем плохо.
- Ну, и что ты хочешь?
- У Светланки и Толика свадьба только через два месяца. Так они планируют сразу после бракосочетания уехать к вам, в столицу. Ну, жить там хотят, работу хорошую найти. Такие у них желания, не хотят рядом с родителями, самостоятельные уж больно.
- Ну, планы и желания у них неплохие. Молодцы, что стремятся развиваться, зарабатывать, жить самостоятельной жизнью. А что ты от нас хочешь, Клава? Связей у нас нет, устроить куда-то мы твоих вряд ли сможем. Придётся им самим.
- Да, да! Они сами! Всё сами! - заверила Нелю родственница. - Им только пожить надо где-то несколько дней. Пусть у вас поживут, а, Нель? Недолго, буквально, три-пять дней.
- Ну, я не знаю... С Мишей надо посоветоваться, - растерялась Неля.
- Ой, а что советоваться-то? Насмешила! Ну не чужие же они? Светка - племяшка, а Толик - без пяти минут её муж. Поищут там варианты трудоустройства, всё разузнают и уедут. Всё, договорились, - Клавдия почему-то сама произнесла слова, которые должна была сказать Неля. - Завтра вечером ждите.
И вот уже пошла третья неделя пребывания родственников у них в гостях, а восвояси уезжать пока никто не собирался.
Неля, как и положено гостеприимной хозяйке, кормила до отвалу весёлую парочку. Аппетит у молодых был отменный! Она успокаивала себя тем, что три-пять дней выдержит. Чтоб не ударить в грязь лицом перед многочисленной роднёй, которая обязательно будет её потом обсуждать.
Но прошла первая неделя, затем вторая, а ситуация не менялась. И Неля, и Михаил работали. Приезжая вечером домой, наспех ужинали и отправлялись на дачу. Стояла жара, поливать посадки нужно было ежедневно. А тут ещё гости, которые хотели есть. Да не просто так, а повкуснее.
- Вот скажи мне, почему твои родственники за три недели ни разу даже хлеба и молока не купили? Это что - такое воспитание? Или особая форма издевательства над порядочными людьми, которые их приютили? - не унимался Михаил.
- Не научили их этому, Миша. Не воспитали. Ты посмотри, сейчас все дети такие - с малолетства только и знают - дай, дай, дай! Послушаешь коллег на работе - волосы дыбом встают. Почему-то они считают, что чесь мир должен вокруг них крутиться и исполнять любое их желание. Они даже родителей ни во что не ставят. А что уж ждать нам, чужим людям?
- Вот и плохо, что не воспитали! Наш Сенька сам всего добился, ничего никогда от нас не требовал. А эти что? Никчёмные какие-то!
- Да, и работу совсем не ищут, хотя для этого, вроде, приехали, - удивлялась Неля.
Когда хозяева вернулись домой, гости доедали бутерброды с икрой и дорогой сыр и другие деликатесы, которые Неля купила к празднику.
Она вдруг поняла, что сейчас взорвётся. Что больше терпеть такое варварство не сможет.
- Вы что себе позволяете? Кто вам разрешал это брать и есть? Кто вас научил так себя вести в гостях? - кричала она.
- Я тебе говорила, - тихо прошептала Толику Светланка.
- А что вы так кричите? Жалко продуктов вам? Так у вас весь холодильник ими забит, - с наглой улыбкой сказал Толик.
- Так это наши продукты, и мы сами будем ими распоряжаться! - Неля не узнавала себя. Да, видать, достали конкретно её эти беспардонные родственнички.
- Жалко, так и скажите, - продолжал грубить Толик.
- Собирайтесь, домой поедете. Хватит, погостили! - произнесла Неля громко и решительно.
- Нет, не поедем. Свадьба у нас только через месяц. Что нам там делать? Тем более, что жить мы всё равно будем здесь, работу-то ещё не нашли, - просто отвечал дерзкий Толик.
- Так идите и ищите - и работу, и жильё. А мы больше не намерены вас кормить! - вступил в разговор Михаил.
- Какое жильё, вы что? - возмутились Толик со Светланой в один голос. - Мы здесь будем жить. У вас. Пока на свою квартиру не заработаем.
- Здесь? - у Нели чуть глаза на лоб не полезли от удивления. - Вы что рехнулись? Кто вам позволит?
- А вы что - не в курсе? Разве мамка ничего вам не сказала? - Светлана тоже была удивлена.
- Что не сказала?
- Да то! Квартиру-то эту вы на какие деньги купили? - почему-то посторонний Толик задал этот вопрос Неле и Мише.
- А что происходит - кто-нибудь может мне объяснить? Неля, мне вызвать полицию? - негодовал Михаил.
- Успеем. Ну, ну. И на какие же, по вашему мнению? - спросила Неля у Толика.
- Мне Клавдия Степановна всё рассказала. И ещё заверила, что мы можем смело здесь жить. Сколько угодно. Имеем право.
- Право?
- Да! Дом бабкин в Подгорске продали, а на него квартиру эту купили. Так?
- Так. Деньги с продажи того дома нам помогли тогда. А только вы-то здесь при чём?
- А почему же матери Светланки, Клавдии Степановне, ничего не досталось от того дома? Ведь её мать тоже дочкой была той бабке, а? - решительно спросил Толик.
- А потому, молодой человек, что существует такое понятие, как завещание. И бабка, как ты её называешь, а для нас Авдотья Прокофьевна, завещала свой дом именно той дочери, которая за ней ухаживала до самой смерти. То есть моей матери. Есть ещё вопросы?
- Выходит, обманула нас моя будущая тёща. А говорила, что мы можем претендовать на половину этой квартиры. В суд хотела подавать, судиться с вами. Обманщица! Да, жалко! Я уж размечтался! - зло произнёс Толик.
- Вам напомнить, чтобы вы поторопились со сборами? - сурово произнёс Михаил. - Не вынуждайте нас прибегать к помощи правоохранительных органов. Согласитесь, это не очень красиво.
- Собирайся, чего расселась? - бросил Светлане Толик. - Поедем разбираться с твоей мамашей - зачем она мне лапшу на уши навешала? И стоит ли со свадьбой теперь торопиться. Надо ещё крепко подумать.
Наглые гости наконец-то съехали. А Неля, ещё разгорячённая и негодующая, набрала номер Клавдии.
- Выгнала я твоих. Совесть надо иметь. Просились на пять дней, а сами как варвары!
- Ты что это, Неля? Жалко тебе, что ли? Ну, подумаешь, дети немного пожили, объели они вас?
- Объели, и ещё как! Речь не об этом. Ну-ка скажи мне, на каком это основании ты им половину нашей квартиры пообещала?
- А на таком! Половина наша! И по закону, и по совести! И вся родня так считает! Заграбастали и пользуетесь сами, единолично. Бабка не в себе была - вот и отписала твоей матери весь дом. Ду.ра старая! А у вас совести нет совсем! Верните нам деньги за половину дома! Я в суд пойду!
Неля отключилась, потому что не смогла больше выслушивать этот бред. И номер Клавдии занесла в чёрный список.
Да, такая родня хуже чужих людей.
А пословица всё же верна: не делай добра и не получишь зла