О том выступлении с обвинениями к нашему Президенту все, наверное, уже слышали и читали. А теперь о деталях и о том, что не видно на первый взгляд, однако оно просвечивает "между строк"...
Сразу оговорюсь, подобный анализ доступен только профессионалам (дальше вы и сами в этом убедитесь). Нам, обычным людям, все кажется естественным (кроме самих заявлений, конечно, но мы сейчас не об этом). И именно в естественности выступления зарыта огромнейшая работа тех, кто это выступление планировал, режиссировал и выпускал для нашего просмотра...
Так в чем же заключается этот естественный обман? Давайте разберем эту главную интригу...
Начнем с самого видного, с простого. - Правильный макияж с бежевыми тенями, но без туши (если так накрасить любую девушку, лицо будет выглядеть заплаканным или болезненным). Идеальные интонации профессионально поставленного голоса (послушайте правильно сбивчивый голос). - Эти вещи тонко замечает политтехнолог, Мария Сергеева. - Большинство из нас так не сможет, включая, скажем, многих депутатов Госдумы. И не бывает в жизни такого таланта, чтоб сразу непубличный, всегда молчащий в кадре человек, вдруг взял и заговорил такими хорошо поставленными интонациями, с такой игрой голоса - тут чуть в слёзы, тут добавить стальных нот, тут нежности и горя. Только в сериалах Нетфликса с профессиональными актерами такое случается, не в жизни. Такому нужно минимум год тренироваться - актерское мастерство, техника речи, мимика и жесты, поведение в кадре.
Первый вывод. - Значит, тренировалась. Заранее... Собственно, дальше будут уточнены и другие детали, приводящие к этому же самому выводу.
Само заявление, кстати можно посмотреть тут (есть и другие источники, все доступны для просмотра)
Далее анализ продолжает Арслан Нигаматьянов, давно работающий с профессионалами на телевидении. И вот, что он нам говорит...
Первое. Посмотрите, какая профессиональная дикция. Неподготовленный человек с суфлёра так не сможет! Нужны даже не месяц или два ежедневных (!) тренировок: проработка мимических мышц, скороговорки, работа перед зеркалом, постановка дыхания, ритмика и т.д. Любой диктор вам скажет, что Юлию в течение очень долгого времени обучали ораторскому мастерству. - Чего только стоят плавные колебания тембра!
Второе. Даже профессионалы с многолетним опытом с первого дубля не получают идеальных кадров. Боюсь представить, чего стоила Юлии начитка текста перед съемками, репетиции, множество дублей с "правильной эмоцией женщины, у которой погиб муж, отец ее детей" и т.д. Как бы цинично всё это не звучало — за кадром стоит режиссёр, который после каждого предложения поправляет: "Юлия, нужно больше глубины, не поверят!".
Третье. Выставлена целая съемочная студия. Не хромакей — проработаны объем, пространство. Подобрали по канонам "кинематографичной картинки" локацию: соблюдена симметрия — с обеих сторон одинаковые окна, пустота справа искусственно заполнена креслом с ее пальто (якобы только что сброшенным — в этой серии, вероятно, она вернулась с Мюнхенской конференции). Видеографы подтвердят, что в этом плане (кадре) всё искусственно и продумано.
Четвёртое. Трехточечная схема света: рисующий свет, заполняющий, контровик на макушке. Причём видно, что свет профессиональный, а значит, всё стоит на систендах: то есть, за кадром целая батарея кинотехники! Сзади и по бокам от Юлии три теплых источника, а на фоне женщины поставили дополнительное синее холодное освещение (даже проглядывает кусочек лампы, косяк оперпоста) — чтобы передать зрителю состояние Юлии (мы же говорим об аудиовизуальном воздействии).
Пятое. Заметили экранное каше? Черные полосочки сверху и снизу экрана? Обычно такое получается, когда снимают на анаморфотные кинообъективы: они за счёт особого строения линз как бы расширяют видимое пространство, чтобы режиссёр и оператор-постановщик могли выставить хорошую сцену. Ну а у зрителя такая картинка автоматически ассоциируется с "киношностью". Не знаю, на какую технику всё это снято, но удовольствие не из дешёвых.
Тяжело поверить в трагедию, когда к передаче этой трагедии подошли чересчур профессионально.
Шестое. Заметят только монтажеры, но между сменой планов видно, что петличный микрофон на платье резко меняет свое положение относительно цепочки на шее — так бывает только тогда, когда рыбу (конечный видеоряд) собирают из разных дублей, между которыми Юлия, вероятно, двигалась.
То есть, Мария Сергеева абсолютна права — снимали для Netflix. Материал получился бы успешнее, если бы виднелась какая-то суета, нервозность, неправильность. Если бы виднелась женщина, у которой умер муж.
Здесь же я вижу женщину, для который открылись перспективы...