Мои родственники по линии отца хранители семейных, нет, не сокровищ, а легенд.
По их рассказам мой прадед Тимофей был из купцов, практически местный олигарх, в деревне владел большой лавкой, закрома которой были неисчерпаемы.
Однако после отмены НЭПа его друг или брат, работник НКВД, сообщил, что Тимофея скоро придут раскулачивать и он дабы обезопасить себя и семью, ночью на телеге вывез в лес весь товар из лавки и спрятал его.
Но на фоне всех этих переживаний Тимофей сильно заболел и когда к ним пришли - он уже лежал лежкой. Тем не менее у них отобрали дом, сад и лавку. А Тимофей так и не оправившись от потрясения в скором времени умер.
Услышав эту историю впервые, скажу честно я подумала, что тётки как обычно прилично преувеличили действительность. У меня на руках была справка о смерти Тимофея, где был указан его род занятий, а был он кровельщиком, а не бизнесменом. Да и какие купцы могут быть, ведь Тимофей умер в 1935 году, а не на 10-15 лет раньше. Изучение метрических книг показало, что в роду у Тимофея встречаются только крестьяне.
Через пару месяцев, повторно услышав эту историю от другой тётки, я от нечего делать направила запрос в Тамбовский госархив на предмет поиска информации о факте раскулачивания, ни на что не надеясь. Полученный ответ шокировал.
В 1928 году Тимофей Васильевич в родном селе открыл мелочную лавку для торговли бакалейными товарами на деньги от продажи единственной коровы. Однако "торговля не пошла" и он "проторговав корову", через 3 месяца закрыл бизнес.
Тем не менее в связи с наличием предпринимательской деятельности сельсовет в 1929 году лишил его избирательных прав, а также установил твёрдое задание.
Твёрдым заданием по посевам и поставкам продукции облагались наиболее упрямые крестьяне-единоличники, которые не хотели вступать в колхоз. В 1932 году задание Тимофея было установлено в следующих объемах: сдать ржи 486 кг, овса - 200 кг, проса - 151 кг, чечевицы - 140 кг.
Таких как мой прадед презрительно называли лишенцами и твердозадыми.
Тимофей не желая мириться с такой несправедливостью, направлял заявления в сельсовет о признании его в правах. Несколько раз проводились заседания районной налоговой инспекции, на которых пересчитывали доходы и имущество семьи, а были они весьма небогаты:
- изба деревянная ветхая;
- половина двора плетневого;
- земли на 2 едока;
- сельхозинвентарь и домашний скот - отсутствуют.
Только спустя полтора года, в 1930 году в третий раз рассмотрев заявление, Тимофея Васильевича все-таки восстановили в избирательных правах, а твёрдое задание отменили аж в 1932 году со следующей формулировкой: "Считать, что твёрдое задание дано ошибочно".
В 1932 году из установленного плана Тимофей смог собрать ржи 116 кг и проса - 45 кг.
Прочитав эту информацию мы надолго задумались, даже мой брат, как мне казалось до этого момента снисходительно посмеивающийся над моим хобби, был обескуражен.
Фактически ограничения в правах касались не только права избирать и быть избранным. Лишенцы не могли получить высшее образование, занимать ответственные должности, не имели права получать пенсию и пособие по безработице, притом налоги для них устанавливались существенно выше, чем для обычных граждан, а при поступлении на работу назначалась самая низкая заработная плата. При этом санкции применялись не только к самим лишенцам, например, их детям было крайне затруднительно получить образование выше начального.
Можно только догадываться сколько нервов было потрачено на то, чтобы Тимофей смог восстановить свои права. Ведь боролся он не только за себя, но и за благополучие своей семьи. Никто не мог знать, что с принятием новой Конституции в 1936 году эти унизительные статьи отменят.
И теперь, каждый раз раскрывая новую семейную тайну, я отдаю должное твёрдости духа и силе характера своих родных.
