Искусства, каким оно было ещё недавно, больше нет. Говорить о любви к искусству — дурновкусие, подобное стремлению к «успешности», к комфорту. Отсутствие искусства может быть не менее замечательным, чем оно само.
Красота может быть ужасающа и омерзительна своим мертвенным совершенством. Выхолощенное изящество музыки некоторых классиков столь же пошло, как и «безгрешные» биографии творцов.
Что может заменить искусство, когда оно уже почти отмирает? Жалость как любовь. Человек — любой — жалок. То есть достоин любви и сострадания. Стоит ли спасение одного человека одного Эрмитажа? Не жалко ли заплатить целую Третьяковку, чтобы выжил ребёнок?
Бог соединяет — сатана разъединяет. Разлука — одно из самых больших несчастий во вселенной.
Личная переписка любящих людей в «общалке» — выше искусства, потому что она отменяет разлуку.
Произведение настоящего искусства подобно важнейшему письму, помещённому в бутылку и плывущему неведомо куда. Тот, кто найдёт это письмо, не менее значим, чем тот, кто его написал.
Для поэта самый верный способ жить — это гибнуть. Медленно или быстро — но неуклонно. «Офелия гибла и пела». Если бы не гибла, скорее всего, и не запела бы.
Летов, Поплавский, Достоевский гибли и пели — и свет их музыки до сих пор спасает планету от агонии.
Сейчас, как никогда, снова сильна блоковская «музыка революции». Прячущийся в башне ото всех и от всего — порочно антимузыкален. Поющий, молящийся, воюющий (не только на войне) — музыкален.
Наибольшее число — это, как ни парадоксально, единица. Побеждает, как правило, меньшинство — качество, а не количество. Один воин победит двадцать, если он Пересвет. Один поэт преображает всё мироздание, если он Хлебников. Или Лермонтов. Гонка за подписчиками, просмотрами, нажатиями на сердечко — это онтологическое фиаско. У поэта не должно быть цели, у него должно быть только пение.
Гибельно жить — идеально. Сейчас для этого идеальные условия.
Возникновение новой — современной — России — новое пересотворение мира. Жить в России — изнуряющая духовная работа. Россия — ковчег для будущего всей Земли. Новый человек — жалеющий и жертвующий; человек-Человек — зерно, из которого вырастет колос о сорока зёрнах, а из них — тысяча шестьсот зёрен.
21 февраля 2024