В 1755 году сыновья богатого тульского заводчика Родиона Ивановича Баташева, Андрей и Иван, поплыли по Оке искать железную руду. И нашли её на речке Унже, впадающей в Оку близ Елатьмы.
Построили завод, дела шли прекрасно, и к 1783 году они уже владели восемью железоделательными заводами, по обоим берегам Оки.
Но как и про всех успешных людей, о них поползли слухи.
О том, что они самовольно захватили леса и земли.
Что приписывают сотнями к своим заводам беглых крестьян и солдат со всей России.
После пугачевского бунта они приписали к себе до семи тысяч беглых.
Слухи дошли до Екатерины II, она распорядилась расследовать их деятельность.
Однако выяснилось, что все налоги Баташевы уплачивали справно.
И было приказано: «Оставить и смотреть сквозь пальцы».
А князь Потемкин сделал заказ Баташевым.
Баташевы выполнили заказ за мизерную сумму, но попросили упорядочить своё неофициальное положение.
С тех пор они стали законными владельцами земель, заводов и пароходов, и имели дворянское звание, а Потемкин им покровительствовал.
Баташевы начали распоряжаться всем краем, уже ничего не опасаясь.
Их называли «владимирскими мономахами».
Затем братья поделили между собой все заводы.
В их числе у Андрея остался Гусевской завод, а у Ивана – Выксунский и Унженский вблизи Елатьмы.
Заводы обоих братьев гремели качеством изделий по всей России.
А в домашней жизни братья были разного нрава. Иван любил мир и тишину.
Андрей же характер имел пиратский.
Ум и бешеная энергия сочетались в нём с жестокостью и дерзостью.
Он славился издевательствами над людьми.
Андрей построил себе усадьбу "Орлиное гнездо" возле торгового тракта Касимов-Муром, согнав для этого народ из окружающих деревень.
Теперь это поселок Гусь Железный.
Его усадьба-крепость была окруженная каменной стеной с башнями и бойницами.
Имел он свой егерский полк – 800 егерей. И перед этой дружиной трепетала вся округа.
Они разбойничали и делали что хотели, а барин все их бесчинства покрывал, жаловаться на них было бесполезно.
За барским домом находился парк, который называли «страшный сад».
В нём к «позорному столбу» привязывали людей для наказания плетьми за неповиновение барину.
И часто забивали до смерти.
А рядом со столбом в парке стояли оранжереи, из которых Баташев посылал в подарок Екатерине II и Потемкину ананасы.
Был театр, павильоны и беседки.
Одна беседка называлась «павильоном любви», где барина с гостями услаждали дворовые девушки, одетые нимфами.
Параллельно с возведением плотин чугунолитейного завода, круглосуточно шло строительство подземных цехов в усадьбе.
Рабочие были разделены на две партии, и одна другую сменяла в полночь.
День и ночь опричники стояли в карауле, охраняя чугунные ворота.
Для чего строится подземелье – никто не знал.
Баташев предупредил рабочих: «Ежели кто слово проронит, хоть во сне – сделаю такое, что покойники в гробах перевернутся!».
В усадьбе шел бесконечный праздник, влиятельные лица из столицы часто приезжали сюда отдохнуть от государственных дел.
И никто не интересовался, откуда у Баташева деньги текут рекой.
Но заводские рабочие знали, что за усадьбой выстроена целая слобода для трехсот «барских» рабочих, привезенных со стороны, которым барин платил хорошо.
Однако в кабаке или на гулянье можно было встретить лишь половину из них, другая половина всегда отсутствовала.
Кто-то выследил «барских рабочих», что каждую полночь 150 человек отправлялись к башне в стене парка и исчезали за ее дверьми. А оттуда выходили другие и тихо расходились по домам.
Не могли допытаться от них, что они там делают: даже пьяные отвечали, что «своя голова еще не надоела, а с барином шутки плохи».
Подвела всю компанию женщина.
Один из «барских» рабочих влюбился в заводскую девушку Грушеньку, которая условием взаимности поставила рассказ о том, где он пропадает сутками.
Клялась, что и попу на исповеди не проболтается, и рабочий рассказал ей все.
Скоро по округе пошла молва, что в «подземных хоромах» устроен монетный двор, где день и ночь «работаются червонцы».
Баташев выяснил, откуда слухи.
В одну ночь пропали без вести влюбленный рабочий и Грушенька.
Затем две ночи подряд люди, проходившие мимо усадьбы, слышали страшные стоны и крики, будто из-под земли.
Все догадывались, кто умирал в подземных застенках, но никто не смел проронить и слово.
Жену с двумя сыновьями Баташев привез из Тулы.
Для них отвел отдельную половину, приставил нянюшек, и забыл об их существовании, продолжая свои оргии в «беседке любви».
Он ни в чем себе не отказывал, и когда увидел красивую дочь соседнего помещика – пожелал опять жениться.
Венчались в церкви через неделю. Усадьба еле вмещала съехавшихся гостей.
Батюшка пытался возразить, что барин и так уже в законном браке.
Но Баташев напомнил ему, что закон тут один для всех – барская воля!
А первой жене сказал: «Как жила, так и живи – всем места хватит, никто тебе обиды не сделает, а дети все одно – моя кровь и мои наследники».
И дворовым сказал: «Не вздумайте чем-нибудь не угодить прежней барыне – запорю».
Но скоро и вторую жену с новорожденным сыном он отправил на отдельную половину.
И вернулся к прежним потехам: охоты, пиры с гостями, оргии в «павильоне любви».
Через некоторое время прошел слух по округе: недалеко от имения Баташева, в лесу, ограблен огромный обоз, везший товары из Касимова в Муром.
Часть извозчиков была перебита, а некоторые сумели убежать и спрятаться.
Спасшиеся рассказывали, что окружил их отряд всадников, стреляли по ним из пищалей.
На разбойников нападавшие не были похожи, а судя по лошадям и амуниции – точно войско какое-то!
И опять никто не смел ничего сказать вслух, а молва расползалась. Втихомолку Баташева стали называть не только «монетчиком», но и «душегубом-разбойником».
Случаи ограбления богатых обозов стали повторяться все чаще.
Губернские власти провели расследование, которое ничего не раскрыло.
Баташеву всё сходило с рук.
Ночные налеты пришлись ему по вкусу, и на Муромском тракте стала опасно проезжать не только купцам, но и богатым помещикам. Помещиков он не убивал, лишь отбирал деньги и ценные вещи.
И однажды на Муромском тракте был ограблен крупный петербургский чиновник, ехавший в Касимов к брату в гости.
Узнав в Касимове, что такие случаи регулярно повторяются близ владений Баташева, этот вельможа поднял шум в Петербурге. Он требовал тщательного расследования всех темных дел разбойника.
Извещенный о происшедшем, Баташев сам отправился в столицу, чтобы снять с себя подозрение.
Использовал и подкуп, и покровительство Потемкина, и всю свою дьявольскую изворотливость.
А заодно познакомился на придворном балу с обворожительной вдовой заслуженного генерала, и опять влюбился и женился.
На свадьбе гуляла чуть ли не вся столица.
Затем молодожены отправились в свое поместье.
Третья жена жила с барином душа в душу: ездила с ним на охоту, любила принимать гостей и взыскивать с провинившихся.
Но скоро над «Орлиным гнездом» грянул гром.
После смерти Екатерины II и вступления на престол Павла начались гонения на любимцев Екатерины.
К Баташову прискакал гонец из столицы с известием, что назначена ревизия его дел, касающихся слухов о монетном дворе в баташевской усадьбе.
И тогда произошло самое страшное деяние Баташева.
На другой день после приезда гонца очередная смена «ночных» рабочих спустилась в подземелье, но никто ей не вышел навстречу: было объявлено, что надо разом покончить со спешным делом, после чего барин выдаст всем по 100 рублей и отпустит людей по домам.
Радостные ходили в тот день рабочие, и хвастались, что скоро станут богатеями и вернутся в родную сторону.
Веселыми они шли на «последнюю работу», но больше их никто никогда не видел…
Один из любимцев барина в кабаке похвастался, что теперь хоть сто ревизий приезжай – никто ничего не дознается, все «шито-крыто».
А на другой день проболтавшийся «нечаянно утонул», и ни у кого не осталось сомнений, что барин ловко схоронил концы.
Все поняли, что не добром исчезли без следа все 300 человек.
Местные люди рассказывали, будто «барин собственноручно задвинул засовы чугунной двери подземелья, где лежали напившиеся на радостях рабочие, которые и умерли там голодной смертью».
Приехавшая ревизия ничего не смогла открыть, так как никто не знал, где искать вход в «подземные хоромы», и хотя показали башню, куда входили рабочие, там оказалась только дверь в сад и ничего больше.
От слободы, где жили пропавшие рабочие, ничего не осталось – за ночь разобрали дома на бревна, а землю перепахали.
Андрей Баташев дожил до семидесяти трех лет, умер в 1799 году, и был похоронен у заводской церкви.
Величественная Троицкая церковь в Гусе Железном построена его наследниками, чтобы отмолить его грехи.
Мало что уцелело из его построек. В усадьбе «Орлиное гнездо» располагался детский санаторий, где я была с внуком и узнала эту историю.
Стоит полуразрушенная угловая башня, под которой находилось подземелье.
Тайный ход в стене был обнаружен в начале прошлого века, но его заложили снова.
Чахлость деревьев «страшного сада» подтверждает наличие подземелий под усадебным парком: слой почвы над каменными сводами не достаточен для питания корней.
Археологических исследований владений Баташева до сих пор не проводилось.
Сейчас усадьба Баташевых в Гусе Железном разваливается.
Так проходит земная слава.
Но не все знают, что один из дворцов Баташевых сохранился в Елатьме, на крутом берегу над Окой.
В нём теперь главный офис ЕЛАМЕДа.