Каморка Петровича была забрызгана кровью, но инструменты и всякие баночки и скляночки с гвоздями, болтами и саморезами стояли на своих местах. Даже закуска и пол бутылки водки остались целыми, а вот небольшой диван и подушка на нём были полностью испачканы кровью. Марина увидела на полочке, подвешенной над диваном пластиковую коробку с красным крестом и схватив ее открыла, но в ней оказались крючки и другие приспособления для рыбалки.
— Дебил, ваш Петрович! — прорычала Марина и посмотрела на обувную коробку, лежавшую на полке, возле предполагается аптечки, схватив ее Марина вздохнула с облегчением. В коробке оказалась именно аптечка и девушка, схватив жгут, бинты и йод подбежала к Борису, заглянув ему в глаза и тихо прошептала:
— Сейчас всё обработаем и будешь ты как новенький!
— Уверена? — едва слышно спросил Борис, его слегка потряхивало, похоже он начал осознавать, что происходит.
— Главное остановить кровотечение, так что ты на секунду руку с раны убери, я посмотрю, что там у тебя. — неуверенно ответила Марина, но заставила себя улыбнуться и Борис медленно убрал ладонь с длиной резаной раны.
— Блин! — вырвалось у девушки, — Чем он тебя?
— Кажись ножницами. — ответил Борис и снова зажал рану.
— Что тут у вас? — спросил подошедший Лёвка
— Петрович ваш, сволота, кинулся на меня, как только я дверь открыл в его каморку, бухой он был и кажись того, одержимый. — ответил Борис и весь передернулся, — Этот псих с себя кожу сдирал похоже.
— Духи захватывая тела и поглощая душу стараются переделать тело так, как они считают для себя комфортным и красивым, правда от этого тела долго не служат им и потому они начинают искать новые тела. Поэтому нужно убивать одержимых, тогда дух уже не сможет овладеть новым телом и будет заточен в мёртвом, пока то полностью не истлеет. Мёртвых нужно сжигать, так дух навсегда покинет наш мир.
Произнесла Марина слова прабабки и вздохнув посмотрела на Лёвку.
— Я там на складе видела степлер канцелярский, принеси, пожалуйста.
— Зачем? — спросил Лёвка и похоже сразу догадавшись возразил, — Сума сошла? Заражение крови же будет?
— Заражение крови и так будет, он его не стерильными ножницами порезал, и оно лечится антибиотиками, а вот потеря крови не лечится. Борька истечет кровью если мы не станем края раны. — ответила Марина и Борис с ужасом посмотрел на подругу.
— Это же больно! — возмутился он.
— Ты жить хочешь? — спросила она у парня и тот кивнул, подтверждая что хочет, — Тогда потерпишь!
Пока Лёвка бегал за степлером, Марина сходила в каморку и принесла оставшуюся водку. Разложила все предметы для перевязки так чтоб они были под рукой и вернувшись в каморку, взяла старую и провонявшую потом рубашку.
— Вот, самый большой какой нашел. — произнес бледный Лёвка и протянул подруге степлер, — Девчонки из круга выходить отказываются.
— Вот пусть там и сидят, так мне спокойней. — со вздохом облегчения сказала Марина и посмотрев в глаза Бориса, добавила, — Лучше закуси жгут, чтоб язык не прикусить.
Обернувшись к Лёвке, она попросила:
— Подержи его, чтоб не дергался сильно, процедура будет не из приятных.
— Ты уверена, что знаешь, что делаешь? — почти прохрипел Борис, он явно был очень напуган.
— Нам, наш учитель ОБЖ всё подробно рассказывал и показывал, правда на фото. Он в армии служил, в этих..., в горячих точках. Вот и рассказывал нам, как в полевых условиях первую помощь оказывать... — ответила Марина, и полив степлер водкой, отодвинул ладонь Бориса с раны, взялась аккуратно стягивать края раны и закреплять их скобами степлера. Борис каждый раз вздрагивал и стонал, но Лёвка, навалившись на приятеля всем весом, не давал тому отдернуть руку.
Марина, не особо церемонясь, просто залила рану йодом, хоть и понимала, что так делать не желательно, но времени на аккуратную обработки у нее не было. Ноги под коробками уже дважды зашевелились, и девушка стала опасаться, что одержимый Петрович вот-вот выберется из-под коробок и снова попытается кого-нибудь сожрать.
Быстро перебинтовав руку Бориса, она порвала рубашку так, чтоб можно было ею зафиксировать руку парня на груди в приподнятом состоянии и убедившись, что кровоток при этом не перекрыла, она посмотрела на мокрого от пота парня.
— С боевым крещением! — попыталась пошутить она.
— Нахрен такое крещение, — с трудом ответил Борис и криво улыбнулся.
В этот момент коробки зашатались и из-под них раздался стон.
— Быстро, уходим отсюда. — прошептала Марина и она вместе с Левкой помогли Борису подняться на ноги и поддерживая приятеля поспешили к девчонкам, всё еще сидевшим в центре круга из соли и с ужасом смотревших в дверной проем торгового зала.
— Чего там? — шепотом спросил Лёвка.
Посмотрел в торговый зал и на себе протащив Бориса в круг из соли, выругался от души, но шёпотом. В торговом зале уже бродили пять призраков, они явно собрались за покупками и просто бродили между рядов.
— Маринка, что делать будем? — спросил Борис, с трудом опускаясь на ящик.
Девушка не ответила, просто подошла к двери и закрыла выход в торговый зал. Потом прижалась спиной к двери и посмотрела в сторону каморки Петровича, оттуда доносились шорохи и бормотание.
— Призраки..., с ними всё просто, главное не привлекать их внимание, пусть своими делами занимаются. Если всё-таки они вас заметили, то поможет соль и железо, но не просто железяка, а та которой люди работали, так сказать душу вкладывали. С одержимыми всё посложнее будет. Просто соль его надолго не удержит, додумается как преодолеть барьер... Нужно убивать одержимых, правда сделать это не просто. Обезглавить нужно, или расчленить, или ... В общем тотальное повреждение тела.
Аленка продемонстрировала гвоздодёр и на всякий случай протянула его Лёвке, сама она подняла с пола старые большие ножницы, они были полностью железными и очень острыми.
— А как же защита? — спросила Надя.
— Защита поможет нам от одержимости и призраки не будут к нам подходить. Призраки будут стремиться вас убить, они озлоблены, обижены на живых за то, что они живы. Главная цель призрака добраться до вашего сердца и сжать его в кулаке. Одержимые будут стараться сожрать ваше тело, душу которую они не смогут поглотить, они выплюнут, и она станет призраком, озлобленным и кровожадным... Так что защиту я сделаю.
В тёмной части склада что-то упало и по складу разнесся вой. Все вздрогнули, и Лёвка храбро поднял гвоздодёр, но при этом весь дрожа от страха.
— Петрович выбрался из-под коробок. — со вздохом пробормотал Борис.
Марина посмотрела на три красных зонтика и чёрный маркер рядом с ними. В голове сложилась комбинация защитных символов и она, быстро раскрыв зонтик начала на красный купол наносить символы, руки тряслись, маркер писал не охотно, он явно был старым, но всё же Марина успела нарисовать последний символ и кинула зонтик девчонкам.
— Прикройтесь зонтом и не выходите из круга! — велела она и протянув руку попросила, — Алёнка, ножницы одолжи?
Девушка подошла к краю соляного круга и потянувшись, протянула Марине ножницы, потом вернулась на место и прикрыла всех раскрытым зонтом.
— Я с тобой! — предложил Левка.
— Девчонок и Бориса прикрывай если призраки сюда ворвутся. — возразила Марина. Коленки у нее дрожали, но она заставляла себя говорить уверенно.
В этот момент из темноты склада вышел полностью покрытый уже запекшейся кровью Петрович и Марина невольно ухмыльнулась, в его руке были зажаты такие же ножницы, как и у нее. Петрович был не высоким, но коренастым, широкоплечим мужиком лет пятидесяти и был в магазине мастером на все случаи жизни. Он отличался большой силой и заменял на складе сразу трех грузчиков. Его лицо было почти полностью лишено кожи, губы лишь наполовину прикрывали зубы и Марине стоило титанических усилий чтобы не заверещать и не упасть в обморок. Ей очень хотелось запрыгнуть в соляной круг и спрятаться за зонтиком от этого кровавого чудовища, но она упорно стояла и пыталась придумать, как убить того, кто намного сильнее и кровожаднее ее. В голове было тихо, все мысли перепуганными мышками попрятались по закоулкам сознания и девушка просто стояла и ждала. Петрович шел к ней медленно, явно получая удовольствия от вида перепуганной, парализованной страхом девчонки, дух в теле Петровича уже предвкушал славный пир, когда справа от него раздался вопль полный ужаса и на него налетело тело парня. В руках у того оказались садовые ножницы и он, продолжая орать приставил их к горлу одержимого и надавил на ручки. Раздался мерзкий хруст с хлюпом и в лицо Семёна брызнула кровь, он всхлипнул и упав на бок, отполз в сторону и зарыдал как маленький мальчик.
— Сёмка!? — потрясенно произнесла Марина и выронив ножницы подбежала к приятелю, прижала его к себе и гладя по голове проговорила, — Спасибо, спасибо, спасибо тебе огромное!
— Сёмка, ты вообще где был? — услышала девушка голос Бориса, и увидела, что тот вместе с Аленой и Лёвкой вышли из круга и подошли к ним.
Семён всхлипнул, вытер слезы и сев на пол, потряс головой как будто вытряхивая из нее испуг и истерику.
— Я... Я посрать пошёл, — признался парень и посмотрел на друзей. — У меня это..., в общем, синдром раздраженного кишечника...
— Ахренеть... — пробормотал Лёвка и сел рядом с приятелем. — Если бы не твой синдром, мы бы тут наверно все и полегли.
— А ножницы эти садовые, ты где взял? — восхищенно спросил Борис.
— Там, у туалета, тележка и рассада, и инвентарь всякий садовый... — вздохнув ответил Семен и утеревшись рукавом, добавил, — Я слышал, что Маринка говорила, там в туалете слышимость хорошая. Вот я и решил, что если я этому ублюдку голову не снесу, он Маринку прибьет и тогда нам всем кранты...
— Эй, — окликнула всех Катя, — может потом поговорите. Пока еще кто-нибудь не приперся и еще какая-то пакость нас не попыталась сожрать, может Маринка уже поколдует, и мы пойдём отсюда? До дома тети ее, наверно еще дойти надо!