Эти разговоры мать начала ещё когда Вероника была беременна.
"Нагуляла не пойми от кого, видели её не пойми с кем, да вся семья у них... ", - примерно такими фразами заканчивался любой разговор, если тема касалась невестки. Константиновна знала, что не права, но ничего не могла с собой поделать. Обещала себе много раз, что не будет вмешиваться в жизнь старшего сына, ведь с женой младшего у неё хорошие отношения, да и не так уж и плоха Вероника, но никак не могла удержать непонятную злость даже от упоминания её имени. "Наверное, ревность", - говорила она себе, вспоминая очередную ссору с сыном из-за его ненаглядной супруги. Сергей с Вероникой всерьёз не воспринимали нападки Константиновны, лишь посмеивались.
"Сделай тест, Серёженька", - упрямо твердила мать, глядя на внука.
" Какой ещё тест, мать!" - смеялся Сергей, - "ты посмотри, это же моя ксерокопия, да и Веронику обижать ради твоей прихоти не буду".
Константиновна со временем стала спокойнее реагировать на жену старшего сына, а вот внука не замечала совсем, если вынуждена была находиться с ним в одном помещении, смотрела сквозь него, как не видит. Так их отношения сошли на нет. Сергей приезжал к матери один, даже семейные праздники Вероника отказывалась посещать, в чем муж её поддерживал и сам на семейных торжествах не задерживался. Вот и получилось, что увидела Константиновна внука Кирюшу, через 5 лет.
Когда на её юбилей приехал младший сын Александр с детьми, именинница решила, что он захватил с собой их друга. Присмотревшись к "чужому" мальчику, она вдруг воскликнула - "Надо же, копия Сереженьки, чей это ребёнок? Сынок, нужно срочно сделать тест на отцовство, не может же чужой ребёнок быть ксерокопией твоего брата"