InVoice Media, 20.02.2024
С начала войны Израиля с ХАМАСом Египет вёл двойственную политику. С одной стороны, Каир говорил о солидарности с палестинцами (правда, ни разу не упомянув ХАМАС) и осуждал действия Израиля. С другой – Египет категорически отказывался принять на своей территории палестинских беженцев из Газы, о чём неоднократно просил Израиль.
Такая позиция понятна: бедуины и палестинцы, живущие на Синае, нелояльны Египту, и Каир опасается, что миллион или больше палестинских беженцев, значительная часть которых симпатизирует ХАМАСу, обострят и без того непростую обстановку на Синае (там в 2013-23 гг. шла террористическая война местных исламистов с армией).
В последние дни западные СМИ, ссылаясь на снимки из космоса, рассказывают о строительных работах, ведущихся египетской армией близ границы с сектором Газа. Там огораживают территорию в 20,7 кв. км, подвозят стройматериалы и прокладывают коммуникации. Губернатор Северного Синая Мухаммед Шуша говорит, что армия строит логистическую зону для приёма направляющейся в Газу гуманитарной помощи, которая «будет включать стоянки для грузовых машин, охраняемые склады, административные здания и жилые помещения для водителей». Хотя такая территория, на которой вполне может разместиться небольшой город, для складов и домиков отдыха водителей явно великовата. Эксперты сразу начали строить предположения, что египтяне достигли тайного соглашения с Израилем о приёме части беженцев из южного города Рафах, который намерена штурмовать израильская армия – т.е. после четырёх месяцев препирательств согласились пойти навстречу Израилю.
Каир изо всех сил это отрицает: в арабском и мусульманском мире ему и без того пеняют за двусмысленную позицию по отношению к войне в Газе. Руководитель правительственной информационной службы Дия Рашван заявляет, что правительство Египта «категорически отвергает любые обвинения в своём участии в процессе перемещения палестинцев из сектора Газа на Синай».
Однако 18 февраля главы МИД Египта Самех Шукри на Мюнхенской конференции по безопасности заявил, что ХАМАС расколол Палестину и узурпировал власть, и указал на невозможность достичь мира при существовании ХАМАСа. «Необходима ответственность за расширение прав и возможностей ХАМАС в секторе Газа и его финансирование, которое усилило раскол между движением и основными палестинскими миротворческими организациями, будь то Администрация или ООП», - заявил министр. Примечательно, что Шукри таким образом ответил на вопрос министра иностранных дел Израиля о возможности «палестинского консенсуса».
В арабском мире расценили заявление Шукри как «просионистское». В ряде городов арабского мира уже произошли антиегипетские демонстрации.
Что ж, в целом заявление Шукри действительно обозначает, что Каир, после долгих и явно нелёгких размышлений, занял свою позицию в войне Израиля с ХАМАСом. И эта позиция, хотя и не комплиментарна Израилю, враждебна ХАМАСу. Но стоит ли удивляться? Во время вооружённого конфликта на Синае ХАМАС помогал местным исламистам, а Израиль – египетской армии. Доходило до прямого участия боевиков ХАМАС в столкновениях с египетскими войсками, и до авиационной поддержки египетских частей израильскими самолётами.
Кроме того, Египет – самая пострадавшая арабская страна от «закрытия» Красного моря йеменскими хуситами: Суэцкий канал, работа которого застопорилась из-за этого, приносит египтянам значительный доход. А хуситы начали ракетно-дроновые обстрелы в поддержку ХАМАСа.
Поэтому ничего удивительного в позиции Египта нет. Он заинтересован в том, чтобы война как можно скорее кончилась, и ни в коем случае не победой ХАМАСа. И когда стало ясно, что израильская операция в приграничном Рафахе, последнем городе сектора Газа, удерживаемом ХАМАСом, в любом случае состоится, египтяне оказались вынуждены начаться строительство «логистического центра». Потому, что при штурме Рафаха пограничный забор будет атакован такими толпами напуганных беженцев, что от него вряд ли что-нибудь останется. А египетским пограничникам очень не хочется стрелять в палестинских единоверцев.
Поэтому ничего другого Каиру не остаётся. А для того, чтобы объяснить миру, почему он занял такую позицию, идущую вразрез и с его прежними заявлениями, и с настроениями «арабской улицы», министру Шукри пришлось обозначить отношение Египта к ХАМАСу. Чтобы позиция его страны выглядела логичной.