В детском саду вдруг все дети стали ругаться отборным матом. В конце концов выяснилось — виною всему солдаты соседней воинской части, которые чинили проводку. Старшина вызвал их и стал распекать, а они не признаются:
— Никак нет, товарищ старшина! Мы ничего такого не говорили. Рядовой
Петров паял провода, а я держал стремянку. Потом, правда, мне олово стало капать за шиворот...
— Ну и ты?
—А я Петрову культурно говорю: «Послушай, разве ты не видишь, что твоему товарищу за шиворот падают капли расплавленного олова?»
Вот если бы меня спросили, какую статью законов я хотела бы отменить, то, вы не поверите, я бы просила снять запрет на мат. Да-да, интеллигентная питерская барышня просит разрешить материться. Или по крайней мере дать некоторые определения, когда можно, а когда нельзя.
Дело в том, что у нас со всеми этими современными технологиями уже крыша съезжает, где публичное пространство, а где нет.
Тут недавно скандал вышел с пресс-секретарем Камчатского Следственного комитета. Он чин по чину дал комментарий для журналистов. А потом уже для своих, вне своего комментария, мрачно пошутил.
Полковник Алексей Пузырев на камеру сообщил: «Обвиняемый нанес пострадавшей телесные повреждения». А потом весьма точно заметил: «Наносят крем на ро*у, а он ее реально отх**рил».
Шутка попала в запись. В эфир, конечно, не пошла, но стала гулять в чатиках для своих. И в итоге попала к начальству этого самого полковника. Ой, что тут началось!!! В общем, пошли разговоры про честь мундира и т.д.
А вот теперь, внимание, вопрос. А почему полковник-то виноват? Он что ли в публичное пространство запустил данную шутку? Нет. Запустили ее журналисты. Причем, видимо, не планируя самому полковнику вредить. Ибо если он пресс-секретарь, то с ним надо дружить. Иначе не видать тебе потом никаких комментариев и эксклюзивов. Тут даже не подлость с их стороны, а откровенная еще одна глупость. Но нашли, на ком отыграться. Типа инцидент засветился — надо что-то делать. Ну объявили бы ему выговор какой. Но при чем тут честь мундира-то?
Поймать на нецензурщине можно кого угодно. Или просто на ругательствах.
Красноярский депутат Елена Пензина прокомментировала журналистам сообщение о минировании регионального Заксобрания: «Какие-то к**злы решили парализовать работу ЗС, сообщив о минировании... Пусть вас поймают».
И что теперь? Фу какая, ату ее?
Кстати, знаете, почему я это простое слово, обозначающее животное, поставила со звездочкой? Да потому что кто-то умный у нас постоянно обновляет список нецензурных слов. Причем туда иногда попадает такое, что диву даешься. И уже не знаешь, что и как писать. Например, у меня в январе статью забанили за слово, обозначающее некрасивого человека. Еще в декабре его не было в списке нецензурных выражений, а в январе уже появилось.
Ну ладно я. Все-таки занимаюсь работой со словом и даже кое-что на этом зарабатываю. Хочешь работать в этой области — учи законы и регулярно проверяй, что там еще напридумывали с нецензурными словами. Но обычные люди, что, теперь все поголовно должны эти списки регулярно учить?
Вопреки мнению многих авторов, это не Дзен придумывает. Он просто следует законам. Я уже как-то объясняла, что огромному холдингу с кучей текстов проще заблокировать любую из статей, не сильно вникая в смысл, при малейших подозрениях. Ибо штраф будет многомиллионный. Чем возиться и вникать, что же там автор имел в виду. И всей поддержкой учить людей законам, объясняя, что можно, а что нельзя, Дзен тоже не будет и не должен. Если уж взялись писать, так возьмите на себя труд и прочтите закон о СМИ. Читать-то авторы точно умеют.
Чиновники, я вам открою секрет, они тоже люди. У них может вырваться чушь какая-то, они могут сглупить, не сдержаться. Их легко можно подловить.
И что теперь делать? Будем окончательно уничтожать русский язык, заставляя всех говорить нечеловеческой канцелярщиной?
Этак мы с вами дойдем до того, что бедные чиновники даже в постели с женой на всякий случай будут говорить: «Уважаемая Анастасия Петровна, разрешите войти?»
Так что ли? При этом еще и его жена, и его дети должны постоянно держать лицо. И даже покупая хлеб в магазине, выражаться предельно сухо, придерживаясь в устной речи правил деловой переписки.
Нет, я все понимаю. Сейчас у нас действительно стали чистить от всякой похабщины. Не по-сталински, в лагерях и т.д., но все-таки наказания прилетают и уже даже серьезные. И я только этому рада. Но должны же быть рамки какие-то?
Вот вам новость из последних:
Москва. 20 февраля. INTERFAX.RU: Гагаринский суд Москвы заочно арестовал общественного деятеля Леонида Гозмана (признан в России иноагентом) и экономиста, профессора Чикагского университета Константина Сонина (признан в России иноагентом), обвиняемых в распространении ложной информации о Вооруженных силах России, сообщили «Интерфаксу» в пресс-службе суда.
Нет, так-то мы только за. Достали, ей-богу. Пора бы некоторым следить за языком. А то несут всякое г... и вредят, вредят.
Но тут четко — человек сам высказал (и неоднократно) свое мнение, он его не скрывал, его не подловили и не выложили информацию без его согласия.
Но в приведенных ранее примерах уж больно охотой на ведьм все попахивает. Тем более что виноваты в данном случае не чиновники, а те, кто решил это выложить в публичное пространство. Одно дело, когда неумная барышня на публичной встрече заявляет: «Государство не просило вас рожать». Вот тут вина. И наказание должно быть. Другое дело, когда человек не под запись неудачно пошутил, а его засняли и продемонстрировали миру.
И честь мундира — это не мат. Вы еще материться на передовой попробуйте запретить, а? Хотя некоторым дай волю — еще не то запретят.
Вот если бы человек попался в бане с малолетками (не дай бог), во время пьяного дебоша или еще чего — тогда бы речь шла о чести мундира.
Но иногда люди — это просто люди. Ей-богу, перемудрили что-то.
Хотя, может, специально такая диверсия против русского языка? А мы, утомленные ругательствами без необходимости, и не поняли сразу, что нас пытаются заставить забыть литературную речь и изъясняться исключительно зубодробительной канцелярщиной?
Ну вот как-то так.