Государственный Эрмитаж — величественный хранитель культурного наследия России и мира. За его роскошными фасадами скрывается колоссальное собрание: около трёх миллионов произведений искусства и памятников культуры. Это миллионы историй, застывших в камне, холсте и металле. Изучить каждый экспонат — задача почти непосильная. Но это не повод отказываться от путешествия по залам Эрмитажа. Здесь собраны шедевры, которым нет равных: «Даная» Рембрандта, Колыванская ваза — величественная «царица ваз», уникальные часы «Павлин». Каждый предмет — единственный в своём роде, часть грандиозной мозаики человеческой культуры. И сегодня, друзья, мы приглашаем вас в путешествие по залам Эрмитажа, где каждое произведение готово рассказать свою историю.
"Кто бы ты ни был, вот твой господин, Он есть, он был и будет им"
На пьедестале величественной статуи начертаны строки — лаконичное двустишие французского мыслителя Франсуа‑Мари Аруэ, вошедшего в историю под именем Вольтера. Эта надпись — своеобразный мост между мирами: она соединяет блеск европейского Просвещения с судьбой мастера, чьё искусство навсегда вписано в летопись России. А ведь начинал он совсем не как придворный скульптор. Сын простого столяра из Франции, он прошёл путь от скромных мастерских до признания при императорском дворе. Талант стал его путеводной звездой: упорство и гениальность позволили ему преодолеть сословные границы и оставить неизгладимый след в русской культуре. Его творение — не просто статуя, а памятник человеческой воле, доказавший, что подлинное искусство не знает ни происхождения, ни границ.
Каждый творец — живописец, литератор, композитор или ваятель — мечтает создать нечто бессмертное, что будет говорить с потомками сквозь века. Для французского мастера Этьена Мориса Фальконе таким шедевром стал «Медный всадник» — монументальная статуя Петра I в Санкт‑Петербурге, превратившаяся в один из символов города и всей России. Но не только этим произведением запомнился Фальконе в русском искусстве. В Эрмитаже, в зале № 285 («Искусство Франции XVIII века»), можно увидеть его скульптуру «Грозящий Амур». В ней — вся грация французского рококо: шаловливый Амур словно на мгновение замер, приподняв пальчик в шутливом предостережении. Это творение — тонкий контраст к монументальному «Всаднику»: здесь царит хрупкая красота мгновения вместо масштабной истории государства.
В мире искусства нередко случается так, что слава произведения рождает его повторные воплощения. Так произошло и с ангелом, чьё первое появление озарило будуар парижского особняка маркизы де Помпадур. Именно там, в изысканной обстановке, впервые предстал перед публикой образ, созданный талантливой рукой мастера. Работа снискала столь громкий успех, что к скульптуру стали повторять — и каждая новая версия обретала собственную судьбу. Тот ангел, что ныне пребывает в залах Государственного Эрмитажа, некогда украшал картинную галерею дворца Строгановых. Его история началась с волеизъявления графа Александра Строганова: именно он обратился к мастеру с заказом, желая привнести в своё собрание изящное творение. Так, переступив порог строгановского дворца, скульптура вписалась в анналы русской художественной культуры, став не просто копией, но самостоятельным звеном в цепи времён и вкусов.
В сокровищнице мирового искусства Государственный Эрмитаж занимает особое место, и едва ли не самую драгоценную её часть составляет собрание живописи. Среди бескрайнего моря шедевров, хранящихся в музее, коллекция западных полотен XIII–XX веков выделяется особой глубиной и масштабностью — это живая хроника эволюции европейского художественного гения. Представьте себе тихий уголок Эрмитажа, где время словно замедляет свой бег. На нижнем снимке — трогательный момент: семейная пара погружается в созерцание итальянских полотен. Они стоят в зале № 237 Нового Эрмитажа, в Малом Итальянском просвете. Здесь, среди приглушённого света и благородных линий архитектуры, оживают образы далёкой Италии: перед зрителями разворачиваются библейские сюжеты, мерцают тёплые тона венецианских пейзажей, звучат отголоски эпохи Возрождения. Каждый холст — словно окно в прошлое, а зал — мост между современностью и вековыми традициями итальянского искусства. Именно в таких мгновениях, когда взгляд встречается с шедевром, рождается та особая связь, ради которой и живут великие музеи.
В полумраке зала, пронизанном мягким светом, наша пара замирает перед полотном — «Вознесение Марии» итальянского мастера Джованни Франческо Барбьери, известного как Гверчино. В трепетных оттенках и динамичных линиях оживает древняя легенда об Успении Пресвятой Богородицы. Картина создана в 1623 году по заказу кардинала Алессандро Танари. Два столетия она хранилась в семье Танари как драгоценная реликвия. В 1841 году по воле императора Николая I полотно выкупили и через год перевезли в Россию. С тех пор «Вознесение Марии» пребывает в Эрмитаже, встречая восхищённые взгляды ценителей. Любопытная деталь: художник носил прозвище Guercino — «косоглазый». Но физический недуг не помешал ему создавать образы удивительной гармонии и выразительности. В этом — величие истинного искусства: оно преодолевает любые ограничения, оставляя потомкам историю гения.
В величественных анфиладах Нового Эрмитажа есть особые пространства, где сама архитектура словно вступает в диалог с искусством. Большой и Малый Итальянские просветы, а также Испанский Малый просвет — самые просторные залы этого крыла, и каждый из них подобен храму, посвящённому красоте. Конечно, взоры посетителей прежде всего приковывают живописные шедевры, сияющие на стенах. Но едва ли возможно пройти мимо другого чуда — изысканных творений камнерезных мастеров, что расположились в самом сердце залов. Взгляните на эти столы и торшеры! Их столешницы, словно покрытые волшебной дымкой, переливаются благородными оттенками лазурита и малахита. Каждый камень — словно застывшая песнь о недрах земли, о её сокровенных тайнах и богатствах.
А ножки этих произведений искусства — подлинный гимн мастерству резчиков по дереву. Причудливая игра линий, тончайшая проработка деталей, виртуозное сочетание объёмов и рельефов — всё это превращает простую опору в настоящее произведение искусства. Глаз невольно задерживается на каждом изгибе, пытаясь постичь секрет этого великолепия. Здесь, в этих залах, сливаются воедино разные грани творчества: живопись, камнерезное искусство, резьба по дереву. И каждое из этих искусств, не соперничая, а дополняя друг друга, создаёт неповторимую симфонию красоты, от которой действительно невозможно оторвать взгляд.
Знакомясь с живописными произведениями этих залов, можно легко пропустить эти изящные элементы оформления столешниц и торшеров. Изумительная красота! Мифические позолоченные грифоны украшают пьедесталы торшеров. Вазы и столешницы изготовлены в XIX столетии на Екатеринбургской и Петергофской гранильных фабриках
Следующий объект нашего интереса императорский трон, находящийся в Большом Тронном (Георгиевском) зале Эрмитажа. В этом огромном , монументальном зале, площадь которого превышает 800 м², отмечались важнейшие события политической истории Российской империи, проводились официальные церемонии, принимались послы иностранных государств. Его отделка соответствует назначению: использование белого каррарского мрамора, позолота деталей, оттеняющая великолепие натурального камня; уникальный, составленный из 16 пород дерева паркет; позолоченные детали интерьера и, конечно, пурпурно-красное тронное место. Интерьер зала, после пожара 1837 года, разрабатывал архитектор Стасов. Величественное архитектурное воплощение зала для официальных торжеств!
Так вот о троне, напротив главного входа, на возвышении установлен символ власти - императорский трон. Чтобы непосредственно приблизиться к нему необходимо подняться по семи ступеням. Над символом власти закреплен пышный балдахин, над ним находится большой рельеф на сюжет христианской мифологии, он же является старинным символом могущества России - Георгий Победоносец, поражающий копьем дракона.
Большой императорский трон был изготовлен по заказу императрицы Анны Иоанновны в Лондоне в 1731 году. Над изготовлением и дизайном кресла работал английский мастер Николас Клаузен. Это был трон из массива дерева, оправленный в серебро, с позолотой. Ныне он установлен в Петровском (Малом тронном) зале Зимнего дворца. Наш же трон его копия, изготовленная мастером Христианом Мейером. Таких тронов было изготовлено несколько, заказчиком выступил император Павел I. До наших дней дошли только три экземпляра.
После реставрационных работ, начавшихся в 1980-е годы, 9 декабря 2000 года после реконструкции Тронного места состоялось торжественное открытие Георгиевского зала . Зал принял тот исторический облик, который создал в свое время один из основоположников русского ампира незабвенный Василий Петрович Стасов. Конечно, были утрачено многие детали, но главные элементы, как: трон, государственный символ герб -двуглавый орел, позументные ленты, плетеные кисти, детали золотошвейного орнамента материала - были сохранены и восстановлены. Благодаря мастерам-реставраторам мы имеем возможность увидеть красоту и великолепие Георгиевского (Большой Тронный) зал Зимнего Дворца, соприкоснуться с историей и культурой нашей страны.
На сегодня всё, не прощаюсь! Надеюсь, вам было интересно и познавательно. С вами был Михаил, смотрите Петербург со мной, не пропустите следующие публикации! Подписывайтесь на канал! Всего наилучшего! Если понравилось - ставьте лайки, пишите отзывы!