Найти в Дзене

Легенда об Ононе, Лидия Ермолаева-Сажина

Лидия Ермолаева-Сажина 18 фев в 15:09 Лет пять назад монгольскими учёными были чипированы кукушки у истока реки Онон, лишь одна из них вернулась в родной край. Эту тему подсказал мне сосед Алексей Багдаев, его так тронула эта история, что он попросил меня:"Михайловна, напиши стихи или легенду, я знаю, ты сможешь, у тебя получится". Не сразу правда, но получилось, а как? Судить вам, дорогие друзья и читатели, итак:
Легенда об Ононе
Среди Хэнтейских славных гор,
Берёт река Онон начало,
И с самых давних пор,
Вплывает в Забайкалье величаво.
Она меняла русло много раз,
Целебной влагой напоив долины,
Бежала дальше тот же час,
Мелькали горы и равнины.
Хранят её крутые берега,
Легенды Чингисхана-Темуджина,
Где табуны его коней луга,
Топтали с всадниками, слившись воедино.
Сосновый бор на берегу реки,
Манит своею хвойною прохладой,
Живут косули там, бурундуки,
И угощенью белки будут рады.
Однажды, лес тот путник посетил,
Он слушал птиц, воды журчанье,
Усталый сон его сморил,
И потекли вос

Лидия Ермолаева-Сажина

18 фев в 15:09

Лет пять назад монгольскими учёными были чипированы кукушки у истока реки Онон, лишь одна из них вернулась в родной край. Эту тему подсказал мне сосед Алексей Багдаев, его так тронула эта история, что он попросил меня:"Михайловна, напиши стихи или легенду, я знаю, ты сможешь, у тебя получится". Не сразу правда, но получилось, а как? Судить вам, дорогие друзья и читатели, итак:


Легенда об Ононе


Среди Хэнтейских славных гор,
Берёт река Онон начало,
И с самых давних пор,
Вплывает в Забайкалье величаво.

Она меняла русло много раз,
Целебной влагой напоив долины,
Бежала дальше тот же час,
Мелькали горы и равнины.

Хранят её крутые берега,
Легенды Чингисхана-Темуджина,
Где табуны его коней луга,
Топтали с всадниками, слившись воедино.

Сосновый бор на берегу реки,
Манит своею хвойною прохладой,
Живут косули там, бурундуки,
И угощенью белки будут рады.

Однажды, лес тот путник посетил,
Он слушал птиц, воды журчанье,
Усталый сон его сморил,
И потекли воспоминанья.

А две кукушки на сосне,
Про жизнь о чём-то толковали,
И улыбался дед во сне,
Он будто понял, что накуковали.

Старик язык их понимал,
Он был шаманом очень мудрым,
О жизни птичьей он узнал,
Прекрасным летним утром.

Подслушав тайный разговор,
О чём вели две серых птицы,
Что нет роднее своих гор,
В которые нельзя не возвратиться.

- Меня назвали в честь реки Онон,
И я хотел узнать о доле лучшей,
Моря я видел, слышал ветра стон,
И брат Буян мне был попутчик.

Летали мы в далёкие края,
Где нет зимы, для птиц раздолье,
Но так манила Родина моя,
Казалась Африка неволей.

Мы облетели много стран,
Нам помогал попутный ветер,
Пересекать Индийский океан,
Но нет дороже Родины на свете.

Случилась буря, брат погиб,
А я летел, что было мочи,
Увидел я реки родной изгиб,
Хотя устал я сильно очень.

Но долетел, домой вернулся,
Чтобы потомство развести...
Старик спросонку улыбнулся
- Ну что ж, пора и мне идти.

Живите, птахи вы лесные,
Любите также отчий край,
Поля и горы, сосны вековые,
Дороже, чем заморский рай.

Старик пошёл, вспорхнули птицы,
Он помахал им вслед рукой,
- Да, есть нам чем гордиться,
Где даже птахи знают берег свой.