Дочка подарила нам с женой сертификат на флоутинг (на безграмотном языке - флоатинг). Будете плавать в теплой воде и забудете о всех печалях говорили рекламная листовка и беспочвенная надежда.
Женщина в костюме врача с бэджиком Глаша посмотрела на нас, почесала нос и сказала: капсул на двоих нету, только по одному, пошли.
Открыла дверь и показала капсулу – сдавленную белую бочку с манящей неоновой водой.
Каждый будет в отдельной, сказала она, заиграет музыка запрыгивайте в капсулу и накрывайтесь крышкой. Некоторое время будет играть музыка и гореть разноцветный цвет, но не беспокойтесь, через десять минут наступит тишина и темнота. Чтобы вы точно знали, что вам предстоит провести там полный час, я закрою вашу капсулу на замок. Капсулы абсолютно звуконепроницаемы, так что кричать бесполезно. Через час я вас выпущу. Ага понятно, сказали мы, и разошлись по камерам.
Как только я закончил нервно принимать душ, моя открытая капсула замигала призывным огоньками и заиграла песня Розенбаума Прости, прощай. Я перекрестился и шагнул в теплую воду. Всего лишь час, прошептал я круглым белым стенкам и захлопнул над собой крышку. Музыка сразу поменялась, вместо Розенбаума заиграла Ты меня никогда не забудешь из Юноны и Авось. Я погрузился в воду, которая сразу вытолкнула меня на поверхность. Я словно повис и приготовился погружаться в покой. Скоро музыка смолкла, свет погас, образовалась полная непроницаемая тьма, хоть глаз выколи и такая тишина, что слышно как хлопают ресницы.
Некоторое время я задумчиво плавал по поверхности, изредка тихонько стукаясь головой о стенки капсулы. И вдруг мне стало становиться не по себе.
А может все-таки крышка открывается? - пискнула трусливая мысль. Я сел и попытался вытолкнуть ее наружу, крышка не поддавалась. Соленая вода тёплыми ласковыми струйками стекла со лба на лицо и принялась выжигать глазные яблоки. А! - тихонько поскулил я и стал колотить по крышке.
Но никто не слышал меня, как и было обещано. Баба Глаша смотрела в подсобке Модный приговор и ела тирамису чайной ложечкой.
В моей голове стучало: Это конец, конец, конец... Тишина забиралась под волосы в душу и стискивала сердце – Аа-а-а-аа-!
Я стал плакать и слезы вымыли соль из глаз. Я снова лег и представил себя в гробу. Ранки на руках щипало от солёной воды, в мозгу проплывали картинки из детства... Начало тошнить. Чтобы не так тошнило я сел, потом встал на колени, согнувшись пополам и думал – может всё-таки не надо было так грешить…. Зачем я тогда укусил ту девочку в садике? Так и стоял, каясь, прощая обиды и седея.
...
Ну как вам? Спросила через двести лет Глаша. Хотите чаю с печеньками?
