Обмануть судьбу

ГЛАВА 4

ЗАЙЦЕМ ПО ДЕРЕВНЕ

В деревне всё тайное весьма скоро становится явным. Помог однажды кузнец Лёнька Конуков бездетной вдове Верке Фотниковой спустить в подвал тяжёлые мешки с картошкой. Не успел ещё Лексей до дома дойти, а Манька его уже с ухватом встречает.

- Ах ты, така-растака! На мужа драться бросаешься?! - рассвирепел мужик, бутыль самогона схватил, хлопнул дверью и ушёл незнамо куда. Долго ли шёл, коротко ли, а привели его ноженьки к дружкам его — Половинкам (так в деревне называли безалаберных близнецов — Витеку и Шураку). Посидели мужики, выпили, закусили, чем Бог послал и спокойнёхонько задремали.

А Манька полночи не спала, плакала.

- Мамань, отец-то где? - Тайка спрашивает.

А мать ревёт белугой, слова путного вымолвить не может. Всё же разобрала Тайка:

- Бросил нас ирод проклятый, к Верке ушёл, полюбовнице своей!

Жалко Тайке отца, а мать ещё жальче. Обняла дочка матушку да в сердцах и воскликнула:

- Не убивайся так, маманя! Да пусть бы и бегал зайцем без остановки хоть по всей деревне!

Ещё солнце не взошло, а уж вскочил Лексей на ноги. Где он? Что случилось? Не помнит ничего. Хочет домой идти — ноги не слушаются. Вдруг одна нога поднялась вверх, ей на смену — другая. И понесли ноги Лексея вприпрыжку по всей деревне. Народ из окон выглядывает. Что с кузнецом стряслось? Куда спешит? А тот орёт благим матом, за деревья хватается. Вот рукой за забор Веркин зацепился, да ноги через него перенесли на двор, а со двора в усад и снова вкруг деревни. Час бегает Лёнька, второй пошёл...

Страшно Маньке сделалось. Поняла баба, откуда напасть такая на мужа свалилась. К дочке только что не в ноги кинулась:

- Спаси отца! Останови! Сиротами останемся!

А Тайка смотрит, глазами красивыми хлопает, как отцу помочь — не знает.

Ладно, Половинки подсказали: надо в Жабино ехать к Авдотье заклятье снимать. Запрягли лошадь, помчались в мордва к ведьме.

Авдотье с утра блазилось, будто молит её кто-то о помощи. Незадолго до полудня вошли в избу два мужика, с лица — как две капли воды. Рассказали сбивчиво о беде, что с кузнецом случилась. Не стала колдунья медлить, взяла узелок, заранее собранный, и помчали её близнецы на помощь болезному.

Как ловили Лексея всей деревней — о том ещё долгие годы вспоминать будут. Однако поймали, скрутили, ноги едва не поломали несчастному. Авдотья пошептала что-то на чужом языке, водичкой мужика сбрызнула — тот и пришёл в себя. А так-то ещё бы чуть-чуть и помер бы, уж пена белая изо рта пошла, язык вываливался... Удалось всё же Авдотье спасти Лексея, судьбу обмануть!

Уж сколько лет прошло, а до сих пор в деревне говорят детям, без дела носящимся по улице: «Что ты бегаешь зайцем по деревне, как дедушка Конуков?!»