Я из того поколения, которое воспитывалось на книгах, когда не было домашних библиотек, когда чтение было удовольствием, а книга — дорогим подарком. Читать я начала до школы. Записалась в библиотеку и брала по 2 книжки. Прочитывала их в тот же день: они были тоненькие с крупным шрифтом и очень красочные. Библиотекарю надоели мои ежедневные по несколько раз визиты «взял-вернул», она предложила приходить и читать здесь же у полок. На снимке именно так я просиживала на полу, не обращая внимания на время.
По моему рождению после окончания Великой отечественной войны, семья (военного) обосновалась в Вильнюсе (Литва). Ни о каких-либо сохраненных вещах из довоенной жизни не могло быть речи. Когда началась война гражданское население спасалось в эвакуации. Туда, «в белый свет», с двумя незамужними дочками уезжала моя бабушка. Библиотеку и вещи не повезешь с собой. А по возвращении страна поднимала из руин разрушенное хозяйство, и печатная продукция выпускалась лимитировано, только чтобы оснастить книгами библиотеки, учебные заведения и прочие писательские и научные организации. Бабушка работала в центре и частенько наведывалась в главный книжный магазин. Она поступала умно: покупала лишь справочную литературу (ее было –таки предостаточно), считая, что художественную (а ее почти не было) удобно брать в библиотеке.
В школе, как ни странно, моими любимыми предметами были литература и математика. После окончания учебного года во всесоюзной газете «Пионерская правда» для каждого класса печатался список литературы тех авторов, которые рекомендовались обязательными для изучения по школьной программе. Все лето читала!
Наша страна была самая читающая в мире. Как пример, приведу такой случай, рассказанный школьным учителем, который вернулся из Москвы. Надо сказать, что в метро почти все читали газету/журнал. Ну, это похоже, как сейчас — почти каждый листает смартфон.
Вот и наш учитель читал газету, когда к нему обратился пассажир за справкой о расположении какой-то станции.
— Не могу вам помочь! Я не местный!
— Как? Вы же москвич! Они все в метро читают!
Далее. Поколение дочери растет еще не при том достатке книг: хочется — купил, но уже каждая семья обзаводится хоть маленькой, но книжной полкой. Сейчас трудно представить, что в «Литературной газете» журналист рассказывал, как он проверял факт того, что сумма денег от продажи содержимого книжного шкафа была достаточна для покупки автомобиля.
Поколение внуков. Ну зачем я буду сыпать соль на раны? Это наша общая беда. Два примера.
Не понимаю, зачем предлагать «Толстый и тонкий», который без «разжевывания» не усваивается?! Ведь есть же другие рассказы… Лев Толстой адаптирован! Вместо «Они сражались за родину» предлагается «Тихий Дон».
И пр., пр., пр… Ничего личного! Только факты!
Из обихода исчезли слова «благонадежный», «совесть», «доброжелательность», «любезность», «милосердие», «сострадание», «порядочность», «воспитанность» и др. Знают ли их наши дети? Проверьте! Исчезло в жизни, нет и в языке.
В заключении анекдот.
— А почему пишут иногда Л. Толстой, а иногда А. Толстой?
— Что непонятного? Лёша или Алеша. Кому как нравится…