Узнаете ли вы когда-нибудь меня, идущего к вам, на моем лице застывшая ухмылка, глаза горят любовью, страстью и желанием? Заметите ли вы, как я держу вас в поле зрения, и как моё очарование окутывает вас, просачиваясь в каждую пору вашего твоего тела?
Будете ли вы внимательны к подслащенным словам, которые слетают с моих уст, так замечательно рассказывая вам всё, что вы хотите услышать? Обратите ли вы внимание на фразы, которые повторяясь снова и снова, остаются в вашем подсознании? Заглянете ли вы глубоко в мои глаза, чтобы увидеть дальше своего отражения в них, или останетесь завороженными тем, что сияет в этих потускневших темных глазах?
Зададитесь ли вы вопросом, откуда я так много знаю о вас, где вы живете, где работаете, о ваших увлечениях и о том что вы не любите? Почувствуете ли вы холодок по спине, когда я снова появлюсь без предупреждения в месте, которое вы часто посещаете, или вы расцените свои ощущения как волнение и трепет от моей притягательной личности?
Будете ли вы подвергать сомнению банальности, которые я произношу, словно конфетти, рассыпанное по ветру, или будете улыбаться, кивать и наслаждаться теплом, которое поднимается у вас внутри, когда я говорю вам, какие вы замечательные и что мы с вами созданы друг для друга?
Будете ли вы хмуриться из-за моего признания в любви в течение дня, на третий день после нашей встречи, или вы примите и проглотите эти тщательно продуманные мною слова, не задумываясь ни на секунду? Будете ли вы удивлены, когда мои руки и губы начнут искусно прикасаться к вашему телу, или вы подчинитесь их пьянящим действиям и, затаив дыхание, мысленно поблагодарите их за то, что они прикасаются к вам?
Будете ли вы задаваться вопросами, как долго продолжится золотой свет от софитов и почему вас поставили на место, которое выше всех остальных? Будете ли вы видеть сквозь маску едкой ненависти тех, кто был до вас, или станете соучастником заговора и будете насмехаться над ней или над ним, испытывая отвращение к отсутствию достоинства в их поведении?
Не спросите ли вы себя, есть ли в их словах доля правды и почему они выглядят так, как будто из них высосали всю их суть, не оставив ничего, кроме треснувшей оболочки? Не задумаетесь ли вы, почему продолжают поступать подарки? Будете ли вы подвергать сомнению запретные плоды, которые были положены перед вами, или будете их вкушать, обезумев от желания и окрыленные экстазом нашей щедрости?
Узнаете ли вы меня, когда я отвернусь от вас, когда вы попытаетесь меня поцеловать? Поймете ли вы, что происходит, когда вас оставят в слезах на полу три раза за неделю, или вы будете бичевать себя за свои недостатки? Заметите ли вы, как вокруг вас сплетаются треугольники, ваш лучший друг становится вашим предполагаемым врагом, по чьему то приказу?
Будете ли вы сопротивляться контролю, оказывающему влияние на то, как вы выглядите, что вы будете делать и с кем станете взаимодействовать, или примете это и позволите своему самоощущению испариться? Поймете ли вы, что с вами происходит, когда вы в одиночестве забираетесь в ледяную постель, некогда казавшуюся вам райским местом для сексуальных утех, ставшую теперь пустой могилой? Поймете ли вы, что происходит, вытирая со своего лица слезы, когда часы показывают три часа ночи, а вы понятия не имеете где я?
Сможете ли вы постоять за себя, когда на вас навешивают ярлыки шлюхи, неряхи, идиотки и дуры, или склоните голову и отступите, в благодарности за то, что нанесённые вам обиды носят только словесный характер? В этот раз! Сможете ли вы помнить, кем когда-то были? Останетесь ли вы связанными цепями замешательства или разорвете их о колено и освободитесь от жестокого рабства?
Узнаете ли вы меня, когда моя рука сжимает ваше горло, мои слова, пропитанные желчью, льются на вас ливнем, а моя ненависть, с крапинками слюны, покрывает ваше лицо? Будете ли вы набирать мой номер в пятидесятый раз в течении двух часов, отчаянно пытаясь услышать мой голос, и просить меня, умолять и умолять вернуться домой?
Вздрогнете ли вы, когда очередной сервиз станет жертвой моей дикой ярости? Опуститесь ли вы на колени, нащупывая и собирая дрожащими пальцами осколки, разбросанные по полу? Будете ли вы знать, что я систематически, каждый день, делают с вами, или вы будете затуманивать реальность, молясь о том, чтобы тот золотой свет софитов вернулся и рассеял тьму?
Признаете ли вы меня таким, какой я есть на самом деле, или придумаете еще одно оправдание? Зададитесь ли вы вопросом, что произойдет, когда у вас иссякнут оправдания и наспех сконструированные объяснения моего правления и террора?
Узнаете ли вы меня, когда я отшвырну вас в сторону и втопчу в грязь? Поднимите ли вы взгляд от тлеющих руин того, что у нас когда-то с вами было, увидите ли её (или это вы?) смотрящую на вас с презрением? Она кажется такой вам знакомой, вы её знаете, сейчас такой туман, и он так сильно заволакивает...
Поймете ли вы, почему о вас забыли, когда ваши онемевшие пальцы будут составлять очередное поисковое электронное письмо, требуя объяснений, которые не придут, ваши слезы и гнев, получат в ответ лишь короткую усмешку, а подробно описанная вами ужасная обида, получит только пренебрежительное пожатие плечами?
Узнаете ли вы меня таким, какой я есть, когда я протяну руку и вытащу вас из вашего разбитого существования? Узнаете ли вы, что на самом деле произойдет, когда я снова поведу вас к яркому, обжигающему золотому свету софита?
Почувствуете ли вы укол осторожности в своем сознании или с радостью снова помчитесь к земле обетованной, отбросив беспокойство и нерешительность в сторону?
Заметите ли вы мою ухмылку в этот раз, когда будешь мчаться, впереди меня?
Обратите ли вы внимание на мрачный блеск в моем зловещем взгляде или стремглав поторопитесь в рай, пристрастившись к его теплу и восхитительным ощущениям?
Узнаете ли вы меня, когда я закрою за нами дверь, запру ее на засов и поверну тяжелый железный ключ в замке, когда задёрну толстые шторы на заляпанных грязью окнах?
Заметите ли вы заточенный кинжал, который я достал и держу за спиной?
Остановитесь ли вы взглянуть в разбитое зеркало, и если вы это сделаете, узнаете ли вы в нём себя?
H G Tudor