Режиссер В. Фетин, киностудия Ленфильм, 1977 год.
Анна - Н. Гундарева, Кушаков Николай Егорович - П. Вельяминов.
Можно сказать, что на момент заключения брака у каждого в этой паре был свой вполне нормальный интерес. Оба сразу понравились друг другу.
Анна нашла холостого мужчину со спокойным характером, без вредных привычек, с жилплощадью в виде комнаты. Не могу сказать, что основной ее целью была комната. Это не так, целью была все-таки семья.
Николай Егорович встретил красивую молодую женщину, добрую, отзывчивую, как ему показалось, потому что при первом знакомстве Анна пришла навестить больную коллегу по работе.
Кушаков увлекся новой знакомой и тоже в итоге хотел иметь семью, детей, понимающего человека рядом.
Беда в том, что каждый из этих людей видел семейное счастье по-своему. Анне нужен был дом «полная чаша», в котором она счастлива обязательно с мужем.
А Николай Егорович был бы счастлив в браке и без отдельной квартиры, ему неплохо и в комнате без пылесоса и нового холодильника. Бытовые удобства он не ставил на первый план поскольку был человеком более духовным, чем жена, а, главное - презирал мещанство и недостойные способы обретения материальных благ.
Будучи инвалидом вой_ны, Кушаков не любил пользоваться привилегиями ради собственного благополучия. Помочь приемному сыну поступить в Нахимовское училище он сам вызвался, а дефицитные товары его мало интересовали, как и все связанное с тем, что надо напрягаться чтобы их получить.
Героя П. Вельяминова коробило от того, что жена все время что-то доставала, добывала, не читала книг, не стала повышать образование. Он помогал ей в учебе, даже учебники покупал, чертил за нее, но Доброхотова не была заточена под образование.
Мужа коробило и от ее речей, от того, что с ней не о чем поговорить, но при этом он не отказывался от вкусных обедов, от телевизора, пользовался и пылесосом и холодильником.
Словом, проблема этой семьи была в том, что ее создали очень разные люди. Ни один из них не демон и не ангел, хотя мне лично Анна менее симпатична из-за абсолютной бездуховности и нелюбви к сыну.
Но винить в этом Доброхотову трудно поскольку она продукт воспитания своей мамы, не отличавшейся сердечностью, или, как сегодня принято говорить, эмпатией.
Анна не умела любить сердцем другого человека. Для нее достаточно было заботиться в первую очередь о своем благополучии. Муж был неотъемлемой частью этого благополучия, поэтому она и о нем заботилась, страдала когда он ушел.
А сын всегда был немного лишним в ее мире благополучия. Анна не понимала, что, как мать, должна интересоваться его жизнью, она считала так: ребенок обут, одет, не болеет - и ладно.
Ни Кушакова, ни его жену я не виню в том, что их семья развалилась. Оба они поспешили, выбрав для жизни не того человека, оба предпринимали попытки исправить друг друга, но изменить взрослого человека невозможно, особенно если он сам этого не хочет.
Николай и Анна так и не притерлись друг к другу, хотя женщина этого не замечала, ей казалось что в семье все нормально. Кушаков все-таки ушел от жены и правильно сделал потому, что никто не обязан мучиться в неудачном браке, особенно если нет общих детей.
Им обоим просто не повезло.