Национальная проблема, как бы ее не замалчивали или не объявляли о ее решении, всегда существовала в многонациональных государствах и негативно проявлялась при различных обстоятельствах по-разному - от косого взгляда и усмешки до массовой кровавой резни.
Само существование множества национальностей в одном государстве предполагает необходимость ведения правительством такой политики, при которой распределение общенародных благ и развитие культур этносов не происходило бы за счет других и не вызывало бы заметного недовольства ущемленных наций. Тяжесть а, зачастую, невозможность ведения такой политики, заставляет многие государства отказываться от фиксирования национальной принадлежности своих граждан в документах и удостоверениях личности и полагаться на объективный процесс ассимиляции, при котором самопроизвольно без давления сверху и извне многонациональным народом вырабатываются с годами удовлетворяющие всех нормы поведения и язык общения, либо добровольно принимается культура числом превосходящей нации.
За такое решение национальной проблемы в России боролся и основатель Советского государства В.И.Ленин. В ряде своих статей он выступал против культурно-национальной автономии какой-либо нации в многонациональном государстве, выступал против создания каких-либо национальных школ, видя в этом ущемление прав других наций.
Борясь с националистическими проявлениями в области религиозных верований он писал еще в 1905 году: "Никакие различия между гражданами в их правах в зависимости от религиозных верований совершенно недопустимы. Всякие даже упоминания о том или ином вероисповедании граждан в официальных документах должны быть безусловно уничтожены".
Тяжкий грех программы культурно-национальной автономии, за которую ратовали задолго до Октябрьской революции украинские националисты, кавказские сепаратисты и еврейский Бунд, по словам В.И.Ленина был в том, что "она стремится воплотить в жизнь самый утонченный и самый абсолютный, до конца доведенный, национализм. Суть этой программы: каждый гражданин записывается в ту или иную нацию, и каждая нация составляет юридическое целое, с правом принудительного обложения своих членов, с национальными парламентами (сеймами), с национальными "статс-секретарями" (министрами)".
Оценивая сейчас эти слова великого человека образование СССР в 1922 году становится уже понятным как явная победа националистов в обескровленной гражданской войной России, а недавний развал его - как закономерный результат антинародной, антирусской политики правительства, называвшим себя ленинским, а на деле проводившим политику утонченного и абсолютного национализма.
Знал ли больной Ленин, какую бомбу заложили под Россию в 1922 году собравшиеся на съезд Советов? Догадывался ли, что в скором времени не то что по вероисповеданию, но по национальностям всех распишут и обозначат принадлежность к нации в бумажках всех мастей, разве что на лбу не напишут? И все под барабанный бой о дружбе народов, под похвальбу о торжестве Ленинской национальной политики?!
Если и знал, то, изолированный от народа и ближайших соратников, уже ничего не мог поделать - борьба с болезнью отнимала последние силы.
Если и знал, то надеялся, что просвещенный свободный народ, когда потребуется, сам найдет верный путь. Ведь для правильного понимания национальной политики нашего недавно почившего ЦК, вполне было достаточно знания Ленинских слов: "Закрепить национализм в известной ...сфере, ...разгородить крепко и прочно все нации между собой посредством особого государственного учреждения - вот идейная основа и содержание культурно-национальной автономии. Эта мысль насквозь буржуазная и насквозь ложная".
Куда вели нас, расписанных по национальностям, "ленинские" ЦК и Правительство, препятствуя ассимилированию провозглашением лозунга расцвета наций и их самоопределения, видно сейчас многим. Но и это тоже можно было предвидеть, зная слова Ленина о том, что "...ассимилирование наций ...составляет один из величайших двигателей, превращающих капитализм в социализм".
Но социализма они, как видно, боялись и строить не собирались. А отрабатывали технологию дробления народа - используя, видимо, циркуль и линейку для определения национальной принадлежности записывали русских людей в казахи (60% их в настоящее время не знают казахского языка и считают родным русский). Также из-за разреза глаз записывали русских людей в нивхи, хотя те, спросите их, уже во втором поколении не знают языка нивхского.
Будь воля наших интернационалистов, они бы и великого русского поэта Александра Сергеевича Пушкина записали эфиопом, Багратиона - грузином, Фонвизина - немцем фон Визиным.
Страх, что все станут людьми русскими и тогда невозможно будет забить клин между ними, посеять рознь и удержать власть в своих руках, заставлял их метить людей национальным тавром, закрывать глаза на проявление антирусских настроений в Прибалтике, кое-как гасить вспышки национализма на Кавказе. В этом они пользовались широкой поддержкой так называемой национальной интеллигенции, разглагольствующей о сохранении культуры народов, языков и обычаев и мешающей своему народу стать русским.
Союз братских народов, как и следовало бы ожидать, распался. И повинны в этом не только те, кто ставил точку в Беловежской Пуще. В этом повинны и радетели о равенстве наций, умилявшиеся тогда еще мирным существованием братских национальных республик и автономных областей. В этом повинны и те, кто и сейчас препятствует ассимилированию наций, носясь и размахивая лозунгами интернационализма и правом наций на самоопределение в отдельно взятой стране.
Недавно "Сахалинский нефтяник" коснулся сегодняшних национальных проблем и напомнил о бывшем директоре Охинского торга немце Урбахе. В связи с этим вспомнилось рассказанное о его сыне (рассказал Терехин Александр Яковлевич, многие годы возглавлявший профсоюзную организацию Нефтепроводного управления, Царствие ему Небесное).
"Урбах, кто ты по национальности?" - спросила преподаватель техникума, привычно заполняя анкеты студентов.
"Русский"- был ответ.
"Да какой ты, Валька, русский? Пишись - немец" - предложили по простоте душевной его сокурсники.
"Но у меня мама русская и братья, и сестры записаны русскими" - пытался стоять на своем парень.
"Да брось ты, сейчас у нас с немцами мир-дружба" - отмахнулись молодые интернационалисты, отказав ему записаться русским.
Валентин Урбах опустил голову и сел за парту...
В начале войны с Германией его друзья отправлялись на фронт и ждали в порту Москальво посадки на пароход. Мимо них провели на арестантскую баржу их товарища. Видно не смог найти русский парень ответа на прямой вопрос дотошного следователя: "А почему ты предпочел немецкую нацию русской? Ведь у тебя мать русская, и братья и сестры записаны русскими!" Страшный вопрос в годы недавней войны!
Так полсотни лет назад в жертву интернационализму была принесена жизнь человека. А ведь до сих пор многие русские живут записанными татарами и корейцами, евреями и башкирами, украинцами и нивхами. Расписаны в десятки национальностей! Какая возможность для националистов при нынешнем тяжелом экономическом положении стравить всех между собой! И в некоторых районах уже получилось - там за искажение заветов Ленина расплачиваются жизнью ни в чем не повинных. Будем и мы платить, если на вопрос: "Кто Вы?" не ответим все: "Мы - люди русские!"
г. Оха, 1995 г.