Однажды довелось спускаться вместе по канатной дороге с горы Эльбрус с компанией восходителей. Красные лица и глаза, страшно обветренные носы и бесконечная усталость в глазах говорили красноречивее надетого на них снаряжения, откуда они идут. Я спросил, как там? Один парень показал мне поднятые вверх большие пальцы. Ехать с Эльбруса долго, через три станции, всего минут сорок. И по пути мы с ними познакомились и разговорились. Парень, что показывал мне пальцы, его звали Николаем, позвал меня с ними в кафе внизу, отмечать восхождение. Я был здесь один, уезжать мне домой только утром, впереди свободный вечер. И я пошел с ними. Мы засиделись допоздна, и когда остальные ребята уже отправились спать, Николай, отвечая на мой традиционный вопрос о встрече с Черным Альпинистом, рассказал свою историю. Я собрал уже много свидетельств таких встреч, еще больше хранилось в вырезках из воспоминаний тех, с кем я сам никогда не встречался. Гидов, ученых, занимавшихся исследованиями в горах, писателей и просто случайных здесь людей. Но такой истории слышать еще не доводилось. И вот мои записи, сделанные однажды ночью в Приэльбрусье в гостиничном номере, по мотивам и под впечатлением от рассказа Николая.
***
Это случилось прошлым летом. Мы приехали в Кабардино-Балкарию, чтобы взойти на Эльбрус. Моя давняя мечта, наконец ставшая реальностью. Увидеть Приэльбрусье, Чегет, то самое кафе “Ай”. Зелёные леса и белый снег. Пройти те испытания, о которых я прочитал в стольких блогах и столько раз представлял себе. Идти по снегу и льду на вершину горы, а сзади чтоб занимался рассвет. Увидеть те самые виды, что открываются оттуда. Они стоят у меня на заставках и на рабочем компе и на домашнем. Помню, какое хорошее у меня тогда было настроение, ничто не могло его испортить. Нас было трое, я и мои давние коллеги по работе и друзья, Андрей и Ильдар. Бессменные спутники во многих путешествиях и приключениях за последние годы. Мы вместе ходили по льду Байкала и смотрели на северное сияние с берега Баренцева моря. Товарищи по интересам. Но на Эльбрус в тот раз они приехали только со мной и ради меня, особенно Ильдар. И не разделяли моих восторгов ни видами, ни предстоящими испытаниями.
И трудностей нам тогда выпало сверх всякой меры, конечно.
Организацией всего этого путешествия занимался я, много штудировал материалов, отчетов. Ребят по мере организации вводил в курс дела. Нам нужен был гид, кто поведет нас на гору и вот тут я совершил первую большую ошибку. Хотел сэкономить. Не стал обращаться в фирмы, организующие восхождение и бронировать места в группах. А договорился с местным парнем, которого нашел в соцсетях. Там было указано, что он опытный гид, была куча фотографий с вершины с разными людьми и было понятно, что он занимается этим профессионально. Он прислал мне программу, что нам нужно будет делать, как готовится, что иметь при себе. Здесь, уже на месте, мы с ним встретились и должны были жить в Приэльбрусье три дня, проходить акклиматизацию. Выходя ежедневно в горы все выше и выше. А на четвертый, в ночь идти с ним на вершину Эльбруса. Парень оказался действительно опытным и сильным гидом. И лицензия у него была, он работал в одной из официальных фирм, водил на гору группы. Напрямую он брал с нас совсем небольшие деньги, просто подрабатывая в свой выходной. Но накануне восхождения он извинился, сказал, что умер родственник и ему нужно завтра ехать на похороны.
Вот так. Я был сполна вознагражден за скупость. Мы втроем, в арендованных одежде и снаряжении, проходив три акклиматизационных дня по горам, остались без гида. На послезавтра у нас билеты на самолет, нужно улетать домой, а по времени уже пора идти высыпаться перед выходом. И вот тут я совершил вторую, еще большую ошибку. После нескольких попыток нанять гида и поняв, что никого свободного на завтра нет, даже за большие деньги, я решил обойтись без гида. Мы три дня провели на этой горе, от самой верхней станции канатной дороги, к вершинам вела широкая протоптанная в снегу дорога. По которой то и дело кто-то поднимался. Ежедневно уходило и возвращалось несколько групп с гидами. То и дело проезжали снегоходы и ратраки, поднимая повыше простых туристов. А еще было немало одиночек и самоорганизованных компаний, для которых, было видно, Эльбрус был чем-то вроде прогулки. Гора не казалась опасной. Я подумал, что мы сможем подняться сами, ориентируясь на других восходителей.
Ребята идею поддержали и мы отправились спать.
***
Когда мы вышли из “бочек” глубокой ночью, было совершенно ясно, в небе светили звёзды. Мы вышли не первыми, впереди уже была одна группа. Свет их фонариков, освещающих белый снег был виден очень хорошо. Они были совсем рядом, успели отойти всего метров на триста. Мы отправились следом, скрипя снегом в совершеннейшей тишине и выдыхая клубы пара в морозный воздух. Поначалу поход был несложным, мы понемногу догнали вторую группу и держались позади на пару десятков метров.
Насколько мы успели подняться до того, как все началось, я точно не знаю. Я посматривал на альтиметр пару раз вначале, но закатывать рукав было неудобно и холодно, приходилось останавливаться и останавливать ребят, и я перестал на него смотреть. Уже занималась заря, когда небо вдруг затянуло тучами. Скоро темнота вокруг посерела начал сгущаться туман. Настроение тогда уже сильно испортилось, я понимал, что поднявшись, мы уже не увидим тех видов, о которых я мечтал. У ребят такого настроя как у меня не было и сразу, так что шли мы молча. Я не пытался с ними заговаривать, боясь, что сразу же услышу о том, что нам лучше спускаться. Мне тоже казалось, что нужно спускаться, какой-то сверчок настойчиво стучал и стучал в голове. Но я долго не хотел к нему прислушиваться, упорно продолжая идти вверх. В какой-то момент я понял, что уже не вижу группу впереди, туман сгустился. Я остановился. Тяжесть ответственности перед друзьями заставила меня поставить подавить свои желания и спросить их, что они думают о сложившейся ситуации. Но не успели мы начать говорить, как из тумана вышла вперёд идущая группа. Они спешно спускались. Впереди шел гид, здоровенный дядька с рыжей бородой. Проходя мимо и, наверное видя наше замешательство, он довольно бесцеремонно и громко заявил нам, чтобы мы даже не думали продолжать подниматься. Погода испортилась безнадежно, нужно срочно уходить. Ребята, шедшие за ним, выражали разные эмоции. Кое-кто бурчал, что могли бы и дойти, кое-кто наоборот, переживал, успеют ли они благополучно спустится. Мы не совещались с Андреем и Ильдаром, мы даже и не говорили толком. Все и так было понятно. Не сговариваясь, мы пропустили всю группу и последовали за ними. Сначала спускаться было легко, мы шли быстро. Скоро группа с гидом снова пропала в тумане, они шли быстрее, а туман становился все гуще. Мы поднажали, пытаясь их догнать, но не смогли. Широкая утоптанная дорога в снегу уходила вперёд на несколько метров и терялась в тумане. Мы давно потушили фонарики, стало совсем светло. Казалось, ничего страшного не случится, мы просто дойдем по ней обратно до “бочек”. Но очень скоро поднялся ураганный ветер и сначала видимость сократилась буквально до метра, а потом замело дорогу.
Мы оказались в критической ситуации и уже не знали, куда нам идти. Ледяной ветер, казалось, продувал насквозь, несмотря на теплую одежду, очки постоянно залеплял снег. Было от чего прийти в отчаяние. Вся эта кутерьма длилась недолго, мы продолжали идти туда, куда, как нам казалось, должна была вести тропа, уже не держась друг за другом. Андрей был слева от меня, Ильдар справа. И вот в какой-то момент я увидел краем глаза, что справа никого нет. Остановившись и оглядевшись, насколько было возможно в этом буране, я не увидел ничего, кроме летящих хлопьев снега. Андрей хлопнул меня сзади по спине, давая понять, что он тут и все видит. Мы пошли обратно, вглядываясь в метель. Каким то чудом я уловил движение в стороне от тропы, там мелькнуло что-то темное. Схватив Андрея за рукав, а рванул в ту сторону и действительно увидел Ильдара. Он шел, закрывая глаза локтем куда-то вбок. Когда мы догнали его я понял, что теперь уж точно не имею понятия в какую сторону идти. Оставаться же на месте мы не могли, не рискуя замёрзнуть в ближайшее время.
Мы двинулись и просто шли на спуск, уже не заботясь, куда он нас выведет. Вокруг горы полно глухих ущелий, оказавшись в которых можно заблудиться или попасть под лавину, но нужно было как можно скорее спустится с этой высоты и выйти из этой метели. Мы даже не успели далеко пройти, как уклон вдруг стал слишком крутым. Ощущение было, как будто земля вдруг ушла из-под ног. Первым упал Андрей и пытаясь вцепиться, сбил меня с ног. Я рефлекторно схватился за Ильдара и потащил его за собой. Мы проехали несколько метров вниз по снегу и остановились на самом краю скальных обрывов. Я увидел маленький выступ, торчащий прямо рядом со мной и изо всех сил вцепился в него обеими руками. Как оказалось вовремя, в этот момент Ильдар, пытаясь встать на ноги, соскользнул в обрыв. Андрей успел среагировать и схватить его за руку, но стал падать вместе с ним. Я, отпустив левую руку, успел схватить его за куртку, а он свободной рукой за мою руку. Рывок был страшным, у меня рукав затрещал под мышкой, видимо куртка лопнула по шву, но я чудом выдержал. Я лежал на животе, держась правой рукой за скальный выступ. Андрей, держа меня за рукав, до пояса провалился в обрыв, Ильдара я не видел, но он висел на Андрее, держась за его руку. Сколько я так выдержу я не знал, но чувствовал, что недолго. Рука занемела, я все держал и держал, стиснув зубы. Никто из нас не мог ни выбраться, ни даже поменять положения, мы висели, пока у меня хватало сил держать. И вот когда я почти перестал чувствовать и левую руку, держащую за куртку Андрея и правую, держащую нас всех за скальный выступ и ожидая, что вот-вот разожмутся пальцы, из серого вихря вдруг стремительно вышла черная фигура. Парень, как мне показалось, в черной одежде и черном же капюшоне, под которым не было видно ничего. Он, с какой-то нечеловеческой силой взял меня за руку и легко вытащил нас всех троих. Мы не успели опомниться, как он махнув нам призывно рукой, и так и не произнеся ни одного слова, двинулся наперерез склону. Мы последовали за ним. Буран как будто немного затих, мы отчётливо видели парня в черной одежде, хоть он и оторвался от нас метров на десять. Шли мы так недолго, когда вдруг вместо парня, совсем близко, я увидел впереди огни и контуры “бочек”. Его же и след простыл.
Кто это был, думаю, представлять не надо. Почему он пришел и спас нас, я не знаю. Мы все втроём видели одно и то же. Он весь в черном, даже руки, как будто в черных тонких кожаных перчатках. А под капюшоном не видно лица. Только одна чернота. Друзья с тех пор больше никогда не приезжали в горы. А у меня это уже третье восхождение на Эльбрус. Я так думаю - чему быть, того не миновать. А горы так прочно вошли в мою жизнь, что я не представляю себя дальше без них. Через пару лет рассчитываю сдать все нормативы на инструктора и переехать сюда совсем…