На рубеже веков благодаря условиям, упомянутым в моей статье "Истоки модернизма и современного искусства", искусство начало определять свою ценность по своим собственным правилам. Это ознаменовало начало процессов, которые сформировали искусствонаших дней. Большое влияние на западное искусство оказало изобретение фотографии и открытие японского и африканского искусства. Для живописи одним из важнейших моментов в этом влиянии было смещение внимания от копирования реальных объектов к использованию выразительных средств живописи самих по себе в качестве творческих инструментов. Великий педагог Артур Уэсли Доу учил, что вместо того, чтобы копировать природу, художники должны создавать искусство с помощью таких элементов, как линия, масса и цвет. Из этого подхода в начале XX века вышло огромное разнообразие различных художественных движений от экспрессионизма, изображающего объекты искаженным образом, до супрематизма, использующего чистые геометрические формы. Импрессионизм, авангард и модерн сосуществовали рядом в одно и то же время. Как результат исследования пределов искусства появились фовизм, кубизм, футуризм, абстракционизм, супрематизм, экспрессионизм, сюрреализм. Это было похоже на открытиеящика Пандоры; никто не мог предсказать во что это выльется, когда линия, масса и цвет в сочетании со свободой творчества развернутся во всей полноте своего потенциала. Однако ключевому открытию еще предстояло случиться.
Каждый художник пытался найти свой уникальный подход в поисках совершенно нового искусства, новой эстетики. Но самый решительный шаг сделал дадаизм, художественное движение европейского авангарда.
Движение Дада, возникшее как реакция на Первую мировую войну, состояло из художников, отвергавших логику, разум и эстетизм современного капиталистического общества, вместо этого выражая в своем творчестве абсурд, иррациональность и антибуржуазный протест. Один из художников дадаизма, Марсель Дюшан, ввёл термин «антиискусство» для обозначения произведений, которые бросают вызов общепринятым определениям искусства. Он критиковал работы других художников как чисто эстетические, призванные только радовать глаз. Вместо этого он хотел, чтобы искусство служило разуму.
Сам Марсель Дюшан изобрел совершенно новый вид арт-объекта – реди-мейд. Реди-мейд объекты представляли собой обычные предметы из повседневной жизни, которые Дюшан отбирал и представлял как искусство. Самым известным среди реди-мейдов Дюшана является «Фонтан» - писсуар, подписанный псевдонимом «Р. Матт». Он говорил: «Моя идея заключалась в том, чтобы выбрать объект, который не привлекал бы меня ни своей красотой, ни своим уродством. Видите ли, чтобы найти точку безразличия в моем взгляде на него». Идея реди-мейд заключалась в том, чтобы поставить под сомнение саму концепцию искусства. Дюшан не искал новой эстетики для нового искусства. Он просто исключил эстетику. Он исключил также и творческий акт художника, чтобы превратить искусство в «антиискусство».
Марсель Дюшан совершил поворот от вопроса формы к вопросу о функции. Это изменило саму природу искусства. По мнению Дюшана, художник должен сосредоточиться на определении искусства в целом, а не на поиске новых форм. Смещение акцента с внешнего вида на концепцию положило начало концептуальному искусству и современному искусству. Дадаизм и особенно творчество Дюшана — это не только отправная точка концептуального искусства, но и прелюдия к постмодернизму.
Идея Дюшана о том, что творческий акт совершается не только художником, но и зрителем, который его читает и интерпретирует, является сейчас основой концептуального искусства. По большому счету, всё искусство после Дюшана можно считать «концептуальным», если ценность вклада каждого художника измерять тем, что нового он добавил к уже существующей концепции искусства.
По иронии судьбы, эстетика не была полностью изгнана из искусства. Дюшан однажды сказал: «Когда я открыл для себя реди-мейды, я стремился препятствовать эстетике. В Неодада они взяли мои реди-мейды и нашли в них эстетическую красоту. Я швырнул им в лицо подставку для бутылок и писсуар как вызов а они теперь восхищаются их эстетической красотой».
Дело в том, что эстетика функционирует как философия искусства, это критическое размышление об искусстве и культуре. Это способ самоосознавания искусства. Поэтому если мы, следуя Дюшану, ориентируемся на определение искусства в целом, мы неизбежно вступаем в область эстетического.
Подводя итог, следует отметить, что антиискусство не уничтожило искусство, как можно было бы ожидать. Оно просто изменило перспективу и стало одним из творческих инструментов художника.