Роман ирландского писателя, драматурга и поэта Джеймса Джойса «Улисс», впервые выпущенный в 1922 году, по праву считается одной из самых выдающихся и в то же время спорных книг XX века. Это грандиозное экспериментальное полотно, построенное на потоке сознания героев, отсылках к «Одиссее» Гомера, мучительно точной фиксации мелочей быта и вычурных словесных изысках, поразило читающую публику своей революционной для того времени формой и сложностью.
Местами текст практически терял читаемость, поэтому некоторые критики тогда обвиняли Джойса в чистом формализме и претенциозности. Но сейчас многие уверенно называют «Улисса» гениальным произведением, а весь ХХ век ставят под вопрос. Давайте разберемся в ключевых аргументах сторон.
Сторонники уникальности «Улисса» прежде всего говорят о том, что Джойс отточил приём потока сознания и довел его до совершенства. Вводя читателя прямо в мыслительные процессы персонажей, автор достиг невероятной психологической глубины повествования. Хаотичный внутренний монолог гораздо точнее отражает реальность нашего восприятия, чем линейный сюжет. В этом и есть новаторство Джойса – он пишет «не о поступках человека, а о самой его сущности», по выражению Хемингуэя.
Кроме того, роман искусно моделирует многообразие языковых стилей – от изысканно поэтических до сниженно-просторечных. Философские обобщения перемежаются с бытовой мелочностью. И это оправданно выдает в человеке «высшее» и «низшее» начало одновременно.
Оппоненты же считают книгу чересчур экспериментальной и лишённой подлинных человеческих переживаний. Вся канва событий лишь повод для словесной эквилибристики и нарочитой многослойности текста, которая теряет неискушенного читателя.
Действительно, без постоянных ссылок и комментариев многие пассажи книги совершенно недоступны восприятию. Джойс как будто поставил целью создать такой роман, который требует не чтения, а научной интерпретации и расшифровки. Полноценное эстетическое наслаждение оно точно не доставляет.
Так что споры вокруг «Улисса» далеко не закончены. И каждая из сторон имеет убедительные аргументы. Возможно, консенсус состоит в том, что уникальность этого романа явно перевешивает его несомненную чрезмерную сложность и претенциозность. В любом случае, Джойс явно расширил горизонты литературы и заставил будущие поколения писателей и читателей искать новые смыслы и формы в искусстве слова.