Найти в Дзене

Ведущий научный сотрудник Института истории НАН Беларуси Александра Кузнецова-Тимонова в репортаже БЕЛТА: “Как подпольщики во главе с Заслон

27 февраля 2024 г. В декабре 1941 года в паровозное депо в Орше устроился молодой мужчина. Родом он был из семьи раскулаченных крестьян, поэтому оккупанты решили, что такой человек биться за советскую власть не будет. Прошло несколько месяцев, прежде чем немцы поняли, как ошиблись.
Орша — крупнейший железнодорожный узел. 23 июня город начали бомбить. Железнодорожники работали круглосуточною. В первые две недели войны депо Константина Заслонова смогло подготовить 150 паровозов резервного состава.
Константин попал в Москву, работал в депо им. Ильича. Но мужчина не хотел оставаться в тылу и обратился к наркому путей сообщения Лазарю Кагановичу с просьбой вернуть его на оккупированную территорию. Таких, как Константин, было достаточно. — Он от начала до конца был “автором” диверсионного отряда по дезорганизации паровозного движения в тылу врага. Пришел с этим предложением, ему дали добро, он собрал отряд. Осенью 1941 года они вышли в тыл врага. Из пятидесяти человек до Орши дошли шестеро,

27 февраля 2024 г.

В декабре 1941 года в паровозное депо в Орше устроился молодой мужчина. Родом он был из семьи раскулаченных крестьян, поэтому оккупанты решили, что такой человек биться за советскую власть не будет. Прошло несколько месяцев, прежде чем немцы поняли, как ошиблись.
Орша — крупнейший железнодорожный узел. 23 июня город начали бомбить. Железнодорожники работали круглосуточною. В первые две недели войны депо Константина Заслонова смогло подготовить 150 паровозов резервного состава.
Константин попал в Москву, работал в депо им. Ильича. Но мужчина не хотел оставаться в тылу и обратился к наркому путей сообщения Лазарю Кагановичу с просьбой вернуть его на оккупированную территорию. Таких, как Константин, было достаточно.

— Он от начала до конца был “автором” диверсионного отряда по дезорганизации паровозного движения в тылу врага. Пришел с этим предложением, ему дали добро, он собрал отряд. Осенью 1941 года они вышли в тыл врага. Из пятидесяти человек до Орши дошли шестеро, — добавила ведущий научный сотрудник Института истории НАН Беларуси Александра Кузнецова-Тимонова.

А дальше работа у немцев. Оккупантам нужны были опытные железнодорожники.

— Биография у Заслонова была подходящая для легенды противника советской власти: сын раскулаченного крестьянина, и за то, что отказался отречься от отца, его исключили из комсомола. Он вполне смог “залегендировать”, если так можно сказать, плохое отношение к советской власти, — считает Александра Кузнецова-Тимонова. — Был принят на работу начальником русских паровозных бригад. А его соратники, которые дошли до Орши, соответственно, стали машинистами и начальниками водоснабжения депо.

Мины они маскировали под куски угля: взрывчатку обматывали мокрой тряпкой и посыпали угольной крошкой.

— Сначала такие мины изготавливали из взрывчатки, которую принесли с собой из-за линии фронта. Потом, когда она закончилась, на свой страх и риск начали выплавлять из снарядов, которые находили на местах недавних боев. Много этих снарядов лежало. Их собирали, хранили, разбирали. Это, конечно, было смертельно опасно.

Подпольщики взрывчатку называли “тещины подарочки”. Их бросали в общую угольную кучу. Предсказать, когда мина попадет в топку, было невозможно. Были и отчаянные железнодорожники, подбрасывавшие эти “подарочки” в топки паровозов, которые сами же и вели.

— Акцент ставили не на подрыв какого-то одного состава, а на возможность организации системного уничтожения подвижного состава, причем как можно дальше от места назначения. Для этого использовали новые на тот момент технологии. Взрывчатку подкладывали непосредственно в топку паровоза, чтобы он взорвался не в депо, а во время движения. Так весь эшелон шел под откос.
-2

Точно известно о 170 диверсиях, 93 паровоза уничтожили за три месяца. Однако данные об общем количестве диверсий группы Заслонова разнятся.

— Огромный результат. Это происходило как раз во время битвы под Москвой. Орша была основным перевалочным пунктом, через который проходили эшелоны с живым составом и оружием. Заслоновцы внесли огромный вклад в поражение нацистов под Москвой, — объяснила Александра Кузнецова-Тимонова.

Подпольщики умело маскировались. Они были в хороших отношениях с охранной службой и с фельдфебелем. Но регулярные диверсии заставили гитлеровцев усомниться в верности Заслонова.

— Первый раз его арестовали 23 февраля 1942 года, то есть достаточно долго он мог выходить из-под подозрений, — считает Александра Кузнецова-Тимонова. — По наводке подпольщиков советская авиация провела так называемую праздничную бомбежку. 23 февраля — День советской армии. И в этот день достаточно серьезно было повреждено и депо, и вокзал. Тогда Заслонова впервые арестовали, достаточно жестко допрашивали, подозревая в том, что он был наводчиком для советской авиации. Но он был на хорошем счету и имел алиби: со своим соседом, немецким фельдфебелем, во время бомбежки играл в шахматы. Они вместе прятались в бомбоубежище.

Формально предъявить Заслонову было нечего. Специалистов не хватало и его пришлось отпустить. Но для Константина задержание стало сигналом: пора уходить!

-3

Источник: БелТА | Новости Беларуси