У Виктории была родная тётя Любовь, чьё имя говорило само за себя: она любила всех своих детей и племянников, считая их родными. С начала войны Телюбочка, как ласково называла тётю Виктория, уехала в Харьковскую область к сестре, чтобы получать пенсию, которую украинское правительство отказалось выплачивать жителям Донецка. Телюбочка несколько месяцев откладывала деньги, а затем автобусом, через Днепропетровск, ездила в Донецк, чтобы помочь своим детям. В очередную поездку она снова отправилась в Донецк через Днепр. Виктория, как всегда, приехала на автовокзал, чтобы увидеться с ней и посадить на автобус.
Тётя была очень уставшая, и хотя всегда была оптимисткой, на этот раз она сказала Виктории: "Я так молю Бога, чтобы умереть дома, в Донецке. Главное, успеть доехать..." Виктория пыталась подбодрить тётю, говоря, что ещё не время уходить, нужно жить. Но та смотрела на неё полными слёз глазами, словно прощаясь.
Посадив Телюбочку на автобус, Вика отправилась в свой салон, не переставая звонить тёте в пути. Тот день выдался тяжёлым: блок-посты, жара, переживания, а таблетки, как назло, закончились в дороге. Тётя Люба приехала домой, где её встретили все родные. Вечером, после семейной встречи, все разошлись, соблюдая комендантский час.
Той же ночью, когда Виктория и Сергей уже спали, раздался звонок. В трубке был голос отца: "Вика, умерла тётя Люба... Держись... Умерла быстро от кровоизлияния в мозг, тромб оторвался..." Виктории показалось, что это сон. Она отказывалась верить в произошедшее, не могла принять мысль о смерти Телюбочки. "Это не правда! Моя Телюбочка жива!" - кричала она в истерике. Но муж её успокоил, а после сказал: "Собирай вещи, мы едем в Донецк на похороны твоей тёти…"
Рано утром Виктория и Сергей, купив продукты для поминок, отправились в путь. Они подъехали к украинскому блок-посту перед его закрытием. Сергей просил пропустить их, так как они ехали на похороны, но человек в военной форме сказал: "Если дастэ на горилку, проедете..." Викторию захлестнули слёзы. Она готова была выйти из машины и своими руками задушить эту тварь в форме! Сергей держал себя в руках. Он протянул 50 гривен, чтобы отдать этому недочеловеку. После этого их пропустили через блок-пост.
В Донецк они приехали поздно вечером. Всю ночь Виктория с сёстрами, дочерьми Телюбочки, сидели у гроба родного им человека. Сёстры вспоминали маму и тётю…
Таких смертей в Донецке было много. Люди умирали не только от разрывов снарядов или пуль, но и от боли в душе за родных и близких. Война коснулась всех жителей Донбасса — и тех, кто уехал, и тех, кто остался. Смерть тёти было трудно принять. Ещё до войны умерла бабушка Виктории, и это тоже было тяжело. Виктория перестала бояться смерти, она стала бесстрашной! Она ничего и никого больше не боялась! Это иногда пугало её, но страх исчез из её жизни раз и навсегда! Вика знала, что она тоже когда-то умрёт, но ещё не время. Она должна жить. Когда придёт её время, знает один Господь, и ей лишь оставалось быть готовой этому.
На похоронах тёти Виктория не проронила ни слезинки. Она разучилась плакать... Совсем...