У Матвея ДЦП. Он ходит, но пока только по ровной поверхности, надо учиться преодолевать препятствия
4-летний Матвей – большой молодец и за последний год научился проходить до одного километра по асфальту. Но только если асфальт хороший, ровный. Если же Матвей видит яму или камень, то чувствует страх. Тут же хватает маму за руку, за сумку или куртку. Такую же реакцию у него вызывают бордюры и лестницы. По снегу и лужам тоже ходит с трудом. У Матвея – ДЦП, по шкале моторных функций II уровня. Такие препятствия для него трудны, но преодолимы. Матвей старается их не бояться и осиливать.
Матвей – третий ребенок у 35-летней ростовчанки Елены Казарян. Он родился с сильной гипоксией и буквально синего цвета. Но задышал и закричал сразу. Малыша быстро, через 2 часа после рождения, отдали маме. Синюшность стала спадать, причин для беспокойства вроде как не было. Но они все-таки появились – Матвей не пополз в срок. И не пошел. Были проблемы с равновесием и моторикой. Педиатры говорили маме: «Мальчики позже развиваются». Или даже: «Вы старородящая, ребенок поздний, что вы хотели?» Как будто все мамы мира не хотят для своих детей одного и того же – здоровья. Елена тогда испытывала сильное чувство вины – за то, что не настояла на кислороде, когда ребенок только родился.
Елена выбила направление для сына в Национальный медицинский исследовательский центр детской травматологии и ортопедии имени Г.И. Турнера. Повезла Матвея в Санкт-Петербург. После большого обследования Елене озвучили диагноз – ДЦП. Услышав это слово, мама заплакала. Принять три эти буквы, за которыми стоит пожизненный диагноз, было трудно. Двое старших детей женщины вполне здоровы, почему третьему так не повезло? Долго мама не могла решиться и на оформление инвалидности. Этот статус был для Елены чем-то вроде клейма. Но финансово было нелегко, поэтому инвалидность Матвею мама оформила.
Еще у Матвея были и есть эпилептические приступы. МРТ показало поражение всех участков головного мозга. Это все следствие родовой травмы, гипоксии. Сделать что-то с этим радикально нельзя. Но можно добиться улучшения в ходьбе, бытовых навыках. Елена начала борьбу за сына. Матвей научился ходить, может пройти до одного километра. Потом, правда, устает. Мальчик долго боялся садиться на табуретку. Спинки нет, подлокотников нет, на что опираться? И этот страх Матвей тоже преодолел. Может и встать со стула, держась за опору. Но на корточках сидеть не может, не удерживает равновесие. И без опоры не поднимается. Еще, к сожалению, Матвей не говорит, но обращенную речь понимает. Может указательным пальчиком показать, что ему нужно.
Матвей с мамой, братом и сестрой живет в Ростове-на-Дону. Занимается в центре «Счастье мое». Здесь работает специалист ЛФК, который нашел к мальчику подход. Он учит его новым навыкам через задания – «принеси мяч», «кинь мяч», «поставь, обойди». И у Матвея есть новые цели – научиться ходить по неровной поверхности на расстояние до 10 метров, переступать пороги, подниматься и спускаться на 10 ступеней. Он и равновесие станет лучше удерживать, и страхи свои преодолеет. Значит, будет более свободным. И маме его станет легче.
Елена воспитывает троих детей одна. У старших другой папа, в свидетельстве рождения Матвея в графе «отец» стоит прочерк. Елена работает курьером, развозит посылки и еду. С Матвеем в это время сидит бабушка. Работа это очень тяжелая, от нее болит спина, а зарплата – 30 000 рублей в месяц. Вместе с пенсией по инвалидности, пособиями, доход семьи из четырех человек – 67 586 рублей. Стоимость курса – 220 800 рублей, сумма для Елены Казарян неподъемная. Раньше Елена сама могла оплачивать счета на реабилитацию. Но ее финансовое положение сейчас не так стабильно, умер отец, алиментов никаких нет. А продолжать реабилитацию нужно и важно. Матвею занятия даются не так чтобы легко. Он работает порой сквозь слезы, через сопротивление, но работает. И ни разу еще урок не сорвал. Такой вот парень с характером.
Давайте поможем ему справиться с ямами и камнями?