- Ой, ванильная
- Мне?
- Тебе, куда ж деваться, - в рыжей бороде тонет улыбка, в зелёных глазах плещется смех, крепкая рука с черными от намертво въевшегося мазута хватает упитанную зефирку и кладет в пухлую детскую ладонь
- Держи, Антошка!
- Я Антонина! Два рыжих хвостика обиженно качнулись, белые, как у мышонка зубки с заметной щербинкой спереди нацелились на зефир.
-:Ой, а мама? У мамы грипп, плохое настроение
- У кого, у гриппа?
- Ну какой ты, пап, непонятливый, у мамы!
- И что будем делать?
Русые брови домиком над голубыми глазами, неповторимое сочетание печального героизма с жаркой любовью к сладкому . Тяжкий вздох:
- Создавать настроение! Если у мамы оно станет хорошим, то у гриппа плохим, он уйдет, а мама поправится.
Зефирка возвращается на блюдечко. Розовый язычок облизывает пухлые пальчики.
- Умничка моя!
Шарканье ног, сдавленный кашель
- Ой, зефирка!
- Это тебе!
Уставшие глаза над шерстяным одеялом, под ним - тапочки с грустными помпонами. Слабая улыбка. Худенькая руки споро делят зефир на три почти равных части.
- Но это же тебе! От гриппа
- А одной невкусно.
Три пары глаз с наслаждением жмурятся. Большие загорелые руки обнимают кокон из одеяла и пушистую оранжевую пижамку.
Что ещё для счастья нужно? Любовь, семья и зефирка.