Бабе Кате было грустно. Совсем скоро она останется одна. Внучка Маша с мужем, наконец, купили квартиру в городе.
- Ой, бабуль, там так просторно, не то что тут, ютились в маленькой хатке. Три больших комнаты и балкон. Я так счастлива, вода в доме, печку топить не надо. Красота! – с утра до вечера щебетала девушка.
А баба Катя слушала и чуть не плакала. Ей то внучка и слова не сказала о том, чтобы взять ее с собой. Хотя она и хорохорилась перед любопытными соседками: «Да на кой он мне сдался этот город. Чего я там не видела? Звали, конечно, звали, а чего бы им не позвать, места на всех хватит», но в глубине души очень хотела уехать с ними вместе. Себе же не соврешь.
Она боялась одинокой старости, когда целыми днями одна и как манны небесной ждешь приезда родных. Бессонные ночи и одинокие вечера.
А Маша перебирала вещи.
- Вот это возьму, это нет. Да и вообще, зачем в новую жизнь старье тащить.
Баба Катя вздохнула тихонько.
- Это она про меня. Зачем я ей там. Со своими болячками и старческим ворчанием, - смахнула она слезу.
И вспомнилось ей, как она крохотную внучку из роддома забирала. Дочка то ее, Лизка, девочку там бросила. Не нужна она ей оказалась. Баба Катя до сих пор сообразить не может, когда они с мужем дочку упустили. Где она с этим Маратом познакомилась? Чем он ее взял? Но Лиза резко изменилась. Грубила, дома не ночевала. Отца довела, что слег в одночасье. Так и не встал, родимый, покинул этот свет.
Явилась она к матери года через три глубоко беременной. Тихая, тихая, ласковая. Баба Катя даже обрадовалась: «Теперь дружно вместе жить будем». Да на самом деле дочка не для этого приехала.
После того как Лиза родила, она убежала из больницы, прихватив все деньги матери, спрятанные на черный день, оставив только записку: «уезжаю к Марату, Девочка нам пока ни к чему».
Ох не просто далась бабе Кате Внучка, сколько она с ней хлебнула, только Господь знает. Не девочка, а оторва. Она и платья никогда не носила, все в брюках бегала.
-Ты ж замуж никогда не выйдешь, - говорила ей бабушка Катя, - Какому парню понравиться с себе подобной жить?
Машка только смеялась.
- Так я туда и не собираюсь. Мне и с тобой жить не плохо.
Что внучка влюбилась. Бабушка поняла сразу. Маша забросила джинсы и стала подкрашиваться и наряжаться в платья.
Славка будущий муж Маши, сразу понравился женщине, как говорится «ко двору пришелся». Немногословный, но рукастый. Работу всю сам видит, говорить не надо. Воды наносил, дрова наколол, да и так по мелочи помог по хозяйству.
Сначала молодые в городе жили, а потом к ней с разговором приехали.
- Ба можно мы у тебя поживем, пока на квартиру не накопим? А т о с этой арендой не откладывается.
Баба Катя руками всплеснула и прослезилась.
- Я только рада буду, все не одна.
Прожили они вместе без малого четыре года. Баба Катя уже и правнуках задумалась. Но маша говорила рано: «Появится свое жилье тогда и о внуках подумаем». Баба, катя речи о квартире не любила. По ней, пусть остается так как есть. Они рядом, и она счастлива, а приготовить или что помочь постирать, так ей это не в тягость было. И вот новость, они переезжают.
Голос вывел ее из размышления:
- Ба, а ты чего расселась? Я думала, что ты уже приготовила все к переезду, - забежала к ней Маша.
Баба Катя открыла рот и замерла.
-Ну что смотришь? Думала, одну тебя тут оставим? – засмеялась внучка.
- Машенька, доченька, - расплакалась баба Катя.
Маша обняла ее крепко-крепко и прижалась всем телом так, что было слышно, ка взволнованно стучит ее сердечко.
- Как ты могла подумать такое. Ведь ты для меня больше чем мать, вытирай слезы и поехали.
Баба Катя без сожаления покинула свой дом. Она была несчастлива, ее не бросили как старую ненужную вещь.