Сегодня на работу не пошёл, все влюблены, вечером театр, поэтому всю энергию потратил на болтовню. В моем возрасте это уже простительно — вспоминать и рассказывать молодой жене о своей героической молодости. А тут ещё и тема не совсем казарменная, а, даже можно сказать, эстетическая.
Служил я в перестройку. Сначала мы носили форму советскую, а после нас переодели в форму камуфляжную. Если бы вы знали, с какой радостью мы меняли нудное советское «хэ-бэ» и «пэ-ша» на американско-рембовский наряд. Наряд конечно же полевой, для крови, говна и грязи предназначенный, но нам же в нем в белый свет хотелось выйти, чтобы «козырем и гоголем», чтобы все девчонки в нашей мужественности без лишних слов мгновенно убеждались.
А вот нельзя. В увольнение, а тем более на дембель, выходить можно было только в парадной форме. В этой советской, скучной, чистой и выглаженной, самой парадной форме. И только старый прапорщик нам тогда сказал те пророческие слова, которые я вспоминаю до сих пор: «Бойтесь того