Одну женщину средних лет сильно на работе обидели, так обидели, что жить не хочется.
Кричала неуравновешенная заведующая: «Не смей мне указывать! На себя посмотри, ты же как кикимора болотная, поэтому и одна. Какой мужик на такую, как ты, клюнет? И умом не богата. Тебе молчать надо, поняла? Так и сгниешь в своем темном углу одна».
От обиды растерянность появилась, все слова растворились, камень на сердце, и горькие-горькие слезы.
Не стала женщина дожидаться конца рабочего дня, надела горестно старую куртку и пошла домой.
Как назло, на улице мелкий дождик – природа плачет. Грустно идти по грязной дороге, потому что утешить некому.
Одиноко дома, пусто и прохладно. В одном права хамка-начальница, что угол темный, в котором ни одна светлая мысль не появится.
Сейчас придет, заварит чай и постарается забыть злые слова. Можно чем-нибудь заняться, чтобы отвлечься от печальных мыслей.
Идет не по привычной дороге, а стороной – хоть какие-то впечатления.
Черемуха зацвела, и маленькие белые цветочки принесли с собой осеннюю прохладу, и не верилось, что еще на прошлой неделе стояло летнее пекло.
В чужом незнакомом дворе старый дощатый стол стоит под пышным кустом черемухи, посидеть бы на серой лавочке, но нельзя – сыро.
Идет дальше женщина, но что-то заставило оглянуться. Под столом нечто, маленькое и жалкое.
Присмотрелась, а это кошка. Не обыкновенная кошка, а какая-то ущербная – три лапки у нее. Правой задней нет.
Упадет капля дождя из щели на столе, встряхнет кошка голову и снова погружается в тягучие кошачьи думы.
«Такая же, как я, несчастная», - подумала женщина. И неожиданно, повинуясь нахлынувшей жалости, подобрала животное, домой понесла.
Тихо кошка сидела на руках – давно ничем не интересовалась. Все равно ничего хорошего не будет. Пусть несут, куда хотят.
Из подъезда вышла старушка и сказала: «Что, инвалидку подобрала? Зря подобрала, у нее, наверное, куча болезней. Пусть бы околела во дворе».
Крепче к себе прижала, дальше пошла – не ответила
Дома положила животное на старую шерстяную тряпку у порога. Послушно кошка лежала, только глаза закрыла от удовольствия, потому что тепло и сухо. Так несколько часов и лежала.
А женщина на кухне курицу сварила, заправила бульон картошкой и макаронами, отрезала кусочек мяса, остудила на подоконнике.
Кошка лежит и лежит, на запах еды не реагирует: не для нее все это. Хорошо кошка знает, что не для нее. И подходить не стоит – бесполезно. Так надо лежать и ни о чем не думать.
Вдруг появилось белое мясо рядом с мордочкой, и тихий голос сказал: «Поешь, потом нашу жизнь обсудим».
Встала кошка на три лапки. Аккуратно есть стала, ушки забавно двигались. Наелась в первый раз по-настоящему, еще бы немного, чуточку. И снова тихий голос: «Плохо может стать. Торопиться не будем».
Походила женщина по квартире, что-то искала. Вернулась – в руках старый таз, на дне мелкие кусочки газеты: «Это тебе на первое время, потом что-нибудь другое придумаем».
Взглянула кошка на таз, и показалось женщине, что она головой кивнула. Наверное, почудилось.
Беседа о жизни продолжилась: «Искупать тебя надо, не боишься? Говорят, что кошки воды боятся».
Отрегулировала душ, потекла теплая вода. Ничего, кроме детского мыла, надо потом другое купить – для животных.
Кошка удивительно тихо сидела в ванне и не сопротивлялась. Страхов уже не было – все испытала. Страшнее, как говорится, не будет.
Сохнуть нужно на старой шерстяной тряпке – порядок такой.
Цепь удивительных событий: оскорбление заставило покинуть работу и повело по незнакомым дворам.
Встретилась несчастная кошка, которая обрела новую хорошую жизнь. В этот же день забыла женщина про обиду, а кошка, которую стали звать Манькой, освоилась, осмелела, порядок усвоила.
Осторожно подошла к хозяйке, на диван попросилась.
На следующий день сходят к ветеринару, и все хорошо будет.
Найдет женщина другую работу, где хамства нет. Принц на белом коне, разумеется, не появится, но друга встретит – простого доброго мужчину.
И – кто знает? Может, нет в нашей жизни случайностей? Может, все определено? И нет худа без добра?
Кто знает? Никто не знает. Четко только одно сказать можно, что есть в жизни добро, есть! И печаль непременно уступит место стабильности, верить надо, верить!