Рыбная ловля была страстью многих известных людей. Например, Сергей Аксаков оставил для потомков свои знаменитые "Записки об уженье рыбы", которые с интересом читают и современные рыболовы. Владимир Солоухин написал целое "пособие" для любителей зимней рыбалки под названием "Григоровы острова". А Чехов Антон Павлович, едва став хозяином собственного имения в подмосковном Мелихове, запустил в пруд рыбу, часами просиживая с удочкой на берегу. Рыбалке были посвящены многие его рассказы - "Дочь Альбиона", "Налим", "На реке", "Злоумышленник" и другие. Наверное, интересно будет узнать - а какими снасти использовали рыболовы дореволюционной России, а затем Советского Союза?
Начать, пожалуй, следует с крючков. Кстати, Сергей Тимофеевич Аксаков писал, что к выбору крючка следует подходить ответственно. Он должен быть в меру закален, не докалённый непрочен и будет разгибаться, а перекаленный сломается от поклевки первой же крупной рыбы. Без всякого сомнения, ужение рыбы с помощью удочки известно давно, а рыболовные крючки археологам встречаются при раскопках славянских могильников и поселений еще Х века. Изготовлены они были кустарным способом, а в качестве материала наши предки использовали чаще всего железо, реже медь. А использовались, судя по размерам, для ловли крупной рыбы - осетра, щуки, сома. В промышленных масштабах они в то время едва ли производились, изготавливали их кузнецы или сами рыболовы. И так продолжалось много веков, учитывая, что изготовить крючок было не так сложно, плюс у каждого мастера были свои секреты.
Но, со временем в России появились целые села, которые специализировались на производстве этого, казалось бы, нехитрого, атрибута рыбной ловли. Учитывая, что товар этот был мелким, его без проблем доставляли на ярмарки. Тем более, со второй половины девятнадцатого века, когда в России начинается массовое строительство железных дорог. С их появлением все меньше становится "офеней", который пешком разносили мелочный товар но необъятной стране. Теперь его можно было оптом отправлять железнодорожным транспортом.
Одним из таких центров крючного промысла было село с названием Безводное. Название достаточно любопытное, учитывая, что расположен этот населенный пункт на правом берегу Волги в тридцати верстах от Нижнего Новгорода. Едва заканчивались полевые работы, сотни местных крестьян переключались на металлический промысел. Причем, основная часть населения занималась именно производством крючков для ловли рыбы. По данным сборника "Нижегородская губерния по исследованиям губернского земства", вышедшего в 1896 году, в зимнее время жители Безводного и соседних деревень, начиная от детей и заканчивая древними стариками, точили, ковали, скоблили, снабжая своими изделиями многие регионы России.
Производство в Безводном было налажено по примеру фабричного, существовало разделение труда. Первый рабочий занимался черновой "обдиркой" проволоки, второй доводил ее до блеска, тщательно обтачивая ее на малом круге. Третий ремесленник рубил проволоку на куски нужной длины, а четвертый еще раз обтачивал их. Затем проволоку загибали, вытачивали бородку, загибали петельку для лески. На крупных крючках такую петельку не делали, тупой конец крючка просто расплющивали молотком на наковальне. После таких процедур изделие получало окончательный вид. Оставалось только "проворонить" их в печке в смеси из машинного масла и сажи.
Сбывали свои крючки мастера разными путями. Одни предпочитали отправить их на знаменитую Макарьевскую ярмарку. Благо, проходила она совсем рядом, в Нижнем Новгороде. Там торговцы охотно скупали крючки большими партиями. Правда и цены были оптовые, значительно ниже, чем шли в розницу. Поэтому, некоторые мастера шли другим путем: на лодках сплавлялись вниз по Волге, продавая рыбакам в прибрежных городах и селах. Выходило несколько хлопотнее, но и сумма получалась гораздо крупнее, чем с оптовой продажи. Самые отчаянные доходили по Волге до Чебоксар, а это более 200 верст. Затем брали билет на теплоход и возвращались домой. Кстати, деньги на билет можно было выручить, продав в Чебоксарах лодку.
Далеко не все жители села Безводное работали самостоятельно, широко применялся и наемный труд. Мужчины за смену, которая продолжалась 12 часов, получал 60-65 копеек, женщины гораздо меньше - 35-40. Крючный промысел в Безводном успешно развивался до начала ХХ века. Постепенно, крючки, изготовленные кустарями, вытеснялись заводскими. Их производство в селе стало уже не рентабельным. А в Безводном сохранились только воспоминания о том, как крючками местных умельцев ловили рыбу по всей Волге и даже на Каспийском море.
Не менее развито этот промысел был в селе Истобинском, что в Орловском уезде Вятской губернии. Об этом упоминалось даже в "Памятной книжке Вятской губернии на 1873 год". По данным этой книжки, в селе было около полусотни мастеров. А годовой объем производства составлял 500 000 мелких крючков, столько же средних и 250 000 крупных. Как и в Безводном, основные работы шли зимой, а работа находилась для всех членов семьи. В документах сохранились даже цены на крючки. Тысяча мелких крючков оценивалась в 30 копеек, средних - 50, а крупных - 90 копеек. Сдавались они перекупщикам или же отправлялись на ярмарки через бурлаков и портовых грузчиков, уходивших из села на заработки. Основной сбыт крючков был на Ирбитской ярмарке, второй в России по обороту, после Нижегородской.
Исследователи данного промысла в Истобинском отмечали, что заработок был "очень ничтожный", многие брали деньги у скупщиков вперед, а после расчета за товар сумма на руках оказывалась скромная. Нужно было закупить проволоку, инструмент, пусть и не хитрый. проволоку закупали в местных лаках по цене 10 копеек за фунт. Самые усердные кустари принимались за работу уже с 4 часов утра и трудились, с небольшими перерывами, до 12 ночи. А выручить за такой день удавалось от 35 до 60 копеек. Постоянно приходилось напрягать зрение и вдыхать металлическую пыль, что не могло не сказаться на здоровье.
Наступал век ХХ. Если рыбаки из простого люда продолжали пользоваться крючками, произведенными кустарями, или же делали их сами, то более зажиточные рыболовы могли позволить себе импортные. В крупных городах появляются специализированные магазины для охотников и рыболовов. Безусловным лидером в этой сфере была Москва. Именно здесь находился магазин Торгового дома "С.А. Малиновский", который именовал себя как единственный в стране магазин, где продавались исключительно товары для рыбалки. Располагался он в самом центре города, на Рождественке в доме №8. Популярностью пользовались также магазины Перешивкина на Моховой, Глазунова в Столешниковом переулке.
Известен был и магазин А. А. Биткова, который находился на Большой Лубянке, 8. Магазин был спортивно-охотничий, хотя и рыболовные товары были представлены в достаточном ассортименте. Биткова с благодарностью вспоминали легендарные футболисты братья Старостины. Одному из них, Николаю, Битков уступил бутсы, которые стоили 5 руб. 70 коп. за 4-30. У юного футболиста больше не было денег, а хозяин магазина, видя отчаяние парня, сделал ему хорошую скидку.
Во всех этих магазинах подавляющее большинство товара завозилось из-за границы - Англии, Германии, Франции, США. В 1926 году Ф. Кунилов в журнале "Охотник и рыболов" писал, что наладить собственное производство в России мало кто решался. Да и специалистов не хватало. Перед Первой мировой войной Н. А. Добротин занялся изготовлением блесен. По качеству они не уступали английским, а стоили чуть дешевле. Но во время войны производство было закрыто из-за отсутствия сырья.
Одним из немногих предприятий Российской империи, где массово производились рыболовные крючки, был завод в селе Колюбакино под Москвой. В 1894 году это предприятие, ранее выпускавшее спички, выкупил промышленник Гиршман и перепрофилировал его на выпуск швейных иголок и рыболовных крючков. В конце XIX века здесь трудились около 200 рабочих, выпуская продукции на 175 000 рублей в год. Колюбакинский завод оставался лидером по производству крючков и в эпоху Советского Союза. Именно здесь производилось большинство этих необходимых для рыбаков изделий.
В СССР рыбалка была невероятно популярным видом отдыха, миллионы граждан нашей страны любили проводить время на водоемах. Соответственно, спрос на рыболовный инвентарь был высоким. Помимо Колюбакинского завода производством крючков занимались еще несколько предприятий. Например, завод имени КИМ в Кунцево, киевские предприятия "Сокол" и "Арсенал», завод "Прогресс" в Нежине. В эпоху перестройки появилось множество кооперативов, выпускавших товары для рыболовов. Цены на крючки были вполне демократичные. Например, крючки небольших размеров (от 2 до 5) стоили 1 рубль за 50 штук. Кстати, по советской классификации размер крючка определялся расстоянием от цевья до жала в миллиметрах. У крючка №2 это расстояние составляло всего 2 мм. Рыбаки называли его "заглотыш".
Поговорив о крючках, можно перейти к удилищам. В XIX столетии их изготавливали из подручных средств: гибких и прочных хлыстов. Чаще всего использовали орешник или березу. Но знаток рыбалки и охоты Л. П. Сабанеев утверждал, что "абсолютным приоритетом" является можжевельник. По его мнению, никакое другое удилище не могло сравниться с можжевеловым. Тот же Сабанеев был противником многоколенных удилищ. Более того, долгое время человека с таким удилищем считали "городским фертом", который ничего не понимает в рыбалке. Многоколенное удилище было удобно только своей компактностью, но быстро теряет свои качества: поломка одного из элементов приводит к распаду всей конструкции.
А вот мечтой советских рыбаков. начиная с середины ХХ века, были бамбуковые удочки.
Они легкие, но прочные, способные выдерживать большие нагрузки. Еще один их плюс - долговечность. Некоторые удочки служили хозяевам долгие годы. Бамбуковые хлысты можно было купить в рыболовных магазинах, цена на них зависела от длины прута. затем эти хлысты разрезали на два-три колена и соединяли с помощью медных или латунных трубок. Такую удочку было удобно перевозить в транспорте. За 2-3 рубля продавались уже готовые удочки, но многие рыбаки предпочитали изготовленные своими руками. В наше время таке удочки уже почти вытеснены "пластиком", но в арсенале некоторых рыболовов их еще можно встретить. некоторые из них даже утверждают, что бамбуковые гораздо удобнее.
Если в Советском Союзе бамбуковые удилища вошли в массовый обиход только в середине ХХ века, то в США они получили широкое применение еще в семидесятых годах XIX столетия. А пионером бамбуковой удочки называют Хайрама Льюиса Леонарда, уроженца штата Мен, большого любителя активного отдыха. Именно Леонард в 1874 году наладил массовое производство таких удилищ. Более того, он организовал почтовую доставку своих изделий по Соединенным Штатам. Высокое качество и активная реклама привели к тому, что обеспечить всех желающих рыболовов было совсем не просто. Леонард умер в 1907 году, а его удочки пользуются популярностью до наших дней. Правда, интересуют они уже больше не рыбаков, а коллекционеров.
Почему же в нашей стране так поздно появились удилища из бамбука? Связано это было, в первую очередь, с трудностью доставки его из-за рубежа. А в сороковые-пятидесятые годы бамбук начали выращивать и в Советском Союзе на Черноморском побережье Кавказа. Вскоре там появились настоящие бамбуковые рощи. Особенность бамбука в том, что его стебли прибавляют в росте по несколько десятков сантиметров в день. Поэтому, хорошее удилище можно вырастить за месяц.
Постепенно в обиход начали входить удилища, изготовленные из синтетики, вытесняя природные материалы. Сейчас в рыболовных магазинах уже практически невозможно найти бамбуковые хлысты. Сами продавцы объясняют это отсутствием спроса. Но в Интернете порой можно увидеть объявление о продаже бамбуковой удочки времен СССР. И даже находятся покупатели. Значит есть еще рыбаки, которые испытывают ностальгию по тем временам.