Взрослых не существует. Мы поголовно – мальчики и девочки. Состарившиеся, обиженные, испуганные, не простившие. Повезёт, если удастся морально дозреть хотя бы до старшего пубертата…
Муж коллеги регулярно провоцирует скандалы. То борщ недостаточно красный, то жена какая-то странная – и понеслась душа в рай. Мирные переговоры ни к чему не ведут, он только пуще распаляется. Жена тренированным жестом сворачивает полотенце и обрушивает воспитательные шлепки на упрямую спину. Муж уворачивается и убегает. Но в какой-то момент прокололся – ему явно нравится гарцевать. Шумно охая, приседая, когда над головой свистят тапки и подушки, закрываясь в комнате и там причитая, как некормленый кот.
Сначала она пила валерьянку после эдаких концертов. Винила себя за несдержанность. Предлагала развестись, ибо она мизерабль и недостойный член социума. И ещё появилась раздражающая привычка при покупке тапок оценивать не вид и качество, а увесистость. То есть всё время на стрёме, в поиске сокрушительных аргументов. Это утомляет и вызывает нездоровый цвет лица. Но муж настаивал на сохранение семьи: он готов принять муки за их общее счастье.
А потом выяснилось: в детстве, когда её взрослый 100-килограммовый мальчик был ещё маленьким и худеньким, его мутузил родной отец. Основательно так – по любому поводу и не выбирая точку приложения. Мама, т.е. свекровь, как-то не вмешивалась в мужское воспитание. Мальчик вырос, пошёл в качалку, чтобы однажды взять реванш. Но не срослось: аккурат в момент, когда юноша оброс мышцами и самоуверенность, папа отчалил к другой женщине, сохранив мурло в целости.
И паззл сложился: 40-летний мальчик так и ждёт реванша. Оттого скандалит и выискивает в борще несуществующий волос. Наверное, именно поэтому ретировались две предыдущие жены – ну его, малахольный. Женщины, видимо, никогда не рассматривали возможность стратегического использования бытовых предметов. Им вообще казалась преступной мысль, что можно устроить ата-та по попе крупному мужчине. Более того, что он этого жаждет… Чтобы однажды всё-таки убежать, показывая язык и демонически хохоча. Да-да, тот самый гештальт.
А вот с третьей супругой любовь до гроба. О разводе муж и слышать не хочет. Лишь иногда прижмётся: "Я тебя так люблю! Хоть ты меня и колотишь иногда..." А сам счастливый до младенческой безмятежности: "я искал, я нашёл".
То же самое с девочками, которые якобы ищут мужчину, похожего на папу. Даже если он был врун, болтун и хохотун и пьяница в придачу. Девочки не ищут папину копию – они просто не вырастают. Так и остаются в личном психическом подвале – пусть болезненном, но привычном.
Одна моя знакомая тоже заигралась в «найди папу». В её варианте это выглядит как «папика». Потому что родной батюшка баловал, обеспечивал, всё спускал с рук. А она считала это настоящей любовью. Никто не спорит, как и бесполезно опровергать, что история мужской любви к женщине – это совсем не то, что обожание маленькой крошки.
Но дама верит. И ищет. Ей почти полтинник, за спиной полк отвергнутых недостойных, а папы всё нет. Её притязания мужчины маркируют как «в конец охренела», а она грустит. Даже к гадалке ходила… Если не наколдует мужа, то хотя бы попробовать установить астральную связь с давно почившим родителем.
Эти взрослые дети каждый день выходят из своих чуланов и наказательных углов и идут во взрослую жизнь. Встречают нас с вами: мы-то ого-го, мы-то выросли и поумнели, некоторые даже родились сразу с мозгом на 4 Гига…
Они нам жалуются, заставляют их муштровать тапками, носить на ручках. А мы, утомясь, поднимаем очи к небу: Господи, ну за что мне это, вразуми и направь, дай ему разума, а мне покоя.
А тот наверняка улыбается: дети, чистые дети. Те шалят, а эти ябедничают. И ничего не изменится, пока стоит мир.