«Когда-то Русь стояла под Берлином, -
Теперь под Питером хамит язычник-эст…»
Я Н А Ч И Н А Ю
Я начинаю свой поход с Кавказа,
Из Грозного Прославленной Чечни,
Где возбудилась эта метастаза,
Заставив Русь подтягивать ремни.
Я Краснодар возьму единым махом
И двину орды выше на Ростов.
Падут Черкесск и Элиста на плаху,
И Астрахань я буду взять готов.
О, как взбесятся бесы-дерьмократы,
Олигофрены-олигархи задрожат.
Их не спасут заморские магнаты,
Не сберегут «народные» мандаты,-
Одна у них дорога – прямо в ад.
Падут Батайск, Азов, Ростов могучий.
Падёт улус ордынский Астрахан.
Мои войска становятся всё круче,
Ведь впереди Царицын и Казан.
На Таганрог отправлю конный корпус,
Где встречу армии союзной мне Сечи.
Пусть малоросский пан готовит торбу,-
Донбасс готов поднять за Русь мечи.
Такой поход – большой подарок Крыму, -
Он в одночасье власть в краю пленил.
Теперь открыта мне дорога к Риму.
Но мне не нужен ни Царьград, ни Нил.
Донецк, Луганск и Харьков – побратимы.
Бежал из Курска в Польшу чинодрал,
А мы великой общностью хранимы,
Берём Воронеж, коль бандит удрал.
Царицын брать мне так и не пришлося,-
Он сам Камышин и Саратов взял.
Гнал олигархов он, как волки лося,
Иначе с дерьмократами нельзя.
Восстали Пенза, Липецк и Тольятти.
Самара власть низвергла в одну ночь.
О, сколько я наслушался проклятий
От тех, кто нас желал в дерьме толочь.
Казань мне брать, конечно, не пришлося, -
Татарин больше русских любит Русь.
А в Нижнем, так уж издревле велося,
Взгремел набат, - восстал даже тунгус.
Дрожит Москва и Питерские банды.
Восстал Смоленск, и Новгород, и Тверь.
Исход не нужно спрашивать у Ванги, -
Россия в будущее приоткрыла дверь.
Иркутск, Чита, Владивосток, Хабаровск…
Остался верен власти Анадырь.
Там Абрамовича ликует право –
На теле матушки – России - гнойный чирь.
Но рано ещё праздновать победу, -
Москва призвала подлый Вашингтон.
А это равнозначно только бреду, -
Все знают Евро-Штатовский закон.
В Санкт - Петербурге высадились янки,
А с ними весь Евросоюзный сброд:
Мильён солдат и десять тысяч танков, -
Не смог сдержать напора их народ.
С Москвы бежала подлая элита
И весь продажно-сволочной бомонд…
…Тайфуном термоядерным накрыта,
Который подарил ей Вашингтон.
Лишь после этого жутчайшего кошмара
Вдруг вспыхнула Европа и весь шар, -
За что Москве такая божья кара?!
За то, что не смогла унять пожар!
Санкт - Петербург мне сдался сам без боя.
Мне присягнул и весь исламский мир.
Встречал посланников двенадцать дней я стоя,
После устроил свой последний пир.
Ушёл опять я на свои болота, -
Лучше болот бывает разве лес.
Кто я таков?! Спроси, если охота!
Отвечу так: - Ни бог я и не бес.
12.02.2006. Приозёрный.