Свершилось: Владимир Путин поговорил с Такером Карлсоном. На время этот разговор затмил собой все остальные новости. Россияне следили за каждым шагом Карлсона в Москве и забыли про внешние и внутренние проблемы. Оно и понятно — не каждый день к нам приезжает рок-звезда мировой журналистики. Такое и раньше было нечасто, а в наши времена — это вовсе уникальный случай.
Конечно, были и те, кто относился к происходящему с подчеркнутым безразличием. Дескать, тоже нам — американец приехал. Народ будто какого-то экзотического зверя увидел. Но занижать значимость поездки Такера в Россию все же не хочется, ведь на Западе она тоже вызвала живой интерес. Иначе представитель Белого дома Джон Кирби не стал бы комментировать интервью — и тем более не стал бы настойчиво советовать американцам не верить ничему сказанному там.
Оправдало ли интервью возложенные на него ожидания? И да, и нет. Скажем честно: мы с самого начала не ждали от него сенсаций. Вряд ли Владимир Путин сказал бы что-то, чего не говорил раньше. Да и разговор был предназначен для широкой американской публики, которая не очень сведуща в хитросплетениях российской действительности. Это было ясно еще из анонса Такера.
Тут наши предположения полностью подтвердились. Для столь расхайпленного события интервью оказалось уж слишком скупым на детали. В беседе Такер отбросил привычный ему журналистский напор и не особо сопротивлялся, когда Путин задавал тон беседы. Как следствие, ему не удалось вытянуть из президента новую информацию о конфликте на Украине или отношениях России и США, которая привнесла бы свежие краски в известную картину мира.
Однако это не значит, что разговор был неудачным. Да, вместо беседы на актуальные темы был обстоятельный экскурс в историю России. Да, россияне еще со времен печенегов привыкли к многочасовым историческим лекциям от президента и ничего нового не услышали. Но вот для Такера такой подход оказался в новинку — это было заметно по недоумевающей мимике журналиста, которая время от времени проскакивала в интервью. А его аудитории в США исторический экскурс даже зашел.
Речь Путина смотрелась выигрышно на фоне комичной пресс-конференции Джо Байдена, которая началась примерно в то же время, как вышло интервью. Президент США отчаянно доказывал журналистам, что у него хорошая память, но всего за 12 минут успел напортачить, перепутав президента Египта Абделя Фаттаха ас-Сиси с лидером Мексики, а демократические «синие» штаты с «зелеными». Это сильно контрастировало с тем, как Путин по памяти демонстрировал западным зрителям обширные познания в истории. Возможно, контраст сыграл на руку российскому президенту. Но это не точно.
Так или иначе, высказывания президента, кажется, задели тонкие струнки души консервативной Америки. Плохо ведь доллару из-за санкций? Плохо. Зачем США посылать солдат на Украину? Незачем. Стоит ли Штатам сперва заняться своими проблемами, вроде госдолга? Определенно, стоит. Существует ли в США «глубинное государство»? Ну, за спиной Байдена кто-то стоит. Религия важна? Важна. Илон Макс — красавчик? Красавчик.
Все эти месседжи хорошо известны любому республиканцу в США. И раз Путин считает так же, значит, он свой. Мы сами засвидетельствовали диалоги, где консерваторы писали: «Черт, а ведь Путин прав». А их оппоненты отвечали: «Если он прав, то и валите в свою Россию». Ну не успех ли?
Но это даже не самое важное, что сказал Путин. Президент показал Западу, что Москва готова на мирные переговоры. Главное, чтобы Украина отменила юридический запрет на них, а США первыми сделали шаг навстречу и сами придумали, как провернуть фарш обратно. Реакция Байдена и других западных лидеров ожидаемо оказалась негативной. Но теперь им будет труднее доказать миру, что это Москва уклоняется от диалога.
То есть интервью Владимира Путина Такеру Карлсону достигло главной цели. Президенту дали возможность донести свою точку зрения до западной публики. Путин воспользовался ею как надо: заставил себя слушать и предстал перед всеми интеллигентным и взвешенным руководителем. Картинка оказалась очень далекой от карикатурного образа «доктора зло», который западные СМИ выстраивали российскому президенту. По реакции в соцсетях можем с уверенностью сказать, что часть американской публики, включая самого Такера, тепло восприняла такого Путина.
В общем, эксперимент с Такером Карлсоном оказался удачным. В последние два года США и ЕС находились в добровольной самоизоляции от любых каналов информации из России. Запад массово забанил почти все российские СМИ и заочно заклеймил «дезинформацией» любые слова российского руководства. Теперь тщательно выстроенная стена дала трещину.
Возможно, это побудит Кремль впредь быть более открытым к общению с иностранной прессой. Если так, то у нас наконец появится надежда на разрушение информационной блокады.
____________________
Автор: журналист и политический обозреватель Виталий Рюмшин
Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.