Дима, тринадцати лет, отличник и, как раньше считалось в его небольшой школе — умница, в прошедшую пятницу шокировал весь педагогический коллектив, явившись на уроки… С дуршлагом на голове.
С самым настоящим. Металлическим. В крупную дырку и с двумя ручками по бокам.
Первым был урок математики, и преподавательница немедленно потребовала от ученика дуршлаг с головы снять. На что отличник и умница, раньше в хулиганстве никогда не замеченный, сказал свое решительное нет. И добавил:
— Религия не позволяет!
По классу пронеслось поветрие смешков. Разумеется, и дуршлаг и поветрие являлись злостным нарушением дисциплины, а потому учительница сначала попыталась справиться собственными силами, то есть стянуть с головы наглого мальчишки кухонную утварь, а, когда это не удалось, помчалась за подмогой.
Подмога в лице классной руководительницы тоже обломалась. Мальчишка сверкал глазами и утверждал, что дуршлаг на его голове — символ его религии и предмет культа, а потому он имеет право его носить. За попытку снять дуршлаг силой обещал жаловаться, сначала родителям, потом - в прокуратуру.
Призванные для изгнания беса непослушания экзорцисты в лице завуча и даже директора, потерпели неудачу.
Подросток вытащил из дневника распечатанный на цветном принтере листок, утверждавший, что листок этот — то ли сертификат, то ли свидетельство, подтверждающее: податель сего является верующим в Макаронного монстра пастафарианцем. При этом мальчишка нагло утверждал — так как пастафарианство в России признано, никто не имеет права заставлять его снять с головы символ его религии. Ибо это будет нарушением его конститу́ционных прав, ведь в стране у нас каждый имеет право на свободу вероисповедания.
Представили сцену? Представили степень возмущения преподавателей, а, заодно, наверное, осудили наглого мальчишку — это ж насколько невоспитанным надо быть, насколько совесть потерявшим, насколько распущенным, чтобы ТАКОЕ в школе учудить.
Вот в школе степень наглости тоже оценили, потому родителей вызвали и, разумеется, всеми карами, включая комиссию по делам несовершеннолетних и прокуратуру, пригрозили.
На что явившийся после работы отец напомнил — буквально недавно с детьми проводились беседы, что надо терпимее быть к представителям иных конфессий. Ну да, в школе есть мальчики, крайне негативно реагирующие на девочек с непокрытыми головами, да и вообще на девочек. Но педагогический коллектив объяснил детям, что этих учеников надо понять и принять, отнестись к ним с уважением, ведь это — менталитет, обусловленный их верой. Так почему тогда дуршлаг на голове его сына привёл господ преподавателей в такое ажиотированное состояние? Ношение его тоже оправдано!
И единственное что услышал в ответ: ну вы что, не понимаете, это же другое!
Хм, хм, хм… Ну да, другое. Потому что по сути это — протест.
Причины поступка мальчика я понимаю. Скорее всего — достали. Капитально достали. Потому что терпимость и уважение к чужим традициям, менталитету, вере, должна быть не только с одной стороны. И когда кто-то этот принцип игнорирует, требуя терпимости и уважения к себе, но отказываясь от них в отношении других, то вызывает отторжение. Думаю, это понимают многие.
Похвалил бы я его, будь это мой сын?
Сложный вопрос. С одной стороны, все эти призывы со стороны учителей… Понятно, что они «по разнарядке». И разнарядка эта поступает исключительно на, воспитание терпимости в детях наших
С другой… Много раз замечал: призывая к терпимости одних, преподаватели предпочитают не связываться с другими. Зачем им портить себе нервы и подвергать риску себя? Ведь родители «других» тоже могут «крайне остро» воспринимать женщин без платка или иноверцев, а менталитет горячий, традиции и все прочее много разрешают.
И получается, что преподаватели учат одних детей «терпеть и не отсвечивать». В то время как у других крепнет уверенность в безнаказанности.
Неправильно это. И что делать тут — непонятно. Вернее, понятно, но говорить, что понятно — низзя. Нетолерантненько.
Только вот дотолерантимся же, господа.