- мистический рассказ
— Мы просто разговаривали! — обиделась Ольга, — я что, с другими парнями уже и парой слов перекинуться не могу?
— Он тебя обнимал! — возмутился Даниил.
— Русик — мой друг! Я к нему отношусь, как к подружке, ясно? — в голосе Ольги послышался вызов.
— Зато он может считать по-другому, — сказал Даниил.
— Да пусть считает, мне-то что! — девушка отвернулась от Даниила, показывая, что разговор закончен.
— Ладно, я пошёл.
Даниил взял шлем и немного помедлив у двери, вышел. В душе он надеялся, что Ольга остановит его, они помирятся, но этого не произошло. Выйдя из дома, он посмотрел на небо — на фоне свинцовых туч так пронзительно зеленели нежные листья тополей! Сердце сжала непонятная тоска.
Он в последний раз посмотрел на знакомые окна. Нет, Ольга не провожала его, как всегда.
Тогда он надел шлем и сел на байк. В этот момент Ольга подошла к окну и увидела капли на стекле.
Она открыла окно и крикнула: «Даня»! — но её голос утонул в раскатах грома, и рёве мотора.
Даниил уехал. Больше живым она его не видела. Впрочем и м ё р т в ы м тоже. Даню проводили в последний путь в закрытом г p o б у.
Мир девушки обрушился, А ещё и мать парня обвиняла её в гuбeлu eдинствeннoгo сына.
Ольга ругала себя, что не задержала, отпустила его. Ей казалось, что жизнь кончена. Всё чаще её посещали мысли покончить с собой.
Прошёл год и она встретила Сергея. Это произошло в клубе, куда её затащили девчонки-сокурсницы, чтобы хоть немного развлечь.
Вокруг было много людей, но её одиночество бросалось в глаза. Он подошёл и заговорил. Она ответила. Это была ни страсть, ни притяжение, а именно ощущение того, что они давно знакомы. И им не захотелось расставаться. Молодые люди стали встречаться. Они просто гуляли, и им не было скучно вместе.
У Сергея была своя история — его приметила влиятельная дама сильно старше его, и сделала своим любoвникoм.
Будучи опытным манипулятором она настолько подчинила Сергея своей власти, что он был готов сделать для неё всё. Прикажи она броситься ему из окна — он бы бросился. Но внезапно её чары рухнули.
***
Казалось, что у этой истории счастливый конец, но... возрастная любoвницa не захотела отпускать от себя Сергея.
Екатерина Григорьевна была уверена, что у глупышки, которой увлёкся Сергей, против неё нет ни единого шанса. Но когда "мальчик" начал избегать встреч, она поняла, что соперница по-настоящему опасна.
Перспектива потерять его её сильно напугала. В отличие от остальных мужчин бывших у неё до этого, мальчик был искренен. Он любил со всей безудержной непосредственностью, присущей юности.
С ним впервые за много лет она чувствовала себя женщиной, которую любят не за то, что у неё солидный счёт в банке и связи на самом верху. Она помогала ему, но он и не догадывался, что, например, его карьера движется благодаря ей. Ей это ничего не стоило — руководитель компании, сделавшей Сергею приличный оффер, был её бывшим любовником.
Очередной раз она набрала номер Сергея.
— Алло, Серёжа, мы можем увидеться сегодня?
— Прости, Кати, я занят.
— А завтра?
— Завтра я обещал отцу помочь.
— Наверное, про послезавтра нет смысла спрашивать? — усмехнулась она в трубку, вспомнив про неудачницу Рыжову, навязывающую себя негодяю Самохвалову.
Но в отличие от того, Сергей молчал.
— Нам нужно увидеться, приезжай как сможешь! Это важно, некоторые вещи нельзя обсуждать по телефону, — сказала она спокойно.
— Хорошо, увидимся, Кати. Но, давай не у тебя, а где-нибудь в городе, — попросил он.
Выбора не было и она согласилась.
Идти ему не хотелось, потому что всё, что он теперь испытывал к Екатерине, или, как он называл её, "Кати", было чувство вины за то, что влюбился в другую. Но и не пойти он не мог: считал, что это недостойный мужчины поступок, рвать отношения по телефону.
Положив трубку, Екатерина Григорьевна нахмурилась. Раньше мальчик бежал по первому зову, так что не всё так просто как ей казалось. Она вызвала помощницу и дала ей деликатное поручение.
Вскоре на её стол легло собранное досье на Прокшину Ольгу Валерьевну. Открыв, она пробежала его глазами за две минуты.
— Хорошо, — сказала она, снимая очки, — а она встречалась с кем-нибудь?
— Этого я не знаю, Екатерина Григорьевна! — покачала головой помощница.
— Мне нужна эта информация! Есть социальные сети, наконец, френды... Обратись к Олегу, пусть покопается в её почте и соцсетях!
— Хорошо, — коротко сказала помощница, забирая папку с распечатанными справками и характеристиками из школы, где училась Ольга.
— И не надо это всё! Папку в шредер! Информацию мне на корпоративный ящик, хорошо? — Екатерина Григорьевна сделала знак рукой, от себя к двери, и помощница вышла.
На самом деле, всё увиденное в папке уже было проанализировано в мозгу начальницы. Всё, что можно было выжать из скупой школьной характеристики было изъято и структурировано.
Перед Екатериной Григорьевной обозначился портрет тихой хорошистки, из семьи со средним достатком. Судя по выпускному фото, девушка не была избалована. Дешевое платье, ношеные туфли. Ничего особенного.
Главное достоинство Ольги — её молодость, и Екатерина Григорьевна понимала, что это мощное оружие. К тому же она упустила важный момент — Сергей повзрослел: ему захотелось примерить на себя роли защитника и добытчика... а она упустила.
"Ничего, всё поправим, всё исправим", — прошептала она, — и нажав кнопку селектора сказала помощнице: — Вика, перенеси мою встречу с банком! На завтра, на час. А сегодня запиши меня в "Атмосферу" к Валентине. На пятнадцать часов. На массаж к Юсуфу, и спа к Галине!
Откинувшись в кресле она закрыла глаза, и посидев немного, переключилась на рабочий лад, напрочь забыв об Ольге Прокшиной.
Тем временем, девушка даже не подозревала о том, какой интерес проявляют к её скромной персоне. Она вернулась домой из института, счастливая оттого, что в её жизни появился смысл. Сегодня вечером Сергей пригласил её в гости, собрался знакомить с отцом.
Пётр Романович, отец Сергея, волновался. Он знал, что сын встречается с женщиной, и общие знакомые рассказывали ему, что она сильно старше. Он подозревал, что мальчик просто подсознательно искал мать, которая умерла, когда он и ложку держать не умел.
Отец Сергея не знал, как себя вести с великовозрастной подружкой сына и волновался, ожидая её визита. С одной стороны, он хотел увидеть эту женщину, но с другой он не мог отделаться от чувства нереальности происходящего. Он знал множество примеров, когда дама была старше кавалера, но, как правило, такие отношения имели флёр таинственности и уж точно не выставлялись напоказ.
Услышав звонок, Пётр Романович критически оглядел себя в зеркале и пошёл открывать.
Каково же было его удивление, когда вместо зрелой матроны он увидел скромную девушку, ровесницу сына!
— Боже, я так рад, — сказал он сыну, после того, как тот вернулся, проводив Ольгу, — что сплетни не подтвердились!
— Какие сплетни? — навострил уши сын.
— Говорили, что твоя подружка в матери тебе годится, я, конечно, не должен лезть в твою личную жизнь, но слышать это было неприятно, — ответил отец.
— А кто тебе сказал?
— Ну, какая теперь разница. Главное, что это неправда, — Пётр Романович обнял сына, — Ольга мне очень понравилась! Искренне рад за тебя, дружище.
Сергей не стал рассказывать отцу про Кати. Зачем расстраивать человека, тем более, что любовница осталась в прошлом.
В назначенный день Сергей направился в кафе для того, чтобы проститься с Кати. Они часто бывали здесь — она любила средиземноморскую кухню.
Он увидел её со спины и почувствовал жалость. Плечи женщины были опущены. Он подошёл, но не обнял её, как всегда, а сел за столик рядом с ней.
— Здравствуй, Кати.
— Здравствуй, Серёжа, — сказала она трагическим голосом.
— Что с тобой? что-то случилось? — спросил он.
— Да, у меня родственница умерла. Она была мне как мать... я так одинока!
Раньше он обнял бы её и пытался успокоить, но сейчас был растерян и не знал, как себя вести.
— Мне так жаль, — сказал он, — я могу помочь?
— Не бросай меня сейчас... две потери я не переживу! — всхлипнула она.
Все слова, которые он собирался сказать ей, вылетели из головы. Он молча наблюдал, как бывшая любовница льёт слёзы в свой бокал с вином.
— Кати, прошу тебя, не надо, — попросил он, — всё образуется, вот увидишь.
— Но... ты ведь не бросишь меня сейчас? Мне так необходима твоя поддержка, Серёжа... Прошу, не будь жесток, не убивай меня окончательно!
— Прости, Кати. Но... я встретил девушку...
— Слышала, твоя новая подруга любит байкеров? — зло перебила она, — но ты не байкер! У тебя и мотоцикла-то никогда не было!
Он встал и пошёл к выходу, не оглядываясь.
Слёзы у неё на глазах моментально высохли. Она жестом позвала официанта, он освежил ей бокал.
— Ты очень сильно пожалеешь об этом, мальчик, — прошептала она.
— Что простите? — не понял официант.
— Это я не вам, — она окинула его презрительным взглядом.
***
Утром следующего дня Сергея вызвал к себе начальник отдела. Постоянно откашливаясь и пряча глаза, он сообщил, что отныне компания в его услугах не нуждается. Проще говоря, он уволен. Сергея как молнией поразило.
— Юрий Леонидович, вы должны были уведомить меня заранее, — немного оправившись, сказал он.
— Я и уведомляю, — встав и заправив руки в карманы, отозвался начальник, — официальный приказ будет готов через две недели. Но, с завтрашнего дня ты можешь не выходить. Твой пропуск аннулирован. Проекты свои передашь Жанне.
Он смотрел в окно раскачиваясь на каблуках.
— Могу я узнать о причине увольнения? — прямо спросил Сергей.
— Совет директоров принял решение сократить штат... — не очень убедительно отозвался Юрий Леонидович, — прости, мне правда жаль!
Он подошёл и протянул на прощанье руку Сергею. Но тот, не пожав её, вышел, хлопнув дверью.
— Что случилось? — спросил отец, когда увидел сына, — что-то стряслось на работе?
— Меня уволили! — мрачно ответил Сергей, — и не спрашивай за что. Я не знаю.
— Ну, сейчас идёт оптимизация... многих сокращают, — сказал отец, — у нас на производстве тоже двоих уволили. Правда, прогульщики и пьяницы были ещё те... ну, не огорчайся, сынок, ты обязательно найдёшь хорошую работу!
— Ладно, пап. Спасибо, — сказал Сергей, открывая бутылку минеральной воды и наливая в стакан, — прорвёмся!
— Вот это мой сын, узнаю! — улыбнулся Пётр Романович.
Напрасно Екатерина Григорьевна ждала от Сергея звонка. Он и не вспомнил о ней. Вечером он поехал к Ольге и рассказал ей, что его уволили без объяснения причин.
— Это, не самое страшное, что может случиться! — улыбнулась ему она, — я уверена, что ты найдёшь место гораздо лучше прежнего!
В этот вечер они впервые поцеловались. Невинно, как дети. Но обоим стало так хорошо. И всё другое отступило на второй план — стало незначительным и неважным.
Молодые люди встречались каждый день. Днём Сергей занимался поиском работы, иногда проходил собеседования, а потом шёл встречать Ольгу.
Однажды они собрались пойти на выставку ретро-автомобилей. Сергей увлекался машинами, знал все марки, как наши так и зарубежные, безошибочно определял год выпуска.
Ольга готовилась выходить из дома, как вдруг звякнул телефон. Пришла смс. "Это, наверное, Сергей"! — подумала она, но высветилось сообщение с неизвестного номера.
"Не верь никому! Я жив"!
— подписи не было. Ольга села на диван и застыла. Потом, спохватившись, набрала номер, откуда пришло сообщение.
"Абонент вне зоны действия сети" — сообщил ей механический голос. Дрожащими руками она набрала сообщение:
"кто ты"?
Потом позвонил Сергей. Ольга, решив, что смс чья-то злая шутка, вышла из дома. На выставке она забыла о сообщениях.
Но вернувшись домой она снова получила смс.
"Ты забыла меня, не прошло и года",
с замиранием сердца прочла она.
"Давай встретимся",
— написала она и легла, ожидая ответа. Он пришёл под утро:
"Давай, на нашем месте, завтра вечером, в восемь. Приходи одна. Иначе ты меня не увидишь".
Ольга уснула тревожным сном. Ей снились поросшие сурепкой жёлтые поля... она сидит сзади на мотоцикле, обхватив руками водителя. Потом он оборачивается, и она кричит, потому что в шлеме отражается её собственное лицо, но только сильно состаренное...
***
Выйдя из института она увидела ожидавшего её Сергея и сердце забилось чаще. Она вспомнила про назначенную вечером встречу и подумала, что Сергею знать об этом не надо.
Иначе он пойдёт и всё испортит, и она так и не узнает, кто пишет ей сообщения. Разум говорил ей, что это вряд ли Даниил. Но вдруг... ведь г р о б был закрытым, так что... Нет, это бред, — думала она, идя навстречу Сергею.
— Привет, — он достал из-за спины букет цветов.
— Ой, — она поднесла цветы к лицу, — какие чудесные!
— Куда пойдём? — спросил он, — ты, наверное, устала? Может, пообедаем?
— Спасибо, я только что поела, но, могу посидеть с тобой, если ты голоден, — рассеяно сказала она.
— Что-то не так? — погрустнел он, приняв её рассеянность на свой счёт, — ты не рада мне? Я некстати?
— Нет, но... — она не знала, что сказать, — устала немного, завтра зачёт... в общем, давай позже встретимся?
— Точно всё в порядке? — спросил он, не спуская с неё внимательного взгляда, — всё хорошо?
— Да, да! Всё хорошо, — слишком поспешно сказала она.
— Ну, хоть проводить тебя можно?
Они шли вместе, но он чувствовал отчуждение. Ольга была молчалива и отводила взгляд.
Вот и её подъезд.
Она чмокнула его и хотела пойти, но он задержал её.
— Когда мы увидимся?
— Я не знаю! — вырвалась она и забежала в подъезд.
Сергей смотрел ей вслед, понимая, что произошло что-то недоброе. Хотел пойти следом, но передумал и сел на лавочку во дворе. Он стал набирать смс-ку Ольге.
***
За окном громыхнуло и почти одновременно тренькнул телефон. Получив смс от Сергея, Ольга подошла к окну, на котором показались первые капли дождя. Она уже видела это серое, безразличное небо... и ненавидела грозу.
Бабушки и мамы разбирали с площадки детей и через несколько секунд во дворе никого не осталось. На лавочке в одиночестве Сергей.
Она выбежала к нему, и дождь сплошной стеной обрушился на них. Ветер свирепствовал, гнул деревья и ломал ветки, Ольга что-то говорила Сергею, он что-то отвечал, но ветер и шум воды не давал им возможности расслышать друг друга. И тогда он просто поцеловал её.
Инженер Крюков любил наблюдать стихию — особенно из безопасного места, каким считал свою уютную квартиру на третьем этаже. Любуясь из окна грозой, он вдруг заметил нечто странное на улице.
— Вера! — Крикнул он жене, — Вера! Иди сюда скорее!
— Что? — раздался недовольный голос жены, шёл её любимый сериал.
— Да оторвись ты от ящика, тут на улице такое! — не унимался муж.
Она встала и с недовольным лицом подошла к окну.
— Ну. Гроза как гроза...
— Смотри на площадке! Сосутся! — брызжа слюной, показывал пальцем инженер, — полюбуйся.. стыд потеряли!
— Не завидуй, — назидательно сказала супруга и уплыла обратно, наблюдать перипетии нелёгкой жизни красавицы Жади.
— Чему завидовать-то? Ща молния их шарахнет! — настраивая бинокль на парочку, прошептал Крюков, — премию Дарвина получат, голубки, за самую нелепую смерть!
— Пошли скорее отсюда, а то вдруг молнией прибьёт! — словно услышав слова инженера, Ольга взяла за руку Сергея и они побежали в подъезд.
Разочарованный Крюков отложил бинокль, и пошел в гостиную. Подсев к супруге, вздохнул, положив голову на её сдобное плечо, а руку на колено.
***
Дома у Ольги Сергей оказался впервые. Думал, что там будут родители, и стеснялся.
— Родители на даче, — сказала Ольга, — снимай, скорее, рубашку и джинсы — простудишься!
Дождь закончился так же быстро, как и начался. Ольга посмотрела на часы, и нахмурилась. Приближался назначенный час встречи с отправителем смс.
И она решила рассказать Сергею правду.
Слушая, он ревновал. Понимал, что глупо, но всё же... Ольга любила Даниила, это очевидно. А он кто в её жизни? Прохожий...
Но случившийся поцелуй... неужели это была игра? Год прошёл, и он, Сергей, вправе рассчитывать... или нет?
— Ну, и что ты обо всём этом думаешь? — вывела его из невесёлых раздумий Ольга, держа вешалку с его рубашкой в руках.
— Я не знаю. Но, я думаю, что если бы он... Даниил был жив, он нашёл бы способ связаться с тобой раньше.. я бы не смог ждать год!
Она отвернулась и прошептала:
— Всё верно. Просто... иногда так хочется верить в чудо!
— Ты... ты всё ещё любишь его? — склонив голову, спросил Сергей.
— Да. Я никогда не смогу разлюбить его. И никогда не прощу себя, что отпустила его тогда.
— Ясно, — Сергей потянулся за рубашкой, которую она только что повесила, — мне, наверное, нужно уйти... Но, пообещай мне одну вещь.
— Куда уйти? Да ты мокрый насквозь! — она убрала от него рубашку и кивнула на брюки — и штаны снимай! Высушим, после пойдёшь!
— Я так не могу, — сказал он.
— Что значит не могу? — она подошла к нему и посмотрела в его глаза, — что не так?
— Я... я не друг тебе, — он избегал её взгляда, смотрел в сторону.
— Как... это? Что ты говоришь, Сергей? — удивилась она, — ты... а зачем тогда? Зачем все эти гулянки, разговоры? Я открыла тебе душу! Рассказала всё... неужели это ты писал эти смс, чтобы посмеяться надо мной?
— Что?! Я бы никогда... но я боюсь за тебя! Обещай, что не пойдёшь на встречу. Или, пойдём вдвоём! Я не могу.. не хочу тебя отпускать!
— Но, он сказал... чтобы я приходила одна! — девушка пожалела, что рассказала всё Сергею.
— Кто "он"? Этот человек явно не желает тебе добра!
— А ты? — прошептала она, догадываясь, что за этим стоит, — почему сказал, что не друг?
— Я друг, но не такой, каким ты меня видишь. Я люблю тебя, Оля. Хочу, чтобы всё было честно, — Сергей взял свою рубашку и стал натягивать её, мокрую.
— Куда ты собрался? — снова сняла её она и отбросив в сторону, на этот раз сама поцеловала его.
За окном пылал великолепный закат.
Сергей с Ольгой вышли из подъезда только утром. Ей нужно было в институт, а ему на поиски работы.
***
Екатерина Григорьевна явилась на работу не в духе. Впрочем, в последнее время она редко была в настроении. Сразу по приходу она потребовала к себе Олега из службы безопасности компании.
— Он не сможет прийти, звонил, сказал, что у него температура, — сообщила помощница.
— Ах, вон оно что! Ладно иди, — махнула на неё Екатерина Григорьевна, и взялась за телефон.
— Алло, — прохрипел Олег.
— Ты был там? — не здороваясь, спросила она.
— Был! Битый час туда-сюда катался! Бестолку! А перед этим под ливень попал, простудился! — закашлял Олег, — нас там двое было, кстати.
— В каком смысле? Она пришла или нет?
— Она — нет. Но кроме меня там был ещё один мотоциклист. Он тоже наш?
— Совпадение, наверное... ладно, лечись, Олег.
Положив трубку, Екатерина Григорьевна посмотрела на свои руки. Ухоженные, но всё же это были руки зрелой женщины. "Неужели это поражение"? — появилась мысль.
Когда она проходила мимо курилки, её привлёк взрыв хохота. Екатерина Григорьевна остановилась и прислушалась. Сотрудники обсуждали её личную жизнь, подробности которой, как оказалось, не были для них тайной. Принимались ставки, удастся ли ей вернуть молодого любовника.
— Да пролетит она, как фанера над Парижем, Олежка сказал, что у него любофф! Помоложе и посимпатишнее, чем наша Катька! — хихикала Фильченкова, маркетолог, проработавшая в фирме Екатерины Григорьевны несколько лет, — ставлю десятку на молодуху!
В груди у начальницы закипело возмущение, ногти вжались в ладони, но она не чувствовала боли.
— Не, но зато наша ликвиднее будет, про активы не забываем, товарищи! Ставлю десятку на нашу Катю! — сказал финансовый аналитик, Борис.
— Ставки приняты! Ставок больше нет! — прогундосил админ Зозуля, которого все называли просто Зуля.
Это было уже слишком. Она распахнула дверь и с мрачным торжеством оглядела присутствующих.
— Вы все уволены! Все! Вон отсюда!
— Да пошла ты, — затушив бычок, первым накуренное помещение покинул Зуля.
— Эй, Зуля, — деньги верни! — бросились за ним остальные. Вскоре их голоса стихли.
Екатерине Григорьевне стало нечем дышать. Она пошатнулась и открыла окно, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Но снова собиралась гроза: воздух был тяжёл и влажен.
— Эй, кто-нибудь! — позвала она, схватившись за левую грудь, — помогите!
Но на всём этаже не было не души. Потом в конце коридора послышалась песня. Уборщица со шваброй бодро шла по коридору. Увидев сидящую на полу Екатерину Григорьевну, — она бросила ведро и побежала звать на помощь.
Потом Екатерина услышала чёткие, громкие шаги. Перед ней стоял молодой человек в полной мото амуниции. На голове у него был мотошлем. Зеркальное напыление надёжно скрывало лицо.
— Олег? — спросила она, но после поняла, что ошиблась. Парень явно был моложе и стройнее, чем её подчинённый.
Он взял её за руку и помог подняться. Невидимые никем они спустились на лифте вниз, затем прошли сквозь людный холл и вышли на улицу, где был припаркован сияющий железный конь. Спутник Екатерины снял с задней спинки женский шлем и протянул ей.
— Надень.
— Я с незнакомцами не езжу! — она не узнала свой голос, он стал выше и звонче.
— Вот и познакомимся, — сказал он.
Посмотрев на зеркальное стекло, скрывающее лицо таинственного мотоциклиста, она увидела в нём своё отражение. Она помолодела! Ей снова было восемнадцать! Она посмотрела на свои руки и тряхнула ими — ставшие не по размеру кольца, как слёзы, с печальным звоном попадали в решётку ливневой канализации. Но ей было их не жаль. Её наполнило давно забытое чувство радости. Захотелось петь. Она надела шлем, который сел, как влитой.
Катя села сзади мотоциклиста и обняв его, с усмешкой обернулась на захлёбывающийся сиреной реанимобиль, который не мог проехать из-за раскорячившегося на дороге мерседеса.
— Поехали! — закричала она своему вознице.
И мотоцикл взмыл на Землёй, оставив далеко позади суетный город, жёлтые бескрайние поля, успешный бизнес Кати, предавшего её любoвникa, смеющихся над ней сотрудников, и другие, казавшиеся такими важными проблемы, которые, как она понимала теперь, не стоили и выеденного яйца.