Некрасивая подружка рядом с красавицей – как адъютант при генерале: почётно, но хлопотно
- Ленка, кофе сделаешь? Я тааак сегодня устала! Прикинь, препод по инглишу зверь конкретный. Сегодня аудирование было, ты же знаешь, я в топе. Но сёдня ж пятница, мы все на чиле, уже отдыхать хотим, а она держит и держит. У меня в голове теперь туман.
Виола вещает расслабленным голосом, лёжа на своём роскошном диване – ножки в прозрачных колготках вверх. Лена верит, что подруга сильно устала. Время – седьмой час, заучились они там в своём архитектурном!
Она идёт на кухню, включает кофемашину, подставляет две чашки, потом достаёт из холодильника масло и сыр, делает бутерброды. Вместе с кофе несёт на подносе в комнату.
Ритуал всегда один и тот же: направляясь домой, Виолетта звонит ей. Если у Лены выходной, она просто поднимается на четвёртый этаж в квартиру подруги (ключи у неё есть), бегло наводит порядок (по собственному желанию) и ждёт. Иногда, если Виола просит, успевает сварганить ужин. Виолетта любит, чтобы дома её кто-то встречал, домашняя она девочка, что тут скажешь!
Дружат они 4 года, а словно все 20 – так много было пройдено и пережито вместе.
Лена пришла в 9 класс, где коллектив был давно устоявшимся. Свои короли и королевы, пажи и прихвостни, «ботаны» и лузеры. Оценив по внешнему виду – неа, не конкурентка! – местные королевы успокоились и попытались определить для неё ступеньку в иерархии. Училась Лена средне, хоть и старательно. Значит, не ботан. Лебезить перед примадоннами, ехидничать с лузерами, кокетничать с парнями отказывалась. Понятно: не прихвостень, которых, естественно, называли свитой. Тогда начали давить.
Красотой Лена не блистала, это правда. Обычная внешность. Не толстая и не тонкая. Бледная, тонкогубая. Разве что глаза привлекали внимание: яркие, внимательные. Одежда - нищебродская, по мнению окружающих. По мнению самой Лены, нормальная одежда. Тем более, в школе - форма, а вне школы они с одноклассницами не пересекались. Разве что кто-то видел её на улице.
Одеваться как-то по-другому у Лены возможности не было. Отца в семье не было - погиб сразу после рождения дочери. Мама работала библиотекарем, и маленькой Леночке казалось, что это – лучшая работа в мире! Книги она любила, читала запоем. Мама тоже любила свою профессию, сетовала, что дети нынче ушли в интернет, и они с коллегами постоянно что-то придумывали, лишь бы завлечь молодёжь в библиотеку.
Но зарплаты хватало только на «прожить». Какие уж тут наряды!
То, что самой Лене казалось неважным, было очень значимым для других девочек её класса. Давненько им не приходилось жалить по-настоящему: свои все привыкли, а новички не появлялись. А тут – такой подарок! Лену встречали ухмылками, а провожали издевательскими шепотками. Её толкали в коридоре и в очереди в буфет, унизились даже до обрывания вешалки на куртке и изрисовывания маркером этой самой куртки. Этого Лена не стерпела, пожаловалась. Было громкое разбирательство с привлечением видеокамер, и нашли исполнителя – Матвея Ширинкина, который числился в ухажёрах у главной змеи класса – Ларисы Шептиловой. Наказали, конечно, Ширинкина, потому что свою зазнобу он не сдал. Поэтому положение Лены только ухудшилось. Отправляясь каждый день в школу, как на Голгофу, Лена думала, что пора уходить. Вот только посвящать задёрганную маму в свои печали не хотелось.
Именно в этот непростой период жизни руку помощи неожиданно подала Виола.
Виолетта и сама находилась в сложном положении. Борьба за лидерство в классе шла постоянно. Классная руководительница на родительских собраниях разводила руками и говорила с кривоватой улыбкой:
- Что поделать, они все у нас лидеры!
Это она, конечно преувеличивала. Все не все, но 3 девчонки и человек 6 парней действительно определяли погоду. Мальчики давно выяснили отношения и переделом влияния не занимались. А вот девчонки сражались постоянно.
Основной соперницей Виолетты была Ирина Кипиани.
Девушка обладала очень привлекательной внешностью – большие серо-голубые глаза, каштановые волосы, модельные параметры. Во внешности Виола ей не уступала, но вот фамилия добавляла Ирине очков. Она часто, вроде бы вскользь, упоминала, что происходит из грузинского княжеского рода. Виолетту Карманову это бесило. Настолько, что однажды она совершила непоправимую ошибку – бросила Ирине вызов и проиграла.
На кону стоял Олег Владыкин. Парень нравился обеим девушкам, но сам выделял Ирину. На дискотеку в клубе «Варадеро», куда ходили многие старшеклассники, Виола явилась в мини-мини платьице и на высоченных каблуках. С них она и сверзилась прямо на глазах Олега. Ещё и ногу подвернула. Это было прямо-таки падение с пьедестала, после которого соперничать всерьёз с Ириной было невозможно.
И тогда Виола завела себе подружку.
Лена сначала не понимала, в чём причина внезапного интереса к её ничтожной персоне. Она и потом, всё взвесив и оценив, считала, что Виолетта рисковала слишком сильно, связавшись с ней. И позже, когда семья Кармановых буквально спасла её, она только утвердилась в мысли, что Виолка – добрая девчонка и хорошие дела делает по зову сердца.
Первая попытка завязать разговор вызвал шок – и у Лены, и у остальных.
- Ленка, ты русский сделала? Дай списать!
Удивляясь, Лена протянула тетрадь и получила новый вопрос:
- Слушай, объяснишь мне тему после уроков?
Как тут откажешь?
Дальше – больше. Лену пригласили поболтать в кафешке. Никогда не имевшая свободных денег, она поначалу отказалась. Но Виола отмела возражения:
- Ты мне бесплатно помогла, я угощаю!
За кофе и мороженым они разговорились. Общего у них было немного, но Лена умела слушать, а Виолетта умела рассказывать легко и забавно. Прошлась по парням из класса, посплетничала про знаменитостей, перешла на моду.
Лене казалось, что ей приоткрыли занавес, и она увидела новый мир – радостный, сияющий. Её собственная жизнь никогда не казалась ей скучной или тусклой. У неё были мама, книги, кот Максим, посиделки в интернете с далёкими незнакомыми друзьями. Была мечта… Но то, о чём рассказывала Виолетта, поразило своей непохожестью. Может, сама Лена и не хотела бы так жить, но смотреть было приятно.
О своей мечте – стать художником – она рассказала почти сразу. Виолетта так обрадовалась, словно выиграла миллион:
- Ленка, это же супер! Покажешь рисунки?
И после, перелистывая альбом, восхищалась:
- Ну, ты, мать, крута!
Они уговорились, что Лена нарисует портрет новой подруги.
Для работы Виола позвала к себе домой. Жили обе в одном доме, в одном подъезде, но на разных этажах. Старый их дом считался элитным, потому что находился в центре города. В советские времена тут получали квартиры руководители среднего звена. Дедушка Лены был директором крупной автобазы, поэтому семья и обосновалась здесь.
У Виолетты была другая история. Все мужчины её семьи занимали кресла чиновников, а все женщины были домохозяйками. Сама она собиралась после школы «где-нибудь» поучиться, затем удачно выйти замуж и до конца жизни наслаждаться всяческими благами.
Анна Аристарховна Карманова встретила Лену очень дружелюбно.
- Приятно познакомиться с будущим гением! – сказала она. – Виолочка мне много о тебе рассказывала.
Лену напоили чаем с пирожными, а потом они с Виолой ушли в комнату, и Лена начала делать наброски.
Ей было уютно. Она не чувствовала никакого стеснения, хотя было очевидно, что дом – богатый и ухоженный.
Так и началась их дружба.
Виолка таскала её с собой на дискотеки, заставляя переодеваться в одолженные шмотки. А Лена – в отместку – водила её с собой по музеям и выставкам. Сначала – где дешёвые билеты. Но затем Виолетта прямо-таки заставила её зарабатывать! Сначала она показала свой портрет девчонкам в классе. Работа была удачная, многим захотелось получить такой же. Виола, ничтоже сумняшеся, заявила, что подруга бесплатно не работает. Цену назвала мизерную, но лиха беда начало.
Лена была в ужасе. Брать деньги за любительскую мазню?! И вообще – это неудобно, одноклассники же!
- Неудобно сидеть между стульев! – заявила Виолетта. – А художники, по-твоему, бесплатно работают?
- Но я же ещё не художник…
- Будешь! А пока тебе практика нужна. И деньги.
Лена нарисовала всех, кто хотел, в школе, а затем выставила работы в сеть. Заказы появились – мало, редко – но денежки потекли. Так что пригласить подругу на выездную выставку «Эрмитажа» или в оперный театр она себе могла позволить.
В школе её положение изменилось. После эпичного падения с каблуков Виолеттина свита рассосалась, и единственной, кто был рядом, оставалась Лена. Виола пересела к ней за парту и на переменах щебетала с ней, не отпуская от себя даже в туалет.
Лена понимала, что таким образом подруга защищается от возможных шпилек со стороны бывших поклонниц, но её это не задевало. В глубине души Виолка была простая, добрая, смешливая девчонка, ей хотелось помогать.
В 11 классе случилась беда – у Лены умерла мама.
Чёрные дни почти не отложились в её памяти. «Скорая», больница, похороны, поминки. Всем занималась Анна Аристарховна. Она же через мужа добилась немедленной опеки над Леной, чтобы её не отправили в детский дом. Поэтому материально жизнь не изменилась, а даже улучшилась.
Лена отклонила предложение поселиться прямо в квартире Кармановых, но те и не настаивали. Зато Анна Аристарховна или сама Виолка часто притаскивали ей кастрюльки с борщом или котлетами. Ей подкидывали на карту денег, а Виола иногда дарила какую-то одежду со словами:
- Слушай, купила, а куда носить, не знаю!
Лена не чинилась, принимала подарки и испытывала к этой семье огромную благодарность. Чтобы как-то отплатить, она сделала кучу рисунков для Виолки, которая собиралась поступать в «арх», рисовать не умела, а портфолио предоставить требовалось.
После школы всё изменилось не слишком сильно. Виола оказалась, как и хотела, в архитектурной академии, по блату, разумеется. Лена пошла работать в обувной бутик.
Это был очень крутой магазин с завышенными ценниками, потому что им владел модный и знаменитый дизайнер Анатолий Землянов. Лену работа устраивала, потому что бутик располагался в их же доме. При графике 2 через 2, с 10 до 22, возможность через 15 минут уже завалиться спать была ценной.
Ну, и с двумя выходными она по-прежнему могла часто видеться с подругой.
Родители Виолы, рассудив, что взрослой дочери нужна свобода, переехали в загородный дом. Виолетта тут же организовала тусовку. У неё собирались и архитекторы, и студенты из театрального, и будущие светила юриспруденции и медицины. Хозяйка была избирательна. Лена присутствовала на этих вечеринках в обязательном порядке.
- Лен, давай сегодня подадим тарталетки?
Лена кивала. Готовить приходилось ей. Немного, только закуски. Но зато нужно было следить за пополнением фуршетного стола во время «приёма». Ну, кофе, разумеется. Слава богу, у Виолки квартира была не слишком большой, и одновременно помещалось человек 15, не больше.
Уборку на следующий день делала тоже Лена. Её никто никогда об этом не просил, но Лена помнила, как, стоя рядом с ней у гроба мамы, Виола сжимала одну её руку, а Анна Аристарховна – другую и шептала:
- Не бойся, деточка, мы тебя не оставим!
Поэтому пропылесосить, вынести мусор, протереть пыль после гостей ей было не в тягость.
Виолеттина тусовка относилась к Лене хорошо, никто не чинился поздороваться, приобнять. Все знали, что эта девчонка – что-то вроде дальней родственницы. Бедной, но любимой. Поэтому Лена спокойно накрывала на стол и садилась на диван: к ней подсаживались поболтать, посмотреть новые рисунки, иногда парни звали танцевать.
Однажды в середине вечера завалился Валера Лепилов, будущий хирург. Он привёл с собой незнакомого парня, красивого, с почти греческим профилем, чётко очерченными губами. Парень улыбался так белозубо и открыто, что просто примагнитил взгляд Лены. Остальные девушки тоже проявили интерес.
- Мой друг Олег Севостьянов, будущее светило психологии! – объявил Валера. – Кому голову проверить – к нему!
Виолетта, на правах хозяйки, подплыла первая, защебетала, обвела рукой гостиную, мол, всё наше – ваше. Олег благодарно кивнул, прошёл к столу, положил что-то себе в рот и огляделся. Лена не успела отвернуться – он заметил, что она наблюдает за ним и тут же направился в её сторону.
Фу ты, как неудобно! Лена попыталась углубиться в свой альбом, но Олег уселся рядом, глянул на лист, где она успела набросать сцену появления нового гостя, и выдал восхищённое:
- Ого! Не знал, что тут такие художники.
- Да я не… - промямлила Лена.
К ним подскочили Василиса и Ника, «архитекторши». Обе подвыпили и теперь хихикали, надумав какую-то шутку.
- Олег, у нас к вам дело, как к психологу!
- Скажите мне, чего я хочу! – выпалила Василиса.
- А мне: как расхотеть хотеть! – добавила, заливаясь смехом, Ника.
Обе схватили молодого человека за руки и вытянули в центр комнаты. Там они закружились, заскакали, Олег поддержал это буйное веселье, а Лена выдохнула. Ей было неловко от персонального внимания к себе.
Однако минут через 20 Олег внезапно снова возник рядом с ней и протянул тарелочку с канапе.
- Вы что-то совсем не едите, – сказал он.
Лена поняла, что он не знает о ней ничего, принимает, видимо, за обычную гостью.
- Да я поела, пока готовила, - проговорила она, поднимая на него глаза.
- Сами? Вот эту вкуснятину? – парень сунул закуску в рот и с удовольствием сжевал. – Божественно!
Он шутил, и Лене это было приятно. Теперь она уже не дичилась, когда он уселся рядом, расспрашивал о рисунках, просил полистать альбом и восхищался работами.
За разговором Лена не сразу расслышала голос Виолы. Внезапно она выросла прямо перед ними и как-то резко произнесла:
- Ленка, ты оглохла, что ли? Кофе подай!
Лена с недоумением огляделась. Гости в основном танцевали медляк. Валера и Василиса целовались в эркере.
- Кому?
- Ну мне, кому ещё!
- Ладно.
Недоумевая, Лена встала с дивана, ушла на кухню. Альбом остался в руках Олега, он всё ещё разглядывал рисунки.
Она вернулась с чашкой спустя пять минут. Диван пустовал, Виолетта и Олег покачивались в центре гостиной в танце, альбом валялся на полу. Лену это покоробило. Если Виолка запала на парня, нечего было так себя вести. Уж Лене этот почти психолог никуда не сдался!
Рассерженная, она поставила чашку на стол, подхватила альбом и ушла к себе домой.
Однако утром почувствовала раскаяние. Повела себя, как дура! Обиделась… Виолка, она же непосредственная, увидела новую куклу, захотела поиграть, а ей не дают. Наверняка уже переживает, что так обошлась с подругой. Может, ещё сама прибирает квартиру. Двумя пальчиками держит веник и метёт. Улыбнувшись картинке, Лена поднялась в квартиру Виолы, открыла дверь своим ключом.
Ага, метёт она! Спит подруга, хотя уже белый день на дворе. Не торопится на учёбу. Может, разбудить? Лена тихонько приоткрыла дверь спальни и замерла: рядом с Виолеттой лежал Олег. Он был почти не прикрыт, и Лена успела увидеть и красивый торс, и бедро. Загорелись щёки, Лена отступила назад и тихонько вышла из квартиры.
С Виолеттой они не виделись неделю. Подруга не звонила, не звала к себе, а Лена не напрашивалась. Было неуютно от осознания, что дружба дала трещину, но Лена очень старалась не чувствовать за это вину. Что она такого сделала, чем насолила?
Спустя неделю Виола явилась в бутик, как раз в рабочий день Лены. Пришла не одна. Зазвенели колокольчики, возвещавшие о появлении клиента, а следом с серебристым смехом ввалилась Виолетта. За собой она втащила Олега.
- А, ты сегодня вкалываешь, - сказала подруга, как бы не ожидая увидеть Лену на рабочем месте. – А мы с Олежеком шатаемся.
И она игриво захихикала.
Олег же слегка оторопел, продолжал улыбаться, но уже не так широко.
- Здравствуйте, Лена! Не знал, что у вас столько талантов! И готовите, и рисуете, и вот здесь… - он обвёл рукой помещение.
- А как она полы моет! – воскликнула Виолетта. – Лучшая поломойка района!
Кажется, она была навеселе, в четыре-то часа дня!
- Виолка, ты чего пожаловала? Покуролесить или за обувью? – спросила Лена.
- А у тебя тут есть что-нибудь достойное? – подняла ухоженные бровки Виолетта.
- А то ты не знаешь!
- Пф! Мы с Олежеком на днях в Дубаи решили смотаться, там и куплю чтонить приличное.
Лена молчала. Подружка явно напрашивалась на конфликт. Зудело у неё посильнее ударить Лену. Сейчас потребует показать пару, потом другую, придерётся к чему-нибудь, жалобу накатает. Знаем мы таких! Но мадам просчиталась. Сейчас была Оксанкина очередь работать с клиентом! И Лена с чистой совестью исчезла в подсобке, а напрягшаяся Оксана с сияющей улыбкой выступила вперёд. Увидев, что Лена ретировалась, Виола попыталась скандалить, но Олег утащил её прочь.
После Нового года Лена записалась на подготовительные курсы в архитектурную академию. Она не собиралась в архитекторы, ей по-прежнему мечталось о карьере художника. Но в архе были единственные в городе курсы по рисунку и композиции. Лена решила, что начнёт серьёзно готовиться к поступлению в Суриковку в Москве, а пока надо учиться и зарабатывать.
Занятия проходили по вечерам, когда основная масса студентов уже разошлась по домам. Но однажды Лена всё же столкнулась в коридоре с бывшей подругой и кучкой других ребят. Некоторых она знала по Виолкиному «салону»: Ника с Василисой, Боря, Артём.
- Ой, кого я вижу! Художник из народа! Лев Толстой в толстовке и лаптях, - объявила Виола, ткнув в Лену пальцем.
Ну, да, как и прежде, Лена одевалась просто, спортивно. Студентки же, как на подбор, щеголяли мини и декольте, словно и не в учебном заведении, а в ночном клубе.
Лена поморщилась. Она не понимала, с чего это Виолетта взялась так портить ей жизнь. Ну, не мимолётное же внимание Олега тому виной. И что было-то? Посмотрел её рисунки, принёс тарелку с закусками. А кто потом с ним переспал? Кто ездил в Дубаи?
Помотав головой, Лена прошла в аудиторию.
Пришёл март. Весенний воздух и пах по-другому – бодростью, радостью, надеждой. Лена рано вставала, даже в выходные дни, иногда гуляла по улицам, только-только начинавшим просыпаться, и возвращалась домой счастливая.
Однажды в бутик заявился Олег. Лена совершенно не ожидала его увидеть и в первую минуту всё посматривала на дверь – искала Виолу. Олег улыбался так же лучезарно, как и в первую встречу; от него прямо фонило: "Смотрите, какой я обаятельный!" Другие продавщицы подобрались, подтянулись поближе к клиенту и начали принимать выгодные позы.
- Ты покупать? – спросила Лена.
- Я к тебе. Ты во сколько заканчиваешь? Сходим куда-нибудь?
Лена нахмурилась:
- Я и ты? А Виолетта?
- Мы расстались сто лет назад.
- И в Дубаи не съездили?
Олег фыркнул, словно услышал хорошую шутку.
- В Дубаи она поехала с Валеркой.
- А я тебе зачем? – Лена действительно не понимала.
Олег завис. Кажется, он был уверен, что Лена с визгом кинется ему на шею.
- Ну, ты мне понравилась, хочу познакомиться поближе.
- А я тебе когда понравилась: до того, как ты переспал с Виолкой, или после?
Лена не хотела этого говорить! Ей вообще не хотелось говорить с Олегом. Получалось, что она запала на этого красавчика, обиделась, что он выбрал другую, и теперь мстит. А на самом деле, ей было всё равно. Коробило только, что он посчитал её доступной, лёгкой добычей, готовой броситься в объятия того, кто сводит её в ресторан.
- Короче, Олег, я никуда не пойду с тобой. Ты мне не нравишься – правда! Ты симпатичный, но у нас ничего общего.
- Уверена? – спросил он.
- Абсолютно!
Девчонки в зале зашевелились, очевидно, привлекая внимание, мол, мы-то тут, мы-то готовы. Но Олег пожал плечами и вышел.
- Ну ты и дура! – высказалась за всех Катя Давлетшина. – Хоть бы пожрать сходила на халяву.
- Халява бывает только в мышеловке, - ответила Лена.
Этим мартом случилось кое-что ещё.
Как-то раз в бутик ворвалась целая команда: видеооператор, помощники с приспособлениями для съёмок и ещё куча людей. Некоторые здоровались, но в основном, все начали суетиться, двигать мебель в салоне и задвигать менеджеров в углы. Наконец, под перезвон колокольчиков вошёл Сам – Анатолий Землянов, хозяин бутика и основатель бренда Zemlya.
Это был мужчина хорошо за 50, холёный, довольно симпатичный, но не в смысле мужской привлекательности, а скорее по-человечески. Он казался добрым дедушкой, этаким Йодой-мастером: невысокий, круглолицый, лучики-морщинки возле внимательных глаз. Самым удивительным в нём были уши – действительно, как у Йоды: очень большие и чуть оттопыренные.
- Так, дети мои! – воскликнул он высоким голосом. – Работаем!
- Анатоль, дорожку? – прокричал какой-то мужчина.
- Не надо дорожку! – и начавшие раскатывать яркую полосу рабочие свернули её обратно. - Просто пол. Надо привлекать внимание к обуви, а не к дорожке. Где Мари?
Стоявшая в стороне девушка модельной внешности вышла вперёд, покачивая бёдрами.
- Божественные ноги, божественные! – воскликнул «Анатоль». – Мои «Тигрицы» - твои!
Девушка манерно поиграла бровками и отставила ножку ещё дальше. Лена рассмотрела, что на ней полосатые жёлто-рыжие туфли с открытым носком и множеством верёвочек, обхватывающих лодыжку – видимо, те самые «тигрицы», новая разработка мастера.
Начались съёмки. Девушка ходила туда-сюда, операторы снимали двумя камерами, «Анатоль» всё время что-то говорил. Пытавшиеся войти в бутик покупатели тормозили на входе, пару минут наблюдали и исчезали.
- Интересно, нам заплатят за простой? – пробурчала Катя. – А проценты от продаж кто возместит?
В этот момент раздался грохот и крик. Поскользнувшаяся на повороте Мари сверзилась со своих «тигриц». Переполох, охи-ахи, девушку отвели на диванчик, захлопотали вокруг.
- Не могу, не могу встать, - плаксивым голосом говорила она и всхлипывала.
Лене стало её жалко. Она сходила в подсобку к холодильнику и принесла кусок льда в полотенце.
- Возьмите, – протянула столпившимся людям. – Надо приложить.
Никто не бросился выполнять, зато все расступились, приглашая Лену самой заняться этим делом.
Она присела возле вытянутой ноги и приложила компресс к лодыжке.
- Надо минут 10 подержать. Вам легче станет.
- Ходить я всё равно не смогу! – истерично воскликнула Мари. – Анатоль! Что делать?
- Серж, вези её в травму, - распорядился хозяин бутика. – Мари, милая, не волнуйся. Это форс-мажор, тебе оплатят. Езжай, лечись.
Девушку под руки увели, а команда мастера в растерянности затопталась на месте. Лена, не вникая в разговоры вокруг, подобрала полотенце с чуть подтаявшим льдом, подняла брошенные туфли, на мгновение залюбовалась, затем обернулась, не зная, поставить ли этакую красоту на пол или отдать кому-то в руки.
На неё пристально смотрел Анатоль. Точнее, не на неё, а на её ноги. Лена тоже опустила взгляд и мысленно застонала. У них, конечно, был дресс-код. На работу Лена одевалась не так, как в повседневности: никаких джинсов и толстовок, а приличное платье. Обувь – обязательные туфли на высоком каблуке. И именно сегодня Лена обулась в простые лодочки! Надо же так попасться! Но Анатоль думал не о нарушении правил.
- Ниночка, - позвал он помощницу, - Эндрю, идите-ка. Что вы видите?
- Красивая лодыжка, - заявила Ниночка.
- Неидеальный, но очень выразительный подъём, - поддержал её парень с косой чёлкой.
Лена глянула на свои ноги с интересом: выразительный подъём?
- А ну-ка, детка, вытяните носочек, - попросил Анатоль. – Божественно! Мы нашли! – объявил он громко. – Простоя не будет, работаем. Ниночка, поставьте девочку на каблук.
Дальше началась круговерть. Лену переобули, вытащили в центр зала, заставили ходить по мысленно нарисованной доске, затем просили то поднять ногу в «тигрице», то опустить, то так вывернуть, то этак. И всё это под софитами. Лена устала и взмокла. Внезапно всё закончилось. Люди вокруг очень быстро собрали все вещи и удалились. Колокольчик только и успевал звякать. Лена в изнеможении сидела на диванчике. Рабочий день подходил к концу.
Это маленькое происшествие получило продолжение. Спустя 3 дня в бутик пришли двое – Ниночка и Эндрю, которых Лена уже знала.
- Элен, - обратился к ней Эндрю с лёгкой манерностью в голосе, - Анатоль желает тебя видеть.
- Зачем? – спросила Лена. – Я на работе.
- Ты работаешь на Анатоля, - снисходительно пояснила Ниночка. – А он говорит ехать к нему.
На этот раз на Лене были «рабочие» туфли на тонком каблуке. Ужасно неудобно было ковылять на них к машине по мартовской грязи, но переобуться девушка не решилась.
Её привезли в офис – на 20 этаже бизнес-центра. Лена ожидала увидеть в оформлении сплошные туфли и мокасины, но стены в холле были украшены высоченным стеллажом со множеством полочек. На каждой стоял баран.
- Анатоль – Овен, – пояснила Ниночка. – Это его тотемное животное.
Хозяин этого стада встретил в своём кабинете. Там стоял огромный круглый стол, заваленный рисунками. Лена с любопытством оглядывала помещение: всё же святая святых. Здесь рождались модели, приносившие Анатолию Землянову мировую славу и большие деньги.
- А, деточка, проходите! – мастер Йода помахал ручкой. – Вы ввели её в курс дела? – обратился он к помощникам.
- Не успели, она испугалась, - ответствовал Эндрю.
Лена хотела возмутиться, но промолчала. Босс кивнул и сообщил, что Лена должна будет поучаствовать в Неделе моды, которая вот-вот нагрянет на их благословенный город. Только ей он может доверить свои любимицы – «тигрицы».
- Я же не умею! – теперь Лена на самом деле испугалась.
- Ах, это просто! Тебя научат, - и босс мановением ручки отпустил подчинённых.
Следующие три недели превратились для Лены в жёсткий тренинг. Ей запретили нормально есть, таскали на массажи и какие-то растирания «божественных ножек», а главное, учили ходить.
На репетиции она являлась к 7 утра в офис Zemlya, где оказался ещё и зал с подиумом. Компанию ей составляли восемь других девушек, настоящих моделей. Они встретили Лену ожидаемо неприязненно. Странная конкурентка с улицы, внезапная любимица мастера – это могло значить ослабление их собственных позиций. Лену исподтишка оскорбляли, старались подтолкнуть в момент выхода на дорожку подиума. Наверное, не постеснялись бы и спихнуть с высоты, не будь рядом других людей. Лена живо вспоминала своё несчастливое школьное детство.
Моделью она себя не чувствовала совершенно. Ну, ноги, ладно. Сказали, божественные, значит, божественные. Но и только. Она с детства знала, что не красавица. И фигура так себе, широковаты плечи, толстовата талия. Куда ей на подиум! Она зажималась, путалась в ногах, кусала с досады губы. Всё это было не по ней!
На каждой репетиции рядом с подиумом постоянно находился какой-то парень лет 25. Артём, как расслышала Лена. Он часто щёлкал камерой, фиксируя этапы работы. Он казался симпатичным, и от этого Лена терялась ещё больше.
Однажды в перерыве Артём подошёл к ней, посмотрел сверху вниз и вдруг выдал:
- И что эта корова здесь делает? Ни кожи, ни рожи, ноги кривые, куда выперлась, лохушка?
У Лены отпала челюсть от услышанного. Несколько секунд она соображала, что сказать или сделать. То ли звездануть эту сволочь пониже живота, то ли отвесить ему обратный комплимент… Но Артём продолжил:
- Ты так о себе думаешь? Зрители так подумают, когда увидят тебя?
Лена выдохнула и ответила почти спокойно:
- Ну, да. Хотя ноги у меня не кривые.
Артём улыбнулся:
- Поверь мне, у тебя всё в полном порядке, не только ноги. Но ты же мне не веришь?
Лена покачала головой:
- Я и правда чувствую себя коровой на льду.
- Тогда иди до конца: выйдешь на подиум, кричи: «Муу!»
Лена представила себе эту картинку и засмеялась:
- Ладно!
- Даже если ты упадёшь на показе, твоя жизнь не кончится. Я правильно понял, что ты никогда не хотела быть моделью?
- Да! Это такой каприз моего начальника.
- Вот пусть за свои капризы сам и расплачивается! Если упадёшь, выбирай самую противную тётку.
Теперь смеялись оба.
В день показа Лену трясло от волнения. Она видела, что зал полон роскошно одетых людей, и не могла не думать, что сейчас все будут оценивать не только туфли, но и её. Стояла за кулисами вместе с остальными, ждала своей очереди.
Вот ведущий что-то крикнул в микрофон, и Лену толкнули в спину: иди! Она вышла на сцену, как учили, с прямой спиной, неподвижным взглядом. Ноги от бедра, руки по швам, держись невидимой линии. За время репетиций она почти сроднилась с «тигрицами» и спокойно вышагивала, возвышаясь над причёсками и лысинами публики. И вдруг в конце подиума натолкнулась взглядом на знакомые лица! Виолетта и Олег, снова вместе! Сладкая парочка глазела на неё, как на фиолетового ежа с рогом на макушке. У Виолки ещё и нос сморщился от возмущения. Лена посмотрела на них и вдруг нарушила все запреты – подмигнула! Секунду спустя она уже развернулась в обратном направлении. Её провожал гром аплодисментов, не ей, конечно, а туфлям мастера Йоды.
Через неделю, когда её контракт на участие в показах закончился, Лена вернулась в бутик. Девчонки, конечно, любопытничали, но особо не завидовали. Ясно же, если вернулась на место продавца, значит, никаких бонусов в сравнении с ними не получила.
Звякнули колокольчики, в зал влетела Виола. Олег тащился следом и делал вид, что тут случайно.
- Ну, как я вижу, нашу супермодель погнали из бизнеса? – вопросила Виолетта.
- А я вижу, что паршивая овца вернулась к пастуху? – парировала Лена, кивая на Олега. – Стрижёшь?
Бывшая подруга разразилась бранью. Обещала устроить скандал, выпереть с работы и ещё какие-то кары. Девчонки переглядывались, ждали сигнала от Лены, вызывать полицию или нет. Лена переждала словесный поток и спокойно ответила:
- Извините, у нас тут премиум-сегмент, вам не подходит.
Виолка кинулась драться, но тут уже вступил Олег и выволок её на улицу. Все выдохнули.
Лена решила слегка передохнуть от произошедшего, ушла в подсобку, раскрыла альбом. Она уже выслала документы в Москву и, если поступит в этом году, сдаст квартиру и будет жить и учиться на эти деньги. Так что её ждали серьёзные перемены.
Тренькнул телефон: на мессенджер пришло сообщение от Артёма:
- Привет! Поскольку твоё лицо считает себя некрасивым, обращаюсь к божественным ногам: пойдём сегодня гулять?