К концу тридцатых годов колхоз достаточно окреп и стал одним из передовых в районе. Начальство давно заметило энергичного ,умного Сагита как одного из лучших руководителей. Надо было дальше реорганизовывать и административную и хозяйственно-экономическую деятельность районного руководства .С целью лучшего обеспечения и упорядочения технической базы колхозов стали создавать машинно-тракторные станции, по-другому МТС. Когда вопрос встал о назначении директора МТС, то сразу было названо имя Галиуллина Сагита. Хотя многие улыбнулись,вспомнили давний казус с ним. Тогда некоторые доброхоты успели написать на имя секретаря райкома письмо от имени его жены. Оно было о том, что коммунист Галиуллин Сагит живёт с двумя жёнами, что порочит звание коммуниста. Его срочно вызвали в райком ,прочитали письмо и заставили отвечать по сути изложенного. Со всем сказанным Сагит согласился, не стал отрицать, что живёт с обеими жёнами и имеет от них детей. Ему задали вопрос:
- А понимаете ли вы, что это аморально жить с двумя женщинами? На что он ответил вопросом:
-А было бы правильно, если бы я развёлся с женой? Оставил бы детей сиротами?
-Ну зачем, вам лучше было бы оставить вторую в покое.
-А если я её люблю, что мне невозможно без неё жить?
-Ооо, даже так,-насмешливо протянул секретарь. -тогда придётся выбирать, товарищ Галиуллин, между партией и этой женщиной.
- А им вместе нельзя никак? Вместо ответа Сагита попросили покинуть помещение на пока. Он постоял в коридоре, потом махнул рукой, вышел, запряг лошадь и поехал домой. Несколько дней с напряжением ждал приезда кого-нибудь из начальства, но никто не соизволил тогда его беспокоить. Он понял, что пока его оставили в покое, потому что был уверен, такими людьми не швыряются.
К тому времени ,собрав все свои возможности и силы, хорошо подготовившись, Сагит поступил на заочное отделение вновь открытого сельскохозяйственного института, на агрономический факультет.
К моменту вызова его в район по вопросу назначения в МТС директором, он уже получил диплом.
Сагит дома посоветовался с Гульямал, и они решили попробовать его возможности в качестве руководителя МТС. В семье было уже четверо детей вместе с дочкой, оставшейся от Залифы.
Гульямал её не обижала, хотя и не пылала горячей любовью как к своим детям. Слишком были живы воспоминания об обидах ,нанесённых вторжением матери этой девочки в их благополучную спокойную жизнь. Видимо, этому суждено было тогда случиться, зато Сагит получил хороший урок, он как бы вновь вспомнил, какая у него золотая жена. Мир вернулся в семью ,хотя временами сердце
Гульямал то и дело обжигалось от этих воспоминаний.
На новом месте семье сразу предоставили хорошее жильё, а Сагиту по работе-машину.
В 1940 году МТС уже вовсю обслуживал техникой колхозы. Его директор стал ещё более известным и уважаемым человеком в районе. Некоторые даже заискивали , чего Сагит никак не любил.
Галиуллины не забывали и родную деревню, родителей.Довольно часто их навещали.
Приезжали с детьми на машине, из машины выходила Гульямал с детьми, в крепдешиновом платье, в чёрных туфлях и белых носочках. Она отличалась от местных женщин и одеждой, и причёской ,и манерами. Немного торопливая и суетливая походка деревенской женщины сменилась степенной, полной достоинства поступью уверенной в себе женщины. В районном посёлке обращались к ней по имени и отчеству,
Ну и беды посещали семью: в один из летних дней, когда дети играли на улице ,случилось несчастье. Играя наперегонки, Энгель и Зарифа(так назвали дочь Залифы) перебегали проезжую дорогу. В это время по ней ехала грузовая машина. Она ехала в тот момент, когда дети были ещё на обочине, Но им вздумалось начать бег именно буквально перед колёсами машины. Водитель не успел тормознуть, когда Гирей ,старший сын ,бросился к детям, чтобы оттолкнуть Энгеля, который чуть было не оказался под колёсами, но не успел проскочить сам Гирей. Вот так погиб почти взрослый сын-первенец. Огромное горе накрыло жизнь Гульямал. Сагит переносил случившееся стойко ,по-мужски, но чаще искал глазами других детей, следил, чтобы не выходили на улицу и чаще смотрел, где сейчас находится Гульямал, успокаивался только тогда ,когда его глаза видели всех. Видимо, он очень боялся потерять и жену, и детей. Осенью пришла весть о болезни отца, старика Салима. А буквально в конце октября Сагиту пришлось ехать на похороны. Это был уже 1940 год. Гульямал тоже хотела ехать , она с большим уважением относилась к свёкру не только по чувству долга как жена его сына. Свёкр и свекровь заменили ей в своё время и отца и мать, которых ей не посчастливилось увидеть в детстве. Они окружили её и теплом и заботой, поддержали в очень трудные минуты, когда любимой женой в доме воцарилась на какое-то время Залифа. Когда заболела свекровь уже через полгода после смерти мужа, Гульямал
поехала к ней в деревню и ухаживала до её смерти два месяца,не отходя от постели.
Незадолго до этого их проведала Залифа под предлогом прощания со свекровью. И тут, пользуясь отсутствием Сагита, она высказала многие несправедливые вещи, обвиняя Гульямал в том, что это она помешала её счастливой жизни, словно не Залифа ,а она пыталась разрушить семью Сагита. Громкая ссора опять не состоялась благодаря спокойствию и мудрости Гульямал. Но и присутствие больной умирающей женщины тоже усмиряло пыл За -лифы. Выяснилось, что сейчас она проживает в соседней деревне и замужем. Всё-таки уроки, полученные в доме Галиуллиных не прошли даром, как-никак у неё была семья и дом.
Ещё перед отъездом в райцентр, семья решила продать свой просторный дом, подаренный им родителями. Но оставался маленький, в котором жили родители Сагита до своей смерти. Но и этот дом они решили за бесценок уступить одному из двоюродных братьев, у которого не было дома и не предвиделось ,что он построит его. Таким образом в 1941 году, когда грянула война и Сагит собрался добровольцем на фронт, хотя у него была бронь, в родной деревне у семьи не было своего жилья. Перед отправкой Сагит долго разговаривал с женой. Это были признания откровения... И покаяния.
-Скорее всего, я, Гульямал, не вернусь живым, как и работал и воевать буду также честно и отчаянно, как могу. Я буду защищать не только родину, я буду защищать справедливый порядок жизни,где люди равны.Поэтому я тебя очень прошу во что бы ты ни стало, вырастить детей и дать им образование, желательно добраться до высшего. Чтобы они усвоили :без знаний человек не может понимать суть жизни во всей полноте. Это было моё заветное желание и мечта, которые я не успел осуществить.
Когда вместо ушедшего на фронт Сагита пришёл новый директор, он потребовал, чтобы семья освободила положенное ему по статусу жильё. Он обещал подыскать для них другое ,подходящее. Но Гульямал твёрдо решила вернуться в деревню Сагита, хотя знала, что жилья там тоже нет. Она написала двоюродным братьям Сагита, и через несколько дней двое братьев со своими подводами приехали за ними. Братья также твёрдо обещали помочь построить небольшой домик. А пока их приняли в семью по просьбе Сагита
Он писал ,что находится в лагере для подготовки под Уфой, и что Гульямал может приехать к нему по разрешению на несколько дней. Гульямал поехала, оставив детей на попечение родственников. Пробыв в лагере несколько дней, она вернулась. Попрощались они очень тепло, и было грустно от не очень хороших предчувствий.
В конце зимы у Гульямал родилась девочка .1941 год они провели в семье родственников надомниками. А в 1942году семья епереселились в собственный маленький домик. Быстро построить помогли те деньги, которые остались от продажи дома перед отъездом в райцентр. Новое жильё стояло на конце улицы на целинной необработанной земле без заборов и изгородей. Чтобы выжить, им обязательно надо было засеять огород, землю под который надо было ещё выкопать и хорошо обработать. Помогали ,конечно, родственники ,
но у них тоже было много дел, поэтому Гульямал пришлось в поте лица заводить новое хозяйство почти одной. Подрос Энгель, ему было 13 лет, когда он ,как взрослый ,помогал матери буквально во всём и не только Он работал в колхозе ктак взрослый.Бригадиры военного времени были очень строги ,порой даже жестоки. Ведь с них тоже требовали хлеба для фронта, коней , фураж. Вот они и гоняли таких пацанов в помощь трактористам и вообще везде, где требовалось.
В конце зимы Гульямал родила дочь. Назвали её по просьбе Сагита Розалия. Она была как самый младший ребёнок, как память Сагита очень дорога, Гульямал души в ней не чаяла
В августе 19 43 года, когда шли жесточайшие бои за Сталинград, женщин независимо от возраста погнали на жатву в поле без права отлучки. Гульямал, оставив детям свою маленькую дочь, тоже пошла жить на поле.
В один из жарких дней на поле прискакал бригадир, вручил ей конверт с вызовом в районный военкомат и тут же предложил ехать до деревни вместе с ним. На следующий день с утра Гульямал направилась в райцентр. Когда уже шла по улице, где находилось здание военкомата, она была похожа на больного человека, еле волочащего ноги. Когда по приглашению секретаря она оказалась в кабинете начальника, тот встал с места, уважительно поздоровался за руку и усадил на стул. Спросил про здоровье, про детей и дела. Потом потянулся к ящику, вытащил оттуда конверт, уже распечатанный, и протянул Гульямал. Она подержала его в руке и отдала обратно , объяснив ,что не умеет читать по-русски.
Военком, осторожным движением взяв конверт, объяснил ей ,что тут написано. Её муж лейтенант , служа в части заместителем командира по политической части, то есть политруком, героически погиб в боях за село Илларионовка,что под Сталинградом .Когда погиб командир части ,лейтенант Галиуллин, взял на себя его обязанности, выхватив знамя, бросился в бой и повёл за собой остальных. Несмотря на то, что трижды был ранен в этом бою, до последнего дыхания дрался героически .Посмертно ему присвоен Орден Красной Звезды и назначена пенсия за потерю кормильца.
Оформив соответствующие документы, пожав ей ещё раз руку, пожелав здоровья и терпения, женщину проводили домой. По её согбенным плечам и медленной походке на улице соседи поняли, что Гульямал в огромном горе. Зайдя домой, она прошла в угол ,где висела зимняя одежда, и положила во внутренний карман огромного тулупа бумагу, которую ей вручили, похоронку. Остальные документы осторожно завернув в газетную бумагу, а потом завязав большим платком, убрала на самую высокую полку шкафа, где стояла посуда. Туда дети не лазили. Наспех накормив ребят, Гульямал снова вернулась в поле. Расстояние до него было изрядно, когда женщина дошла до своей бригады, было уже темно. Женщины всполошились, уступили ей место ,они ложились пспать, хоть немного отдохнуть,часа через два они снова выйдут на поле. Таков был распорядок, пока не было дождей, чтобы дожать, обмолотить и убрать зерно в мешки для отправки на фронт. Уставшая до изнеможения, Гульямал еле отвечала на вопросы. А скоро уже снова за работу.
Примерно через дней двенадцать начались дожди, жатва уже закончилась, поэтому женщинам разрешили на одну ночь домой. С завтрашнего дня надо было выйти в зерноток для завершения уборки Когда Гульямал подходила к своему двору , она услышала почти хоровой отчаянный детский плач. Открыв ворота ,она натолкнулась на плачущих девочек и увидела Энгеля, катающегося в густой крапиве с бумагой в руке, приговаривая: "Атай ,атай ,мой атай, он погиб, его теперь нет, и не будет ,его убили ! -невозможно было смотреть на этот отчаянный почти мужской плач, Энгелю было уже 14 лет ,ломался голос, а девочки плакали оттого, что плакал их брат, и они не знали, что у него болит, чтобы помочь ему. Он не успел прочитать им или рассказать содержание этой бумаги, потому что как только он увидел слова в нем ,горе свалило его.
Женщина подошла к всхлипывающему сыну ,осторожно потрогала его в плечо ,обняла голову, прижала к груди и сама не выдержала. Слёзы лились из её глаз на голову мальчика, и текли эти слёзы матери и сына по его лицу как соединившиеся ручейки. Наступившая ночь не принесла отдыха и облегчения , мальчик только ближе к утру уснул тяжёлым горестным сном, время от времени всхлипывая и метаясь.
Вскоре пора уже и подниматься. Мальчик наравне со взрослыми работал то на прицепе, то на метании соломы, то возил мешки с зерном на элеватор или на станцию. Никто не давал выходных на оплакивание собственного горя. Много его было по всей деревне. Кто-то по несколько похоронок получал на сыновей ,отцов, а кто-то возвращался с войны с подарками из Германии. Никто не осуждал их за отнятые у поверженных немцев трофеи, их потери и утраты нельзя было сравнить с ихними. Но тем, которые уже не дождутся своих никогда ,им было не до того.
И долгие годы Гульямал не могла понять, почему некоторые идут праздновать победу 9 мая, а о семьях погибших никто и не вспоминает. Это потом только почти через два десятилетия стали приглашать на торжества вдов и родственников погибших,назначать какие-то льготы. после войны, Жизнь в деревне потихоньку восстанавливалась , как и по всей стране. Люди стали возвращаться к своим прежним привычкам, порядкам и обычаям. Как и раньше в райцентре торговали на базаре, Гульямал тоже привезла туда немного своей лишней продукции. Не так уж много, молоко от одной коровы трудно было растянуть на семью и умудряться нести на рынок для продажи. На вырученные деньги она покупала мясо, в основном-летом. На зиму она резала обычно тёлку на мясо, после войны немногие могли на всю зиму запасаться им, так как чтобы довести до состояния забоя, скотину надо было прокормить почти целых два года.
Чтобы дети не голодали, хоть изредка ели мясо, и чтобы часть его продавать на рынке, надо было неустанно трудиться. Ведь ещё людей облагали и натуральным налогом: шерстью ,мясом, молоком и яйцами. Вот и умудрялась гульжамал тушу одной тёлки сдавать государству немного продать, чтобы одеть детей. Естественно, одежда покупалась там же на базаре, на толчке, где люди торговали обносками, остатками одежды от погибших отцов и сыновей, а также выраставших потихоньку детей. Это была своеобразная форма обмена между людьми. Однажды, продав привезённые свои продукты, Гульямал сперва прошлась по толчку купила там поношенные сапоги для Энгеля, платочек для Розалии и кофточку для Зарифы. Когда снова вернулась на продуктовый павильон, вот и натолкнулась на эту женщину. Вот с этого момента мы и начали свой рассказ в начале повествования. Пожилая женщина лет чуть больше 60 тоже заметила смятение и интерес Гульямал к себе.
-Хотите посмотреть мясо ?-спросила хозяйка.
-Да, покажите мне ,пожалуйста, кусок рёбрышка.
Обе женщины почти неотрывно смотрели друг на друга. Отвесив мясо и отдав в руки покупательницы, хозяйка всё-таки спросила:
-Вы откуда будете?
-Я из Турушева.
-А из чьего вы рода, фамилии?
-Я из фамилии галиуллиных. Свекра и свекровь звали Салимулла то есть Салим, а свекровь-Бибиямал.
-Ну ,значит, ты не турушевская, а вышла замуж за Галиуллина? Родилась ты где?
Гульямал назвала деревню, где родилась и росла.
-А как зовут?-почти перестав дышать, спросила пожилая женщина.
-Гульямал я.
-Получается, мы с тобой мать и дочь,-сдержанно заплакала женщина. Вот так через 40 лет встретились они, затерявшиеся в этой жизни родные люди. Так как Турушево было близко к райцентру ,решили женщины идти туда к Гульямал. Мать, Галима, сходила к своим попутчикам , с которыми приехала, предупредила
их и попросила передать её семье о случившемся, и что она остаётся с ночёвкой у вновь найденной дочери
Когда дети поняли, что у них появилась бабушка, родной человек, очень обрадовались. Особенно маленькая Розалия, она не сходила с колен Галимы, обнимала её,развлекала как могла.Очень любила она быть артисткой,петь и плясать, быть учительницей, учить детей.
Всю ночь проговорили мать и и дочь, каждая рассказывала о своей прожитой жизни. Наступившее утро как бы дало им понять, что пришло время расставания. Вместе они позавтракали, попили чай не отрывая глаз друг от друга. От матери Гульямал узнала, что судьба Гульбики ей известна. Также она знала о том, что Гульямал и Гульбика нашли друг друга как сёстры, но не могла она приехать проведать дочь, так как Максут бай не разрешал в своё время Фазылу, своему сыну жениться на худородной Гульбике. Фазыл же женился вопреки воле родителей, по любви. Но ему поставил отец такое условие: нищие родители Гульбики не должны переступать порог Максутбая. Хотя они и не были совсем бедными, но тягаться с Максутбаем им было далеко. А кроме того тот разозлился на сына за ослушание
Соединившись через 40 лет мать и дочь часть оставшейся жизни провели ,навещая друг друга.
Гульямал исполнила своё обещание, данное Сагиту. Самая младшая, подарок Сагита Гульямал, получив два высших образования ,стала одним из уважаемых людей на своей родине. Почтила она и память погибшего отца.Став педагогом, повезла детей своего класса на Волгоградскую землю, постояла у Мамаева Кургана, где была высечена фамилия и имя Сагита ,и привезла оттуда горсть земли . Но правнуку героя удалось узнать гораздо больше: съездив туда он выяснил, что тела погибших в тех боях солдат были захоронены сперва под Илларионовкой ,а затем перезахоронены в селе Мариновка.
История жизни и подвига Галиуллина Сагита и миллионов его поколения
полна драматизма и трагизма. После распада Советского Союза на развалах колхозов и совхозов стали вырастать сперва кооперативные крестьянские хозяйства. Они также быстро разорялись и уходили в небытие. И лишь через почти десятилетие молодые энергичные люди стали возрождать земледелие и всё сельское хозяйство, организуя уже фермерские. Эту миссию возрождения осуществил его правнук, которому пришлось на одном из собраний, где рассматривалось его заявление о выходе из состава колхоза, чтобы продолжить работу в другой форме-создать фермерское хозяйство,
услышать фразу из уст одного из пожилых членов колхоза:
-Дед создал этот колхоз, а внуку даём развалить его?
Но время показало другое: за три десятилетия внуку Сагита удалось создать такое хозяйство, которое производило несколько раз больше продукции чем целый бывший колхоз ,состоящий из трёх деревень и нескольких сотен человек. Всему этому свидетельницей стала Гульямал, которой пришлось пережить несколько формаций за свою жизнь, революцию колхозы, войну и многое другое.