В победе генерал-поручика Ивана Евстафьевича Ферзена у местечка Маценовичи генерал-аншеф Суворов прежде всего усматривает предлог перейти к решительному наступлению на поляков, с тем, чтобы не дать им опомниться от разгромного поражения их лидера — генералиссимуса Тадеуша Костюшко, оказавшегося теперь в русском плену. Генерал-поручикам Ферзену и Дерфельдену Суворов шлет приказы немедленно выступать к Праге — укрепленное повстанцами предместье Варшавы на правом берегу Вислы.
Ферзен еще раньше получил от генерал-аншефа Репнина распоряжение быть в подчинении Суворова, а вот Дерфельден по-прежнему был в подчинении Репнина и ранее получил от своего начальника приказ расположиться со своим корпусом в Литве на зимних квартирах. Виллим Христофорович Дерфельден еще ничего не успел предпринять, как к нему прибывает гонец от Суворова с приказом, пользуясь плодами победы генерал-поручика Ферзена немедленно выступать и гнать бунтовщиков до самой Праги. Генерал-поручик Дерфельден не знает, как ему поступить. Кого из генерал-аншефов слушать? Своего непосредственного начальника Репнина? Или своего друга Суворова? Тут на помощь ему приходит командующий его арьергардом генерал-майор Валериан Зубов — младший брат фаворита императрицы Екатерины II Платона Зубова, убедивший исполнить приказ Суворова. Совет такого лица, как брат фаворита самой Императрицы снимал с Дерфельдена львиную долю ответственности за принятие решения. Кроме того, сам Виллим Христофорович, будучи мудрым военачальником, понимал всю фальшь любого другого решения. Поэтому он донес своему начальнику Репнину, что выступает на соединение с Суворовым и выступил со своим корпусом из Белостока на юг в сторону Бельска.
Перед маценовичским сражением корпус генерал-аншефа Суворова, стоящий близ Бреста, был наконец-то усилен фельдмаршалом Румянцевым и теперь насчитывал 8000 человек. 17 октября Суворов перед выступлением к Праге проводит военный совет, на котором присутствует 21 человек из высшего руководства его корпусом. На совете обсуждаются подробные детали предстоящих боевых действий, вплоть до взятия Праги штурмом. Также, рассматриваются и иные альтернативы развития событий, учитывающие возможное неприбытие корпуса Дерфельдена к Праге, а также содействие союзников по антипольской коалиции. О принятом на военном совете решении Суворов докладывает фельдмаршалу Румянцеву. Ответ Румянцева-Задунайского был лаконичен и суров: «без всякого содействия союзников, одними собственными силами одолеть неприятеля, и не по держанному военному совету и не по нужде, но по победе в квартиры возвратиться». Суворову оставалось только молча подчиниться и надеяться на лучшее.
Меж тем, после разгрома у Маценовичей разрозненные польские отряды со всей Польши спешили вернуться в свой главный лагерь Прагу. Суворова больше всего волновал крупный корпус генерал-лейтенанта Мокроновского. Великому русскому полководцу очень не хотелось, чтобы и этот корпус соединился бы с основными силами повстанцев, значительно их усилив. Выступая из Бреста, Суворов строит маршрут следования своего 8-тысячного корпуса так, чтобы не дать Мокроновскому возможности прибыть в Прагу. Однако, генерал-лейтенант Мокроновский оказался довольно искусным противником, долго уклоняющимся от сражений, как с Дерфельденом, так и с самим Суворовым.