"Ты на гражданке повесишься"
Я вам приказываю, товарищ солдат! орал прапорщик Сахаров по кличке Цукерман. В сортире все очки отмоешь!!! Ага, щас зубы почищу. Чтоооо???? Товарищ солдат! вы в наряде вне очереди! Ещё хотите??? У меня пять, а больше трёх нельзя. На губу у меня поедешь!!! Сгниёшь!!! Дневальный! Стой здесь и чтоб он весь сортир отмыл! Я приду через час. Понял? Так точно...
Ну чё встал? не видишь кровища хлещет, вали отсюда. Дневальный смылся. Заткнул нос, выкурил сигарету. Стащил гимнастерку, залез в койку, завернулся в одеяло, забылся. Сколько там до приказа? не помню.
Сквозь сон - дневальный ко мне! Кто разрешил? Не могу знать. Что? Сам что ли??? Так точно. Сказал у него кровоизлияние. Чтооо? В мозг. Молчание. Ладно не трогайте, чёрт с ним. Свяжешься, потом огребёшь ещё...
Цукерман не взлюбил его сразу, как появился в группе. Не понятно за что. То ли за интеллигентную речь, или один курс института, а может за слишком известную фамилию, хрен его поймёт, придурка. Но всегда и везде прапор его доставал всячески, навешивал грязных, тяжёлых работ и заданий, придирался, проверял, заставлял переделывать и пытался гнобить. Наверное потому, что дембель. Но вообще то не один же он такой. Это летом он останется один и уйдёт последним, уж кто то постарается. Ну ничё, всё равно выжил.
Ты на гражданке сдохнешь. Все заржали. Сидели в наряде по кухне, картошку чистили. Припёрся Цукерман, он любил потрепаться. Присел на подоконник, анекдот похабный рассказал, посмотрел на меня и говорит : Ты на гражданке повесишься. Все от души поржали. Смешно. В принципе, он оказался прав. Хоть и мудак. Но меня больше не трогал. Видимо это прозрение его успокоило и вполне удовлетворило. Всё равно сдохнет, чё дёргать.
В группе не осталось нашего призыва никого. Меня мурыжили сколько могли после приказа. Я валялся в траве, не делал ничего, даже столовку иногда пропускал. Офицерьё игнорировал, просто молча уходил. Я уже не ваш, хватит. Приказ об увольнении вышел. Я гражданский человек. Мне просто переодеться не во что. Гниды. Мне хотелось или сдохнуть, или всю часть взорвать к едрена фене. Командир части, боров, пьяница и жлоб засёк меня спящим на столе в учебном корпусе. Вышло распоряжение - этого тянуть до последнего. Армейская форма изысканного издевательства. Пытка тоской.
Перед дембельским автобусом мне горячо пожали руку замполит нашей группы и прапорщик Сахаров. Цукерман.