Однажды Тигр вдруг захотел научить Лилефанту читать и писать. Просто подумал, что ей понравится это занятие. Вдруг бы она решила переписать весь свой гербарий, который постепенно съедала и обращала в качественный навоз для ежикиного огорода.
Лилефанта идею Тигра восприняла с не очень большим энтузиазмом, но сказала, что ради развития мелкой моторики хобота согласна.
И вот Тигр показал ей, как надо взять палочку в хобот, двигать ею и писать буквы на песке. На удивление, Лилефанта быстро выучила всезверский алфавит, и уже вскоре могла наскоро нацарапать на песке свое имя, имя Ежика и Тигра. Постепенно Тигр усложнял задания, и Лилефанта все чаще задумчиво стояла на пляже перед строчками разнокалиберных букв и думала, как лучше выполнить домашнее задание.
Поначалу она упражнялась около полосы прибоя, но волны часто слизывали ее упражнения. Лилефанта расстраивалась, бегала с топотом по пляжу, замахивалась на океан палкой и плевалась остатками гербария. А потом Тигр ей посоветовал набирать в хобот воду и поливать песок подальше от океана. Тогда дело быстро пошло на лад.
Однажды Тигр с Ежиком уехали на несколько дней в отпуск на другие острова, но вскоре к ним прилетела почтовая птичка и запыхавшись сообщила, что Лилефанта совсем с ума сошла, не пускает никого на пляж, потому что там у нее рассказ написан. Тигр забеспокоился, и звери решили вернуться. Оказавшись на пристани, Тигр еще издали увидел, что весь пляж изрисован неузнаваемыми кракозябрами, а под ними вдоль ходит Лилефанта и уже протоптала глубокую траншею.
- Как же мне прочитать его? – задумался Тигр и вдруг вспомнил про велостульчик. Они с Ежиком снова отошли на яхте от берега и причалили с самого-самого краю, где пляжа не было, а сразу начинались камни и трава. Тигр крупными прыжками помчался в мастерскую за велостульчиком и тиггеротипом.
Поднявшись в воздух, он смог разобрать огромные каракули, которые постепенно сложились в рассказ: «Пишу я, Лилефанта, микрослониха. Я теперь умею писать мысли на песке, Тигр меня научил, хоть у меня нет гибких лап. Раньше я знала, как называются предметы и как они выглядят, а теперь могу молча сказать про каждый из них что угодно. Тигр говорит: все, что написано, остается навсегда. Но вот я пишу на песке, а ветер крадет слова. Может, я как-то не так пишу? Я давлю палкой изо всех сил. И океан тоже крадет мои слова. Вот бы придумать что-то, чтобы они оставались, как говорит Тигр».
Тигр затиггеротипировал рассказ Лилефанты, спустился обратно на землю и метнулся в фотомастерскую в подвале дома, где на самых больших листах бумаги по частям проявил все слова и понес их Лилефанте.
Она очень обрадовалась, что теперь можно не переживать, что ее рассказы будут исчезать, и сказала, что отныне часть времени будет коллекционировать листья, а другую часть – свое литературное творчество.
Ежик слышал это и гордо пыжился от мысли, какой у него умный и замечательный Тигр. А Тигр просто думал – надо же, слон-то наш – писательница!
