История болезней#4.
Римская империя и кесарево безумие.
В возрасте 24 лет молодой новый правителей взошел на престол крупнейшей империи, которую когда-либо видел европейский мир, и, что более важно, был на хорошем счету у представителей власти, Сената, легионов и Преторианской гвардии. Именно эти элитные войска (выполнявшие как военную, так и полицейскую функции в Риме), а не легионы, находившиеся зачастую далеко от столицы, могли стать решающим фактором силы. Был март 37 года н.э. и казалось, что наступила новая блестящая эпоха. Новый человек но главе хорошо организованного государства понизил налоги вернул политических ссыльных и позволил им жить в Риме, дал народу, что они просили: panem et circenses, хлеба и зрелищ. Правителя звали Гай Юлий Цезарь Август Германик. Мы же знаем его по прозвищу, данному ему легионерами еще в детстве за любовь носить солдатские сапоги с коротким голенищем – Калигула, что в переводе означает «башмачок».
Светоний, античный писатель и биограф римских правителей, для описания перехода от великих дел до злодеяний выбрал такие слова: « До сих пор шла речь о правителе, дале же пойдет речь о чудовище». Потому что у молодого правителя были свои, так сказать, особенности, которые в дальнейшем сделают его имя синонимом разврата, извращений и психических отклонений. Как и в случае с Александром Македонским, существует лишь несколько источников информации о Калигуле и других императорах Рима, но их подлинность вызывает сомнения. Светоний- главный источник. Однако он родился почти через поколение после времен Калигулы и, как любой другой историк, имел собственные представления и критерии оценки, и мы не знаем, оправданны ли они. К тому же, Светоний имел склонность к прислушиваться к сплетням и слухам – чем грубее информация, тем охотнее он вплетал ее в свое литературное творчество, пережившее тысячелетие и до сих пор остающееся занимательным чтением для тех, кто хоть как-то заинтересован в истории.
Независимо от того, насколько правдива история Калигулы, написанная Светонием, нет никаких сомнений в том, что состояние психики правителя отличалось от нормального. Примерно через 6 месяцев после вступление на престол его поразила болезнь, полностью изменившая его. Весьма вероятно, что у него были припадки, возможно, эпилепсия, от которой страдали некоторые члены его семьи династии Юлиев-Клавдиев. Среди них был и сам родоначальник династии, основатель римской системы диктаторского правления, которая в дальнейшем под руководством его приемного сына Октавиана ( в дальнейшем императора Августа) стала империей: Гай Юлий Цезарь. В любом случае, Калигула категорично избегал плавания, столь любимое занятие римской элиты того времени: припадок, случившийся в воде, мог бы стать смертельным.
Серьезным заболеванием Калигулы, поразившим его осенью 37 года н.э., мог быть энцефалит, воспаление головного мозга, обычно вызываемое вирусами, усиливающие существующие патологические или асоциальные черты характера. Потому как картина, которую представлял собой Калигула, - опять же при осторожном рассмотрении материала – не очень привлекательна. Он начал убивать потенциальных соперников, в том числе из числе членов его семьи. Манера исполнения казней, на которых он лично присутствовал, становилась все более жестокой. Должно быть, у него были кровосмесительные сексуальные связи со своей сестрой Друзиллой. Когда она умерла летом 38 года н.э., он приказал устроить государственный траур, который никогда не проводили ни по одной женщине. Говорят, что он отрубил руки рабу, который совершил кражу, и повесил их себе на шею. Во время ужина во дворце Калигулы наказанного раба показывали гостям для устрашения и предупреждения не красть столовое серебро. Однажды, когда во время игр закончились гладиаторы, он, не насытившись зрелищами, приказал вытащить зрителей на арену, где несчастных поджидали львы и тигры. Вдобавок он предавался сексуальным распутствам, которые шокировали доже высшие сословия Рима. Калигула одарил своего любимого коня драгоценностями и местом сенатора, в то время как сами сенаторы опасались за свою власть и жизнь.
Вероятно, за убийством императора преторианцами стоял именно Сенат, некогда могущественный орган власти. 24 января 41 года н.э., менее чем через 4 года после восхождения Калигулы на престол, его закололи в театре, нанеся множество ударов мечом. Светоний описывает последние минуты тирана и последовавший за этим хаос с присущей ему любовью к подробностям: « Он упал, в судорогах крича: « Я жив!» - и тогда остальные стали наносить ему множество ударов - у всех был один клич: « Бей еще!». Некоторые били его даже в пах. По первому шуму на помощь прибежали носильщики с шестами, а потом германцы – телохранители; несколько заговорщиков были убиты, а вместе с ними и несколько неповинных сенаторов».
Вопрос, был ли Калигула действительно безумным по определению современной психиатрии или «всего лишь» наделенным властью циником с садистскими наклонностями, остается без ответа на протяжении уже почти 2 тысяч лет. За это время его имя стало символом так называемого кесарева безумия, свойственного эпохе Римской империи. К другим представителям этого времени с признаками паранойи, психоза или шизофрении относятся в первую очередь Нерон, Элагабал и Каракалла. Тем не менее в пользу существования в Римской империи определенных защитных механизмов и процессов самоочищения говорит тот факт, что из этих четырех императоров, выделяющихся своими психическими отклонениями, трое правили недолго, прежде чем были насильно отстранены от власти. Калигула правил всего три года и десять месяцев. Каракалла, один из первых правителей Европы, с которым ассоциируется понятие «террор», несет ответственность за убийство нескольких тысяч человек. Однажды, когда ему показалось, что публика насмехается над ним, в порыве гнева он устроил беспорядочную резню среди зрителей. Каракаллу свергли с императорского престола через 6 лет (он правил с 211 по 217 годы н.э.) в результате заговора во время кампании в Междуречье. Но и был определенный плюс: он оставил Риму великолепное наследие – термы Каракаллы.
Элагабал, бывший, по слухам, незаконнорожденным сыном Калигулы, продержался столько же, сколько его отец – три года и десять месяцев, с мая 218 по март 222 года н.э. Его личная жизнь также окрашена развратом, но это не значит, что молодой правитель ( он умер в 18 лет) был сумасшедшим. Он просто не соответствовал – в основном из-за попытки перенести на римскую почву культурные традиции Востока – и без того размытым нормам морали этой эпохи.
Единственным императором с психическими отклонениями, задержавшийся на престоле надолго, был Нерон, правивший Римом и всей империей с 54 по 68 годы н.э. История о том, что он поджег Рим и при этом играл на лире и пел, является одной из долгоживущих легенд Древнего Рима, но при этом нет никаких доказательств ее правдивости. Когда в июле в Риме начался пожар, Нерона вообще там не было; катастрофа произошла скорее всего из-за засушливого лета и обилия строительных огрехов в перенаселенном мегаполисе. Плохая репутация Нерона скорее обусловлена его отношением к некоторым членам своей семьи – он приказал казнить свою мать – и первым серьезным преследованием христиан, начавшееся по его указу.
Но Римская империя ни коем образом не была по действием кесарева безумия. Состояние психики некоторых правителей (в том числе и Димициана, правившего с 81 по 96 годы н.э.) считают отклонением от нормы, сформировавшей одну из самых долгоживущих форм правления в европейской истории. Принципат, правление индивида в сотрудничестве, а иногда и в конфронтации с правящими элитами, такими как Сенат и вооруженные силы – это история успеха. Этот режим просуществовал не менее 500 лет: от основателя Октавиана Августа (с 27 года до н.э. Августа стали называть princeps) и до свержения последнего (западного) римского императора. Восточная Римская империя (Византия) просуществовала еще несколько столетий до своего падения.
Но такая успешная модель не была бы успешна без череды очень умных правителей, которые обладали выдающимися талантами государственных деятелей. Они достигли отличных результатов, хотя некоторые из них боролись с физическими недугами, от которых во время Античности не существовало лечения. Их предшественник, Цезарь, при котором Римская республика стала диктатурой, скорее всего, страдал эпилепсией, которая раньше называлась «падучей болезнью». В античные времена, как и в наше время, мужчины среднего возраста, испытывающие постоянный стресс (например, при правлении огромной империей), были подвержены сосудистым заболеваниям, таким как сердечные приступы и инсульты. Одним из императоров, умершим в результате такого сосудистого заболевания, был Траян. После его внезапной кончины в 117 году н.э. Римская империя достигла пика своего расцвета. Траян вместе с Адрианом (117-138гг.), Антонием Пием (138 – 161 гг.), Луцием Вером ( 161-169 гг.) и Марком Аврелием (161-180 гг.) составляют список так называемых «хороших императоров». Они были государственными лидерами, о которых большинство населения, проживавших в последующие столетия на территории Европы, могли только мечтать.
Римская империя оставила след в культуре, языках и традициях значительной части Европы, а также в ее политике. Еще более ста лет назад, до конца Первой Мировой войны, притязание на статус цезарей проскальзывало в титулах нескольких крупных европейских держав. Эпоха царей и кайзеров в России, Германии и Австрии завершилась катастрофой XX века.
С медико-исторической точки зрения в культуре Рима впечатляет общественное здравоохранение, которое устанавливало новые стандарты. Его достижения смело можно назвать новаторскими, хотя по сравнению с нынешними медицинскими знаниями они кажутся нам неадекватными или даже контрпродуктивными. Так, например, римские общественные туалеты, в которых хоть иногда имелся слабый смыв воды, был широким шагом вперед по сравнению с широко распространенной дурной привычкой справлять нужду где придется. Однако личная гигиена оставляла желать лучшего: для этого использовалась прикрепленная к палке губка, общая для всех. Римская тенденция посещать общественные бани – свидетельство стремления людей к чистоте, и, в широком смысле, к соблюдению гигиены, даже если вода в термах не соответствовала сегодняшним гигиеническим требованиям. Тибр был загрязнен и стал рассадником бактерий; в окрестностях стали частыми вспышки малярии. Тем не менее соблюдение правил гигиены, профилактическая медицина и работа образованных целителей, которые доверяли своему опыту и наблюдениям ( а не руководствовали религиозными догмами, как это было в Средние века), в Древнем Риме это ценилось превыше всего. Ничего подобного до тех пор в Европе не существовало. Кое-где такого уровня не удавалось достичь вплоть до XIX-XX вв.
Трансформация римского мира в 5 столетии в результате растущей внутренней ослабленности, некомпетентности правителей и массовой иммиграции чужеземных народов через оставшиеся без надзора границы, по словам английского историка и археолога Брайана Уорд-Перкинса, привела к «катастрофическому падению уровня жизни, грядущие «темные времена» были поистине удручающими». Он завершает свою книгу о Римской империи предупреждением: « Римляне до падения Империи, как и мы в наше время, были уверены, что их мир будет существовать вечно без фундаментальных изменений. Они заблуждались. Мы же поступим мудро, если не будем уподобляться их самодовольству».